Я обязательно вернусь. Книга 2 - Нора Ольвич

— Сеньор приходил недавно, продал. Очень тонкая работа, не правда ли? Сказал, что они с женой приезжие, поиздержались в пути. Из самой Франции добирались, деньги нужны для покупки дома. Украшение с цепочкой было, но её моя жена, как увидела, выпросила. Изящная вещица, просто неповторимая ручная работа.

— Вот как? Я уже видела это украшение, — задумчиво глядела на купца.

Он же не сводил глаз с моего браслета.

— Как же мне найти сеньора Рикардо в этом большом городе? Ведь, может, я смогу помочь ему и его семье, когда-то он оказал мне большую и просто неоценимую услугу. И я хотела бы купить у вас сапфиры, но другого качества. Вы же понимаете, о чём я?

— Княгиня, — мужчина низко поклонился мне, — я пошлю сейчас сына по адресу, что указал сеньор. И давайте пройдём в мой кабинет.

Когда я шла в кабинет купца, что находился за выставочным залом, в отдельной комнате у меня дрожали ноги от волнения. Дышала же я вообще через раз, мне хотелось бежать вслед за сыном этого мужчины, бесконечно поторапливая его, оставив все условности:

— Ей рожать через два месяца, Господи сохрани её, — паника захватывала меня, не могла контролировать это чувство, встревоженно переглядываясь с графиней.

Видя, что я будто на грани, мадам Жанна взяла меня за ладонь. Поглаживая большим своим пальчиком моё запястье, она, нежно улыбаясь, произнесла:

— Дышите Княгиня, дышите, всё будет хорошо, Господь не оставит нас. Я верю, что это они.

Купец у себя в кабинете показал мне сапфиры совершенно другой чистоты, глубины цвета и разумеется ценности. Мне нравилось с ним общаться, я рассматривала новинки, что пришли с последними судами из Нового Света. Перебирая самоцветы, напитывалась от них энергией.

Колумбийские изумруды были великолепны и качественны. Проявление игры света и теней внутри камня придает ему особую живость и магию. Мир уже видел их в своей фирменной огранке в форме прямоугольника со скошенными концами и большими гранями. Так, я обрабатывала кристаллы редкой чистоты. Подобные изумруды были в моём ожерелье. И такие же лежали сейчас на бархате предо мной в виде тёмного, зеленовато-бурого сырья.

Я спросила стоимость, только опытный ювелир мог разглядеть в этом достойный материал. Купец молчал, затем склонив голову, сказал:

— Я не решаюсь продать их вам, ваша светлость.

— А я только так и веду все дела. Мы можем или сотрудничать, или наши пути сегодня разойдутся навсегда.

Сказала в ответ твёрдо.

— Я не принимаю от чужих мужчин подобные подарки. Только от мужа. А данную подборку я, несомненно, хочу выкупить у вас. Она продаётся?

Утвердительно кивнув, мужчина замер с уважением, вновь не спуская глаз с браслета на моей руке. Назвала реальную цену и изумрудам, и сапфирам, купец склонил голову в согласии.

— Госпожа Княгиня, разрешите узнать, что за бесценный камень в украшениях у синьоры графини.

Купец, разглядывая кулон мадам Жанны.

Я объяснила, что это за самоцвет и сказала, что знаю, где нашли именно эти камни. И моя мечта отправить туда экспедицию. Глаза купца загорелись, и я поняла, что он мог бы об этом говорить вечно, но во входную дверь постучали. Мы с мадам Жанной одновременно повернули головы. В кабинет медленно и настороженно входил сеньор Рикардо.

Слёзы, откуда взялась эта сырость! Казалось стены комнаты сошлись у меня над головой.

Нарушая все правила этикета, комкая платочки в непослушных уже руках, мы с подругой бросились в его объятия. Счастью не было предела! Похудевший и уставший наш сеньор был всё тем же Рикардо с его улыбкой и хмурыми бровями и такими надёжными объятиями.

— Виконт Рикардо де ла Кано, вы не пригласите нас с графиней к себе в гости?

Глаза у купца расширились от удивления, ну и вольности.

— Я так соскучилась по вашей супруге, — голос мой дрожал, а глаза с тревогой следили за взглядом и выражением лица дона Рикардо. Я ловила малейшую смену настроения.

— Она же в добром здравии?

— Несомненно, ваша светлость, — с лёгким поклоном ответил мужчина.

Повернувшись к купцу, я договорилась с ним о встрече на следующей неделе и попросила его помочь нам сейчас с экипажем. Он предложил свой, я же уведомила его, что вероятно, возьмём мы его на продолжительное время. Торопливо заверила мужчину, что плату за услуги извозчика и кареты мы можем внести хоть сейчас.

* * *

Они жили в маленьком домике уже вторую неделю. Мы с Жанной влетели в это строение и увидали виконтессу. Слёзы лились ручьями, объятия не размыкались.

Живая, наша милая, с большим уже животиком, такая тёплая и родная. Мир замер вокруг нас, мы всё еще не могли поверить, что наши молитвы и мечты сбылись. Уверена, мы будем помнить этот день как один из самых счастливых и незабываемых в нашей жизни. Охрана же поторапливала нас, говоря, что начнётся прилив, что нужно срочно ехать на остров. Решили все закрыть в доме, как есть, перевозить вещи будем завтра, а сейчас быстрее на виллу, домой.

Адория сказала, что ей стало очень тяжело ходить в последнее время. Я попросила выйти мужчин из комнаты. Задрала ей юбки, посмотрела на ноги. Отёки налицо.

Живот большой, срок примерно восьмой месяц. Платье жёстко зашнуровано. Хорошо хоть корсета нет. Развязала шнуровку наряда, сняла его, оно было из плотной ткани, и в нём, должно быть, было очень жарко.

Женщина осталась в длинном нижнем тоненьком платье. Я нашла холст, заменяющий полотенце разорвала его вдоль при помощи кинжала и подвязала живот снизу наподобие бандажа одной частью, что была шире. Также подвязала ей ставшую тяжёлой грудь, узким отрезом холста.

Накинула на неё свой шелковый лёгкий плащ, застегнув его на все пуговки, скрыв подробности туалета. Присела, надела удобные сандалии, что сегодня купили. Мадам Жанна плела ей косу, вокруг головы. Сеньора Адория была смущена таким вниманием до слёз, увидев же обручальное кольцо на моём пальце и браслет, воскликнула:

— Мадонна — Царица Небесная, как же это так?

— Дома, всё расскажу дома, ваши покои ждут вас виконтесса.

Мы готовы! Закрыли дом. Ехали осторожно, захватив с собой все одеяла и подушки и обложив ими нашу сеньору.

Рикардо, по воде перенёс Адорию в рыбацкий бот, и мы все отправились домой, отпустив экипаж и рассчитавшись за него с купцом. Я просила женщину говорить о малейших изменениях