Повседневная стратегия в мире монстродевушек - Вячеслав Танков

внутри замка огороде уже взошли первые всходы, вызвав нешуточный восторг и удивление у всех наблюдавших сие чудо. Жизнь постепенно налаживалась. К тому же по словам Ярославы к нам уже собирались караваны гномов и эльфов, везущих товары первой необходимости и прочие ресурсы. Наш караван пришлось оставить снаружи под присмотром пары часовых, так как внутрь крепости он попросту не влезал.

Наскоро поужинав из общего котла, завалился спать в обнимку с Леониллой. Ни о каком сексе и речи быть не могло — настолько мы все выбились из сил.

А наутро нас ждал новый сюрприз. Стоило мне выйти во двор, как ко мне подошел знакомый орк.

— Кирн? В чем дело? — спросил у него. На что Джаргак вздохнул и произнес.

— Такое дело, милорд… Даже не знаю, как вам и сказать… Не решился вчера вас беспокоить зря, думал пронесет… В общем, мы заметили проходящий мимо табор Ромалов. Они расположились на ночевку недалеко от нашего каравана. Мы конечно, приняли меры, но… Но наутро недосчитались многих вещей. Как и когда они ухитрились их стащить их, до сих пор голову ломаем. Но это все же Ромалы. О них недаром дурная слава ходит. Просим вас, милорд, подсобите! У многих из нас и так ничего не осталось, а эти негодяи последнее украли!

— Я разберусь! — говорю, сжав кулаки. — Ромалы еще какие-то пришли. Кто со мной?

Со мной пошли многие, в то числе Штрон, Гилейна, Лотанариэ, Сая и даже магички с рыцаршей из того отряда неудачников-авантюристов. Спустившись с холма и в самом деле увидели неподалеку самый настоящий табор!

— Да это же обыкновенные цыгане! — сплюнул я в сердцах. — Фу, шакалье!

— Вы их уже встречали, милорд? — поинтересовалась синеволосая волшебница.

— Было дело, — кивнул я. — В моем… В том месте, откуда я родом, их считают за самых мелких преступников, готовых взяться за все, что угодно, если это может принести им деньги. Если у обычных бандитов есть какие-то границы, которые они не стараются не переступать, то цыгане своруют все, что могут, даже детей, не говоря уже обо всем остальном. Их не волнует ничего, кроме собственной выгоды. Честно, я не удивлен встретить их здесь, в Империи. У них ведь и рабы, наверное, есть?

— Конечно есть, — прорычал Штрон. — Сталкивался я уже с этими гадами. Они врут до последнего, пока им нож к горлу не приставишь и только потом выясняется, что своего у них ничего нет, а дети и в самом деле украдены из другой деревни. Магнус! Позволь мне с ними разобраться⁈

— Не торопись, — останавливаю его. — Но и оружие не убирай. Вообще, всем быть наготове! Сначала попробую сам с ними поговорить. Глядишь, добрым словом и сильным кулаком смогу добиться каких-нибудь результатов? А нет, так достанем мечи! С этими гадами я уж точно не буду церемониться!

Глава 8

Будулаи и паладин

В моем мире к цыганам, этим бродячим побирушкам, относились с непонятным мне почтением, восторгом, робостью и даже уважением. О них снимали фильмы, незаслуженно романтизируя тех, кого на самом деле надо было гнать подальше. Истинную природу этих кочевых бомжей знали лишь те, кто был связан с ними преступным бизнесом, да, пожалуй, стражи закона.

Они крали все, что могли, а что не могли украсть, ломали и жгли просто потому, что им это не досталось. Они занимались любой противозаконной деятельностью, если та могла хоть немного окупиться. Страшилки про цыган, ворующих детей ради выкупа, появились не на пустом месте. Один из современных журналистов, сумевший прибиться к одному из таборов и прожить в нем около года, писал в своем отчете: «…Это ни разу не разумные люди, какими мы их представляем. Их сообщество похоже на племя полудиких дикарей, соблюдающих свои, особенные и полумистические традиции и законы, которые обычные социальные граждане правового государства никогда не примут и не поймут. Что сказать, если в трудные времена они практикуют даже каннибализм…»

Припоминая все это, немудрено, что я шагал в лагерь кочевников в боевых доспехах и обнаженным мечом. Цыгане встречают меня неласково. Из их повозок на меня таращатся недружелюбные глаза, доносятся приглушенные проклятия и маты. От их повозок несет вонью, застарелым потом, грязью и гнильем. Если в нашем мире существуют свалки, торговцы запрещенными веществами и прочие незаконные организации, к которым они могут прибиться, то в Орионе, думаю, им остается подбирать все, что только можно, воровать вообще все, что возможно и не брезговать вообще ничем.

«Удивительно, как их монстры не подрали?» — думаю я, проходя мимо повозок, покрытых драной тканью. Это даже не полноценные фургоны, а именно самоходки, сколоченные непонятно из чего. Странно, что они вообще едут. И тут мой взгляд падает на занавешенную телегу, стоящую поодаль. От нее несет кровью и и дерьмом сильнее, чем от всех прочих. Однако стоит мне сделать шаг по направлению к ней, как большинство серых точек на мини-карте окрашивается в красный цвет, а навстречу выходит предводитель этого сброда — бородатый полубомж с мясницким тесаком за поясом. Одновременно из всех телег выскакивают остальные представители мужского пола. Не все, но многие. Никто не нападают, но видок у этих совсем не славных кочевников довольно неприятный и даже немного угрожающий. Ко мне они предусмотрительно не приближаются, вероятно, из-за доспехов и меча в руке, а может, из-за маячащей поблизости группы поддержки? Хотя, нет, конечно же они просто поражены моей харизмой, вот и спешат выразить мне свое почтение!

— Кто ты такой и чего надо? — без обиняков спрашивает главарь, сверкая щербатым оскалом. Я даже рад, что он не подошел близко. Уверен, вонь изо рта будет покруче, чем из рва вокруг нашего замка. Впрочем, там уже не воняет — Бэтта все вычистила, зацементировала фундамент и уже роет отвод для канализации. А потом добавит трубу для впуска воды из скважины и можно будет даже купаться!

— Я барон земель, на которой ты сейчас стоишь, холоп! — холодно отвечаю я. Мне нет нужды церемониться с этими отщепенцами. Более того, я желаю узнать, что находится в той телеге. А учитывая тот факт, как агрессивно цыгане отреагировали на мое приближение, там явно скрывается что-то незаконное. — Как ты смеешь обращаться ко мне как равному не преклонив головы⁈

— О, простите, ваша милость, — ухмыльнулся тот, даже не подумав поклониться. — Вот только мы не имперцы. И законы Империи для нас не писаны. Мы — Ромалы, вольный народ! И мы требуем…