Присвоенная - Виктория Борисовна Волкова

— А я пойду к жене, — улыбаюсь довольно. — Вы же мои заместители. Вот и замещайте...

— Погоди, Мурад, — возмущается брат. — Мы же можем накосячить... Я так точно ничего не понимаю.

— Проверяйте подписи топов, подписавших бегунок. Сами читайте важные пункты. Советую отнестись серьезно. Каждая ваша закорючка стоит миллион баксов, — предупреждаю строго.

— Мурад‚ несерьезно поступаешь, — несется вслед возглас Наиля, полный изумления и возмущения.

— Я устал быть серьезным. Теперь ваша очередь, — усмехаюсь я, лениво выходя из кабинета. И только сейчас понимаю два непреложных факта. Меня адски достали родственники. И я умудрился соскучиться по Белле.

Глава 19

— Магазины мы сегодня прогуляли, придется вызвать их на дом, — говорит Мурад, и я по наивности представляю знакомую тетку с рынка, которую мама иногда просит заехать к нам с товаром. Но когда посреди гостиной ставят позолоченные стойки с одеждой, мне становится не по себе.

— Мурад с ума сошел!- весело вздыхает Наина. Прикладывает руку к груди и придирчиво пересматривает наряды. — А можно я тоже что-нибудь выберу? — спрашивает она у Мариам, курирующей менеджеров и товары.

— Только после Беллы, — отвечает та строго и смотрит на меня по-доброму и участливо.

— Мы обычно у него все выпрашиваем, а тебе повезло, — подает голос Лейла, но потом будто осекается и отходит в сторону. Садится на диван, что-то листает в телефоне.

— Посмотри, что тебе нравится, девочка. Мурад очень щедр к тебе, — улыбается мне Мариам. А меня так внутри передергивает от слащавых ноток в ее голосе, что очень хочется убежать. Сдерживаюсь через силу. Первый день в новой семье. Еще не время показывать характер.

Под присмотром двух новых родственниц перебираю платья, висящие на вешалках. Мариам и Наина мне советуют что-то, но я не обращаю внимания. Откладываю в сторону несколько цветастых платьев, брюки‚ туники и, наконец, замечаю его. Красное однотонное платье из мягкого шелка. Я о таком и мечтать не могла. Даже не представляла, что такие бывают. И я... я могу его оставить себе. Аж дух захватывает, стоит подумать.

— Это тебе не подойдет, — решительно перехватывает вешалку Мариам. — Повесь на место. Это не твой фасон, — зыркает на меня строго.

— А можно я сама выберу‚ — поднимаю глаза.

— Тебе лучше меня послушать, — настаивает на своем Мариам.

— А если я этого не сделаю? — смотрю упрямо.

— Опозоришь всех нас, — цедит она. Худая жилистая женщина, чуть выше среднего роста. С большим бюстом и длинной толстой косой. Злится, отчего черты лица кажутся грубыми, будто из камня высеченными.

— Это не вам решать, — настаиваю на своем и неожиданно понимаю. Сдаваться нельзя. Ни в коем случае. Иначе потом растопчут и забудут, как звали.

— Прекрати пререкаться, — пытается забрать у меня платье Мариам. А Наина стоит рядом и довольно улыбается. Видимо, гадает, кто кого? Ага. Сестра моя. Аж два раза.

— Пусть девушка сама выберет, — вмешивается менеджер.

— Замолчи, — обрывает ее Мариам. — Ты тут никто.

«Кто еще кого позорит?» — охаю в ужасе. А вслух заявляю громко.

— Выйдите, пожалуйста.

— Это еще почему? — нахально изумляется Наина. — Мы все привыкли делать вместе. Тебе не стоит пренебрегать нами, Белла.

— Мурад заказал эти вещи для меня, — вздергиваю подбородок. — И я сама хочу их посмотреть и выбрать именно то, что понравится лично мне.

— Выбирай, — пожимает плечами Наина. По глазам видно, как ей хочется остаться с этой кипой вещей наедине. Все перемерить, повыбирать.

— Ты совсем обалдела, Белла? — строго оглядывает меня Мариам. — Да я тебе в матери гожусь, а ты со мной разговариваешь как с подругой.

— Раз мы не подруги, — чеканю каждое слово. — Тогда тем более, покиньте эту комнату.

— Ты! Ты... — фыркает она. — Ну, погоди, я все доложу Мураду...

— Мариам, — слышится сзади ленивый голос мужа. — Если моя жена тебя о чем-то просит в моем доме, будь добра прислушаться. Это понятно?

— Ой, Мурад! — охает родственница мужа и вздыхает театрально. Голос сразу становится медовым, притворно-ласковым. Неужели Мурад не догадывается. — Ты меня напугал. Я сказала твоей жене, что такое носить нельзя, — кивая на вешалку в моих руках, юлит Мариам. — А она уперлась как баран. Где ты ее взял такую? — добавляет, будто в шутку. Но в каждом ее слове мне слышится ненависть.

— Я дал Белле карт-бланш, — спокойно замечает Мурад. — Она вольна выбирать...

— Но, — не сдается Мариам. — Такое нельзя носить. Это выброшенные деньги.

— А это ты оплачиваешь? — вскидывается муж. На суровом лице появляется насмешка и наползает тень.

— Нет, но... — краснеет женщина. — Я хотела как лучше.

— Тогда тебе лучше выйти, сестра, — отрезает Мурад. — Вам тоже, — поворачивается он к шушукающимся Лейле и Наине.

Женщины недовольно покидают гостиную. А на глазах у Лейлы я даже замечаю слезы. Бред какой-то! Они еще и обиделись. Тяжело мне будет в новом доме. Очень тяжело.

— Давай, начни с него, — садясь в кресло, улыбается мне Хафизов. — Девушки тебе помогут, — кивает на менеджеров и на похожую на шатер переносную примерочную.

И когда я выхожу к мужу в красном платье, присвистывает восхищенно.

— Какая же ты красивая, Белла! Мне теперь весь край будет завидовать.

— Да ну! — отмахиваюсь я весело. — Посмотри сзади, — кручусь я. Может, Мариам и права. На спине вырез от талии до лопаток. Правда, сверху завязывается такой же шелковый бант. Но мне не по себе.

— Очень красиво. Берем, — решает Мурад. И я, радостно вглядываясь в довольное лицо мужа, уже через минуту забываю о противной Мариам.

— Не снимай его, — лениво просит муж. В голосе слышатся хриплые нотки и желание. Пожирая меня темным жадным взглядом, Мурад поднимается навстречу.

— Сколько я вам должен? — обращается к менеджерам.

— Я еще не все тебе показала, — лепечу растерянно. Муж просто обязан одобрить мой выбор.

— Потом все увижу, Белла, — притягивает меня к себе Мурад и, достав из кармана карточку, выжидательно смотрит на девушку-менеджера. Та