История Армении - Киракос Гандзакеци

привести ищущего к искомому. Эти мысли — кредо автора «Истории Армении». Кончается вводная часть завещанием грядущим поколениям — отнестись «по-братски снисходительно и сохранить на память» труд его. Сокровенное желание автора — в том, чтобы книга его стала «нашим памятником надгробным» и «чтобы упоминалось в ней имя Киракоса» (стр. 46).

Труд Киракоса Гандзакеци делится на две части. В первой дан компилятивный обзор истории армянского народа с первых дней принятия христианства и до появления татар. Вторая часть — самостоятельное изложение достоверной истории монгольского нашествия на Армению, написанное очевидцем и участником событий, перемежающееся различными документами богословского и церковно-канонического характера. Наряду с подробно изложенным материалом по политической, экономической и общественной истории не только армянского, но и других закавказских, а также монгольского народов и сведениями, представляющими определенный интерес и для историка религии, во второй части сочинения читатель найдет немало случайного материала, включающего смесь достоверных фактов и вымысла, а подчас и небылиц. Причем нередко Киракос называет и их источники: от кого он слышал эти сведения, кто их ему рассказал. Так, легенду о божественном происхождении Чингис-хана он слышал от ишхана Григора, сына Марзпана (стр. 173); царь Хетум рассказал ему «множество удивительных и неведомых историй... о варварских племенах, которые он видел и о которых слышал», среди них и рассказ о стране, где женщины имеют человеческий облик, а мужчины — собачий (стр. 225). Эти отрывки не представляют исторического интереса (разве только с точки зрения уровня развития тогдашнего человека и пределов его фантазии). Привлечение этого случайного материала является уязвимым местом столь ценного исторического источника.

* * *

Немногие из армянских средневековых историков сообщают в своих трудах автобиографические сведения. К их числу относится Киракос Гандзакеци. Сведения эти вплетаются в общую канву повествования[19]. И хотя К. А. Мелик-Оганджанян в исследовании, посвященном «Истории Армении» Киракоса Гандзакеци, подчеркивает, что биография автора далеко не полна, нуждается в уточнении и дополнении[20], они дают возможность составить в общих чертах биографию автора «Истории Армении» и получить представление о его деятельности.

Киракос Гандзакеци родился в самом начале XIII в.[21] «в стране Гандзак». Источники именуют его не только Гандзакеци, но и Гетикци, а также и Аревелци (т. е. уроженцем Востока)[22].

О социальном происхождении Киракоса Гандзакеци ничего не известно. В ряде его высказываний в адрес тех или иных социальных прослоек довольно откровенно выражена его антипатия к отдельным представителям правящих классов.

Большая часть жизни Киракоса Гандзакеци протекла в монастыре Нор Гетик, основанном одним из замечательных деятелей культуры Армении, автором первого армянского «Судебника» Мхитаром Гошем. Нор Гетик — монастырь и монастырская школа пользовались в Армении XII—XIII вв. широкой известностью. Сюда для учебы и совершенствования своих знаний стекались юноши со всех концов Армении. Нередко сюда приезжали, скрывая свой возраст и сан, люди уже обученные и известные своей ученостью, дабы получить образование в этом прославленном заведении, где все еще процветали традиции, заложенные в конце XII в. самим Мхитаром Гошем.

Здесь и учился Киракос Гандзакеци. Обучался он у вар-дапета Ванакана (Иованнеса Тавушеци)[23], получившего образование под руководством Мхитара Гоша. Таким образом, по принятой в историографии Армении традиции Киракоса Гандзакеци считают представителем ветви автора «Судебника», ибо свой вардапетский сан и жезл он получил от преемника Мхитара Гоша — Ванакана.

Киракос Гандзакеци очень любил и уважал своего учителя. Об этом говорит тот факт, что он никогда по своей воле не расставался с ним и даже покинул Нор Гетик и последовал за ним в Тавуш, во вновь основанную Ванаканом пустынь Хоранашат[24]. Об этом же свидетельствуют строки его повествования, посвященные Ванакану, поэтичные и излучающие глубокую любовь и почтение, хотя вообще стиль книги сдержан и лаконичен.

Помимо отдельных упоминаний Киракос Гандзакеци посвящает две главы (24-ю и 53-ю) «Истории» своему учителю и одну главу — его отношению к исповеданию веры (52-ю).

Дружба ученика с учителем, начавшаяся, очевидно, вскоре после того, как Киракос приехал в Нор Гетик, продолжалась и в Хоранашате. Здесь вардапет Ванакан занимался воспитанием и образованием прибывшей туда молодежи.

В одном из глухих уголков Армении Ванакану удалось создать школу, плодотворная деятельность которой в голодной и разоренной стране постоянно прерывалась нашествиями чужеземных захватчиков. Деятельность вардапета Ванакана вызывает удивление и восхищение исследователей[25].

Иованнес Тавушеци вырастил и воспитал целую плеяду деятелей армянской культуры, имена которых стяжали известность и благодарность современников и потомков. Из его учеников нам известны Вардан Аревелци, Киракос Гандзакеци, Григор Акнерци, Аракел, Иовсеп, Степанос Ахтамарци, Состенес, Маркос, Григорис и Погос[26].

В этом созвездии имен особое место занимают историки Киракос Гандзакеци, Вардан Аревелци (или Великий) и Григор Акнерци. Вардан Аревелци тоже оставил потомству ценное историческое сочинение о монгольском нашествии[27]. Тому же периоду и освещению тех же вопросов посвящена работа Григора Акнерци (изданная в русском переводе К. Патканова как произведение инока Магакии). Но все три исторических труда не повторяют, а дополняют друг друга. И если сочинения Киракоса и Вардана удостоились высоких оценок, то книга Григора Акнерци не пользовалась популярностью. К. П. Патанов объясняет последнее обстоятельство простым (т. е. простонародным) языком изложения этого автора в тот период, когда особенно ценилась выспренная речь, когда «обращали большее внимание на отделку языка, чем на содержание»[28]. Однако исследователи более позднего времени по достоинству оценили труд Григора Акнерци[29].

Дружба и любовь между сотоварищами, глубокое, граничащее с благоговением почтение к своему учителю — отличительная черта всех воспитанников вардапета Ванакана, которую они пронесли через всю жизнь.

Однако занятия в Хоранашате длились недолго. После появления здесь полчищ Джалал ад-Дина Ванакан покинул Хоранашат и жил отшельником недалеко от селения Лорут, не оставляя своей научной и педагогической деятельности.

Весной 1236 г. орды монгольского военачальника Моларноина появились в местности, которую избрал для основания новой школы вардапет Ванакан. Жители окрестных селений в страхе перед монголо-татарскими полчищами, опустошавшими край, искали прибежище в пещере Ванакана, где и были осаждены врагами. Вскоре осажденные, вынуждаемые голодом и жаждой, стали упрашивать вардапета Ванакана откликнуться на предложение неприятеля о сдаче. Ванакан спустился к врагу, и после переговоров монголы погнали в плен всех осажденных во главе с духовенством. Среди них были вардапет Ванакан и его ученики, в том числе и Киракос Гандзакеци.

Историк, рассказывая об ужасах плена, восклицает, что не в состоянии описать всех притеснений, которым подвергали народ монголо-татары. Сам он оказался в несколько лучшем положении: монгольский военачальник взял его к себе в качестве писаря