Правила волшебной кухни 4 - Олег Сапфир

* * *

Проснулся я с чётким ощущением того, что ночь прошла не зря. Вот только не покидало чувство, что как будто бы я что-то забыл. Или кого-то.

— Аня! — шлёпнул я себя по лбу и схватился за телефон.

А там меня уже ждало сообщение от сестры, в котором она извинялась за то, что не пришла вечером на ризотто с мориками, которое просила. Но вины она при этом не чувствует и затребует с меня его потом, потому что не пришла по той причине, что решала наши ОБЩИЕ проблемы.

Какие именно? Какие-то. То ли Аня боялась что переписку могут прочесть, то ли в мой адрес руководствовалась принципом «меньше знаешь — крепче спишь». Но я всё-таки решил попробовать узнать и написал ей: «Что ты с ними сделала?»

Ответ: «Разобралась». Следом ещё одно сообщение, в котором Аня сообщила, что мои ножи вместе с курьером прибудут в «Марину» после открытия. И, наконец, финальное: «Без меня Петровичу ленточки в бороду не вплетай».

Что ж… с последним жуть как хотелось разобраться, но раз сестра попросила, значит так тому и быть.

Дальше утро встретило меня привычной кухонной суетой — Петрович с Женеврой как раз заканчивали последние приготовления к завтраку. Я же, пока рабочий день не начался, собрал в глубокую ёмкость харчи для Андрюхи и направился кормить водоворот.

А тот уже по привычке приплыл к служебному входу и теперь лениво крутился, втягивая в себя обрезки свадебного мильфея,

— Кушай-кушай, — ласково приговаривал я. — Расти большой-пребольшой.

— Бр-р-ру!

— И кстати. Не подскажешь часом, а почему тебя называют Ужасом Глубин?

Водоворот сделал вид, что не слышит, и продолжит засасывать в себя остатки торта с удвоенной скоростью.

— А ключ мы когда будем искать?

С утроенной.

— Слышь⁈

Андрюха явно обленился. Экстренно заглотив в себя последние крошки, он состроил из себя очень занятого водоворота и быстренько свалил на середину канала. И там и вовсе исчез. Я же лишь вздохнул и подумал, что тяжко, конечно, коммуницировать с аномальными существами. Тяжко, но весело.

И тут, в подтверждение моих мыслей, позади раздался звон битого стекла. Обернувшись, я увидел, как из арендованного мною чердака прямо сквозь закрытое окно наружу вырвалось нечто, напоминающее ребёнка от брака спрута и одуванчика. Жёлтая пушистая хрень, резво перебирая многочисленными ножками рванула прочь вдоль по крышам, то и дело спотыкаясь об антенны и громоотводы. Во рту у хрени дымилась раскуренная сигара.

А следом из того же самого окна высунулась взлохмаченная рыжая морда.

— Эй, ты! — заорал Шон. — Стоимость стекла вместе с установкой приплюсована к твоему долгу! Счётчик включён, образина! И даже не вздумай рыпнуться из города, мы тебя везде найдём! У нас руки длинные!

Тут Шон огляделся по сторонам, заметил меня и ойкнул.

— Доброе утро, Маринари! — крикнул он. — Ты не парься только, ладно! Стекло своими силами заменим!

Я же в ответ выразительно постучал пальцем по циферблату наручных часов, мол, какого чёрта? Аномальная ночь уже минула, а значит и покерному клубу пора сворачиваться. Шон в ответ театрально развёл руками, изображая крайнюю степень недовольства обстоятельствами.

— Знаю-знаю! — крикнул он. — Закругляемся! — и засунулся обратно.

Я же улыбнулся, потому что понимал. Уверен, что игромана в маниакальной стадии выдворить из игорного заведения ещё сложнее, чем перепившего гостя из питейного. Так что момент рабочий. И думаю, что лепреконы со временем приспособятся.

Тем временем с другой стороны началось другое шоу. Из-за поворота показалась целая флотилия гондол под предводительством Бартоломео. Раз, два, три… десять? Чёрт, сколько на него уже людей работает-то? Ну то есть на меня в его подразделении. Признаться, я начинаю путаться.

Но главная мысль в другом. Сейчас эти добры-молодцы распотрошат «Марину» и растащат добрую половину заготовок, над которыми Петрович трудился всю ночь. Ещё столько же они заберут с фабрики-кухни синьора Ламберто Ламберто, и это… хорошо. Значит оборот растёт. И значит, пора бы мне форсировать открытие пекарни.

Поздоровавшись с гондольерами, я отошёл подальше от зоны погрузки и достал визитку дона Базилио. Набрал указанный номер, прождал несколько гудков и с удивлением услышал:

— Резиденция дона Базилио, слушаю вас, — произнёс приятный женский голосок. — Ал-ло? Вы по какому вопросу?

Секретарша. Настоящая. У домового.

— Да-да, утро доброе, — наконец нашёлся я. — Беспокоит Артуро Маринари, из ресторана «Марина». Мне нужно переговорить с доном по личному вопросу.

— Ждите, — сказала девушка и в ухо мне заорал томный и весь из себя эротичный смус-джаз.

Слушал я его полминуты и уже думал перезвонить заново, но тут в трубке наконец-то раздался чуть хрипловатый голос дона.

— Синьор Маринари, — сказал он. — Рад слышать. Как ваши успехи?

— Успехи есть, дон Базилио, — ответил я. — И звоню я вам как раз по этому поводу. Хотел напомнить, что вы обещали мне четверых работников для пекарни синьоры Паола. Хотел бы уточнить, когда их ждать? — задав этот вопрос, я решил добавить: — Со всем уважением, конечно же.

— Уважение! — крикнул дон, прокашлялся, а после сказал, что если есть спешка, то его люди могут отправиться на место прямо сейчас. А спешка, признаться, была.

— Благодарю вас, дон Базилио. Жду тогда.

Отлично! Я повесил трубку и довольно потёр руки. Ремонт в пекарне уже сделан бригадой домовых, а новенькое оборудование доставлено и ждёт не дождётся, когда я начну обдирать с него заводскую плёнку. Всё готово. Дело стопорилось только из-за отсутствия персонала.

— Синьора Паола, здравствуйте! — набрал я Бачокки-старшей. — Походите к пекарне через час. Будем открываться.

— Ой, Артуро! — судя по треску, что последовал далее, старушка от чувств уронила телефон. — Уже бегу!

Сам же я отправился в пекарню прямо сейчас и, что называется, на опережение. Домовые как-нибудь сами договорятся с Джулией, и если что отдадут завтрак. Петрович уже несколько дней лелеял мечту об открытии пекарни и о том, что с него снимут часть нагрузки, так что это и в его интересах тоже.

Итак. Открыл, вошёл, втянул носом сладкий запах новизны. Знаю, что кто-то воспевает аромат новенького автомобиля, но для меня запах нулёвого конвектомата или тестомеса ничуть не хуже. Всё вокруг блестит чистотой, аж сердце щемит.

Первым делом я затолкал в угол здоровенный промышленный тестомес. Торжественно содрал с него плёнки и пустил побегать вхолостую. Проверил, как крутится вал,