Лавка желаний - Амалия Мо

class="p1">– Готовы, Милинда? – я прочитал полное имя на листке и ещё раз улыбнулся девушке, которая вот-вот станет обладательницей сокровенного желания.

Девушка кивнула, и я жестом пригласил её следовать за мной в кабинет.

– Внимательно прочтите условия, и я приглашу вас, как только закончу с вашей подругой, – зачем-то я подмигнул тёмной чертовке, но успел скрыться, прежде чем увидел выражение её лица.

1

Странный тип вошёл в другую комнату, закрыв за собой резную деревянную дверь. Я посмотрела на наручные часы, с сожалением отмечая, что понятия не имею, сколько мы ещё здесь проторчим.

Мими обещала, что как только мы закончим, поедем в свадебный салон и будем выбирать платья. Я рассчитывала, что на весь этот бред с её желанием мы потратим не больше пятнадцати минут.

– Вот блин! – я схватила со стойки бумажку и прошла к креслам в углу зала.

Туфли ужасно натёрли ноги, но я не подавала виду до момента, пока моя задница не приземлилась в мягкое кресло. Воспользовавшись моментом, пока никого нет поблизости, я расстегнула лямки и потёрла затёкшие лодыжки.

Может, попросить у этого исполнителя желаний, чтобы мои ноги никогда не уставали на каблуках?

Ну да, конечно! Давай, Адель, продолжай в том же духе, и ты будешь выглядеть, как Мими, с её верой во всякий бред.

Желания он исполняет, ну как же! И где Мими вечно находит этих любителей поживиться чужими деньгами?

Этот «исполнитель желаний» ещё и выглядит слишком привлекательно!

Пф-ф-ф.

Тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Я вот-вот стану женой уважаемого человека, и мне не положено думать о внешности других мужчин. Пусть и таких соблазнительно сексуальных.

Стоило только посмотреть на него, как по спине скользнули мурашки. А когда его карие глаза взглянули на меня, казалось, я могу отдаться ему, стоит только поманить пальцем. Судя по мускулистым рукам, под тканью футболки скрывается рельефное тело.

Мысли снова завели не туда. Совершенно не туда. Чтобы не думать об обнажённом шарлатане, я принялась читать договор.

Договор, ну и абсурд! Интересно, что скажут настоящие юристы, когда прочтут этот бред?

Наверное, эти сувенирные бумажки действительно способны кого-то убедить в серьёзности происходящего.

Интересно, как его зовут?

Я как раз поставила подпись внизу страницы, когда дверь открылась, выпуская сначала Мими, а после мошенника-исполнителя желаний.

Щёки подруги покраснели, она готова посоревноваться с варёным раком за право обладать такой краснотой. Сам таинственный мужчина остановился в дверном проёме, загадочно улыбаясь.

Он предпочитает долгие прелюдии или сразу приступает к делу?

– Быстро же вы закончили, – ухмыльнулась я.

Я была уверена, что задену шарлатана, но он лишь покачал головой, ничуть не смутившись колкому комментарию.

– Возьмите договор и пойдёмте со мной.

Мими зачем-то пожелала мне удачи, будто мы на экзамене, а я только закатила глаза на комментарий подруги. Вот любит она всё драматизировать.

Мало того, что верит во всякую чушь, так ещё и доводит всё до абсурда.

Дойти до двери стоило огромных усилий. Я в сотый раз прокляла себя за то, что выбрала нацепить новые туфли, да ещё и на таком каблуке.

Но я не буду собой, если позволю кому-то усомниться в моей идеальности.

Хозяин дома желаний ждал меня у двери, чтобы по-джентльменски пропустить вперёд и запереть створку за спиной на щеколду.

Я отметила эту странность, но комментировать не стала. Наверное, хочет нагнать больше загадочности, чтобы в его спектакль поверили.

В новом помещении царил полумрак. Слабый огонь исходил от зажжённых канделябров на столе и толстых свечей, стоящих прямо на полу.

– Миленько, – не нашлась, что тут ещё добавить, и остановилась посреди комнатушки, пытаясь хоть что-то разглядеть.

Окна в кабинете не обнаружилось, будто помещение переоборудовали из кладовой. На столе в творческом беспорядке лежали бумаги и открытые книги, на чьих страницах трепетал свет канделябров.

Слабый огонёк плясал на свечах, заставляя воск скатываться тёплыми слезинками. Рядом со столом стояло кресло из тёмного дерева.

Я шагнула вперёд и едва не вскрикнула, когда прямо передо мной задрожало отражение в зеркале.

Видимо, странностей этого места и так было недостаточно. Кто-то додумался расположить зеркало с толстой резной рамой прямо посреди комнаты.

– Уютненько, ничего не скажешь, – я вскинула подбородок и встретилась взглядом в отражении с хозяином кабинета.

Он рассматривал меня, слегка склонив голову в бок. Свет свечей плясал на его красивом лице, настолько красивом, что рядом с ним я забывала о предстоящей свадьбе.

Ох, плохо дело!

Я же не Мими с её романтизацией всех, кто посмотрит на неё больше пяти секунд.

Вообще, я привыкла к такому вниманию со стороны мужчин, но почему-то именно сейчас это вызывало приятный трепет внутри.

Пристальные, в полумраке кажущиеся тёмными, глаза блуждали по мне без стеснения. Не разрывая зрительного контакта, я наблюдала, как он сделал шаг ко мне, становясь почти вплотную.

Я ощутила его дыхание, и по плечам скользнули мурашки.

– Желание, Адель… – он заговорил первым, заставляя меня вздрогнуть. – Это порок, слабость, потребность. Иногда это что-то одно, а иногда всё вместе.

Его пальцы скользнули по моим предплечьям, почти невесомо проделывая дорожку вниз. Мне следовало отступить, разрушая непростительную близость, но ноги плотно припечатались к полу.

– Скажи, чего ты хочешь?

Он слегка склонил голову вбок, ожидая ответа.

Тёплые пальцы достигли моих неожиданно заледеневших. Касание отрезвило, словно небольшой разряд тока, не причиняющий боли, но приводящий в чувство.

– У тебя здесь хоть вентиляция есть? – я резко развернулась, почти упёршись в высокое зеркало позади. – Ты в курсе, что тут и так нет кислорода, а ты ещё свечи эти расставил!

Мне действительно стало трудно дышать. Стены тёмной коморки начали давить. Я открыла рот для очередной порции возмущения, но, услышав в свой адрес хриплый смех, замолчала.

Шарлатан прикрыл глаза ладонью и покачал головой, будто в этот момент я сделала что-то по-настоящему забавное.

Неожиданная злость заставила кровь вскипать. Я ощутила, как к щекам прилила краска. Пальцы сами собой сжались в кулаки, сминая грёбаные листки сувенирного договора.

Какое право этот жалкий шут имеет смеяться надо мной?! Я вообще не собиралась приходить в это злосчастное место, а теперь вынуждена слушать высмеивание в свой адрес.

– Катись к чертям со своим