Сладкая горечь - Автор Неизвестен

Диалог вдруг зашел в тупик, повисло тягостное молчание.

Мое внимание на некоторое время сосредоточилось на его больших огрубевших ладонях с татуированными костяшками и аккуратно подстриженными ногтями.

Я так любила его по-мужски красивые кисти, в очередной раз на них подвиснув, правда, следующим вопросом муж вывел меня из оцепенения… введя в жесткий ступор.

Глава 2

- Как Вера? – внезапно тихо спросил муж.

Прошло мгновение, прежде чем я поняла, что вся подобралась, забывая дышать. Сердце стучало в ушах, заглушая все прочие звуки.

Я ведь до сих пор ничего ему о ней не сказала.

Страшно подумать, что будет, если Темный узнает, куда отправилась его дочь…

- Я отправила ее в Европу. Разве Толя тебе не сказал? – тревога заполнила мою душу, как прилипчивая мелодия, пока я выдерживала его полный подозрений взгляд.

- Нет, – сканируя меня словно рентген. – Но это не самое худшее решение в сложившейся ситуации, – внезапно с нотками облегчения добавил Артем. – А Люба? Почему бы ей не присоединиться к сестре? Я сразу сказал, что вам пока лучше залечь на дно…

- Люба никуда не хочет уезжать от Ильи, – с деланным негодованием. – А я… – чувствуя, как сердце пропускает удар, – от тебя…

- Есть вероятность, что ты можешь погибнуть из-за своей любви ко мне. А я лишь могу пообещать, что постараюсь тебя защитить. Постараюсь, Саша, потому что однажды ты уже чуть не умерла по моей вине… Нет никаких гарантий. Тем более, я ограничен в передвижениях.

- Я уже давно приняла решение. Ничего не изменилось и сейчас, – я мрачно улыбнулась, склоняя голову в бок. – Ну, прогонишь меня, и что дальше? Будешь заказывать себе эскортниц?

Однако ответить ему помешал конвоир – пару раз стукнув, он вошел, толкая перед собой тележку, на которой стояло несколько блюд, накрытых железными крышками.

- Тебе надо поесть. Кожа да кости, – Артем бегло осмотрел меня с головы до пят.

- Аппетита нет, – непроизвольно обхватывая себя руками. – Я не голодна…

- Саш, никаких разговоров за жизнь, пока ты не поешь, – Темный вздохнул, усаживаясь на деревянный стул перед столом. – Я серьезно.

Кивком головы он пригласил меня сесть рядом, ставя передо мной тарелку с пловом, который, к слову, на вид выглядел вполне сносно. Мне ничего не оставалось, кроме как присоединиться к трапезе.

Во время еды мы почти не разговаривали.

Взгляд Артема, правда, редко отрывался от меня. Такое чувство, будто меня разбирали на части, измеряли и оценивали. По всей видимости считая, что я не достойна здесь находиться…

Пока я ковыряла алюминиевой вилкой в тарелке, муж заварил нам чай, пододвигая ко мне дымящийся напиток.

- Саш, мне больно видеть тебя такой. Здесь, – он шумно втянул ноздрями воздух, – комната для свиданок в тюрьме… Дожились, – губы у него чуть заметно дрогнули.

Он отвел взгляд, но складка между его бровей никуда не пропала.

- Я приняла решение, сделала свой выбор. Правильный или нет…. Я не буду его менять. Я с тобой до конца… А ты готов совсем меня не видеть, да? – наморщив нос, я изо всех сил постаралась сдержать злые слезы.

Неужели, после всего, через что нам пришлось пройти, этот мужчина был готов меня отпустить?

Убила бы его взглядом, если бы могла…

- Тебе так не терпится лечь под оголодавшего заключенного? М? – Апостолов хохотнул.

Его ехидный взгляд больше напоминал предупреждение, а в голосе явственно улавливалась хрипота.

Гад! Просто гад!

Неисправимый…

- А если так? – усмехнувшись, я закатила глаза, стараясь скрыть нарастающее чувство смущения.

Разумеется, я пришла сюда не за этим… Надо сказать, интимная сторона вопроса была последним, о чем я думала в последнее время. Совсем не до этого, когда кругом Апокалипсис.

Только когда дело касалось моего Темного Артема…

Иногда было достаточно одного столкновения взглядов или случайно произнесенной фразы, и нас обоих накрывало.

Каждый раз это ощущалось как полное растворение друг в друге, одержимая потребность и наслаждение до судорог в конечностях.

Глава 3

- Саш, нам надо столько всего обсудить… – пытаясь разглядеть в моих глазах нечто невысказанное.

- Да… Надо, – я почувствовала мурашки по коже, хотя мне было не холодно, скорее наоборот.

- Хотя, все, о чем я могу думать рядом с тобой… – хмыкнув, Артем выразительно покосился на шконку.

Молчаливая пауза затягивалась. Напряжение между нами начинало ощутимо искрить.

Поднявшись, я инстинктивно отступила на шаг, испытывая одновременно неловкость и смущение. Меня внезапно бросило в жар, в то время как спину обдало арктическим холодом.

Я не ожидала, что Темный, так быстро включится, сменив равнодушие на вполне себе откровенный мужской интерес. Он застал меня врасплох. Возможно, специально, играя на эффекте неожиданности.

Его направленные на меня черные зрачки слились с потемневшей радужкой, линия скул заострилась от напряжения, а взгляд все явственнее тяжелел.

Он улыбнулся, но в глазах у него была бездна. И никто никогда еще не смотрел на меня так, как он. Даже спустя столько лет…

- Артем…

Темный поднялся следом, с глухим скрежетом отодвигая стул от стола. Он скользнул взглядом по моей шее, к месту, где пульсировала жилка, затем к ключицам, очерченным под тонкой водолазкой.

Грудная клетка мужа тяжело вздымалась, растягивая черную ткань футболки.

Между нами снова повисла пауза. Сама не знала, чего я ждала, но уж точно не того, что Артем будет смотреть на мое лицо так, будто желает запомнить его до последней черточки.

Он сделал шаг вперед, все еще не до конца сократив расстояние, и я разглядела на дне его глаз такую откровенную тоску…

Темный все еще не двигался, но, казалось, он уже ко мне прикасается. Мурашки поползли по коже от голода, которым веяло от всей его фигуры.

В воздухе повисло нечто невысказанное, громоподобное. Напряжение, натянутое, словно тетива. Невыносимая, сладкая пытка ожидания…

Переломным стал звук упавшей ложки.

Алюминиевая ложка, которую я нечаянно задела локтем, звякнула о бетонный пол.

И этого хватило, чтобы все переменилось.

- Саш… – его голос прорвался хриплым, надтреснутым шепотом с эхом признания поражения в безмолвной битве с самим собой.

Он больше не мог просто смотреть. Его губы прикоснулись к моим в поцелуе, от которого по моему телу пробежал ток. Буквально мгновение спустя наш поцелуй превратился в интенсивный и всепоглощающий.

Артем целовал меня так, будто я та, без которой ему не