Забытые лица прошедшей войны - Нэлли Михайловна Савенкова

призван на военные сборы в эту самую дивизию 7 июня 1941 года. Человек сугубо мирной профессии, парикмахер, первый бой со своей третьей стрелковой ротой 385-го стрелкового полка он принял 26 июня. Было страшно, очень. Все горело, взрывалось и, казалось, «летело в тартарары».　

Из воспоминаний М. С. Безматерных: «В горящем пламени приходилось вступать в неравную схватку с озверевшим врагом. С боями приходилось отступать, но задержать врага во что бы то ни стало, любой ценой — даже и жизнью, это наш святой долг перед родиной. Мы помнили об этом и старались. Под городом Полоцком мне пришлось гореть в огне, выдержать жестокие бои под городом Невелем. Сражался я и в жестоких боях за город Великие Луки, где был ранен вражеским пулеметным огнем в правую ногу. Это было 23 августа 1941 года.　

Меня и других раненых бойцов с поля боя нашим санитарам подобрать невозможно было. Попал я во вражеские руки с тяжелым ранением, и увезен немцами в город Невель, где был лазарет для пленных. Тут много было наших врачей, они нас лечили, и ногу мне ампутировал наш русский врач».

М.С. Безматерных. 1948

Врачи через своих немецких коллег оформляли документы раненым, помогая тем освободиться из плена. Безматерных ждал своей очереди. «Но мы были разоблачены и вывезены в немецкий лагерь смерти в город Полоцк, где началась мучительная расправа над пленными: массовые расстрелы и казни, избивание и муки.　

В этом смертельном ужасе я пробыл 3 месяца, до 1 января 1942 года, и решил сбежать, пока еще в силах, несмотря на то, что был уже на костылях. Мне и нескольким товарищам помогли врачи. Я, на костылях, с незалеченной культей, кое-как выбрался из г. Полоцка и добрался до деревни Зуи Ветринского р-на Витебской области. Народ меня не бросил, подкрепили. Я был истощен».

Уже весной Безматерных воевал в партизанском отряде — «всюду мстил врагу». Полгода воевал, пока боли в культе не стали невыносимыми. Тогда его перебросили в партизанский госпиталь, в соседний район, на лечение. Но и там не усидел без дела Михаил: стараясь быть полезным, он вспомнил о своей довоенной специальности. Начал стричь и брить раненых. Из воспоминаний: «Делал перевязки и санобработку, и по заготовке продуктов, и другие поручения выполнял безотказно. После лечения я был направлен в штаб бригады Мельникова. Проработал там по специальности до 16 августа 43 года, несмотря на мои трудности: я был такой длительный период без ноги. Но выполнял я безотказно и честно все поручения».　

Фотография М.С. Безматерных 1943 г.　

На обороте надпись: "Прибыл из партизанского отряда в Москву".

В августе 1943 года появилась возможность вывезти самолетом в Москву часть раненых, с ними отправился и Михаил Безматерных. Так война для него закончилась. И только в 1948 году его отыскала награда — орден Красной Звезды, к которому М. С. Безматерных представило партизанское командование.　

Первые минуты войны застали на границе Алексея Ивановича Белкина. Бывший учитель Чигиробской начальной школы Соликамского района был призван в армию еще в 1939 году. Находился в г. Белостоке (Западная Белоруссия). Ночью 22 июня мотострелковый полк, в котором служил Алексей, был поднят по тревоге и вскоре вступил в бой с крупным немецким десантом за город Утяны. Десант был уничтожен.　

Из воспоминаний А. И. Белкина: «В августе у деревни Катково Торопецкого района Калининской области в течение двух дней отбивали атаки немцев. Погиб командир полка полковник Николин. Зам. политрука 5 роты И. В. Санников тяжело ранен, и я, когда выносил его с поля боя, был ранен. В этом бою, 19 августа 1941 года, погиб и любимый политрук нашей 4 роты Р. Г. Тупикин.　

В тяжелом бою под д. Суворово меня контузило, но у меня хватило силы воли вывести из окружения 39 бойцов и командиров. Четырнадцать суток пробивались к своим. Предатель-проводник вывел на немецкий гарнизон. Пришлось отстреливаться. Многие тогда погибли. Только половина группы дошла до своей части. Нас уже вычеркнули из списков живых. За это получил благодарность от командования и первую медаль «За боевые заслуги».

Отступать от самой границы пришлось и 20-летнему Александру Шагалову. Он служил в армии с 1940 года, сначала в Особой Дальневосточной Красной Армии. В апреле 1941 года красноармеец Шагалов был переброшен в Западную Украину для создания укрепрайона на новой границе.　

Из воспоминаний А. Т. Шагалова: «На границе застала меня война в первые ее минуты и часы, в деревушке северо-западнее Львова. Служил я в Особом корпусе железнодорожных войск — 32-й Отдельно-мостовой батальон, саперная часть. По должности я минер. Когда отступали, то все взрывали: мосты, вокзалы, железные дороги, водонапорные башни и т. д. Такой у нас был приказ. Чтобы ничего врагу не досталось».　

У каждого было свое начало войны. Михаил Шешуков, рабочий магниевого завода, оказался в первой партии мобилизованных, отправившихся из Соликамска 23 июня. Его воспоминания о войне представляют собой настоящий дневник событий.　

Из воспоминаний М. Ф. Шешукова: «24 июня 1941 года из облвоенкомата г. Перми эшелоном выехали в направлении Москвы. Но при подходе к столице ж.д. состав был направлен по окружной Московской дороге на Вологду и далее через города Волхов, Новгород, Новые Сокольники, Невель и Витебск. Когда поезд подходил к Витебску и шел на подъем тихим ходом, навстречу появились наши отступающие воинские части и кричали нам: «Куда вы едете? Там ведет наступление немецкая армия!».　

Мы прибыли в г. Витебск 29 июня 1941 года рано утром, дальше поезда не ходили, и территория Белоруссии была занята врагом. Рано утром 30 июня наш поезд вышел в обратный путь на г. Невель, но вскоре состав дважды подвергся бомбежке фашистской авиации, был выведен из строя паровоз, были жертвы. Вечером 30 июня мы собрались и двинулись пешим ходом на г. Невель, шли всю ночь.

Рано утром 1 июля сделали привал в райцентре Городок в 40–50 км от г. Витебска. Вся наша команда оружия не имела. В 12.00 построились колонной и двинулись в путь, но при выходе из леса на шоссе были встречены огнем танков, пулеметов и автоматов противника, прорвавшихся из-под г. Полоцка и спущенных десантом. Основная масса наших людей рассыпалась по лесу, часть их погибла.

К концу дня мы стали собираться у лесного озера. Со мной было пять человек, мы наметили путь, как выйти к своим на восток, после стали подходить