Стена невежества: Почему мы ошибаемся в понимании мира и людей – и что с этим делать - Такэси Ёро

Знание и здравый смысл – не одно и то же

Студенты, которые столь легкомысленно полагают, что всё понимают, с той же легкостью приходят с просьбой: профессор, объясните, пожалуйста, то-то и то-то. Но далеко не все можно понять через словесное объяснение. Я постоянно повторяю: больше всего меня утомляют студенты, которые требуют объяснить.

Разумеется, я не отрицаю словесные объяснения и коммуникацию как таковую. Но эти студенты не понимают, что существует масса вещей, которые невозможно передать или постичь одними лишь словами. Не осознавая этого, они убеждены: «спрошу – и пойму», «поговорим – и поймем друг друга».

Таким студентам я отвечаю: «Ты так легко просишь "объясните", а самому-то слабо объяснить словами боль родовых схваток?» Женщина может испытать схватки на собственном опыте, мужчина – нет. И все же, если мужчина своими глазами увидит роды, он хоть как-то сможет представить эту боль. По крайней мере до него дойдет больше, чем от сухих строчек в медицинском справочнике или учебнике по биологии.

Очень сложно объяснить это людям: ошибочен сам подход, будто достаточно все объяснить – и все станет понятно.

И дело не только в этом примере. Современная молодежь никак не понимает: далеко не все становится понятным оттого, что тебе объяснили. «Посмотрел видео – значит, понял». «Внимательно смотрел футбол – значит, понял, что такое футбол». Им непонятно, что понимание устроено совсем не так.

Как-то раз британский критик и телеведущий Питер Баракан, большой любитель и знаток Японии, сказал мне: «Ёро-сан, не кажется ли вам, что японцы путают здравый смысл и эрудицию?» Я невольно воскликнул: «Да! Именно так!» Прямо в яблочко.

В Японии слишком много людей, которые не видят разницы между «понимать что-то» и «обладать кучей разрозненных знаний». В случае с фильмом о родах парни решили, что все понимают, – и лишь потому, что когда-то нахватались фактов на уроках полового воспитания. А дальше по этой логике неизбежно возникает заблуждение: «Если искренне, от всей души поговорить, мы обязательно поймем друг друга».

Что есть реальность

Если, разбирая вопрос, что значит понимать, копнуть чуть глубже, то неизбежно упрешься в проблему: а что вообще такое реальность? Что представляет собой тот объект, который мы должны понимать? Но правда в том, что никто не знает реальность во всех подробностях.

Даже если ты был свидетелем события, это не значит, что ты его понял. А, как мы все знаем, память – штука до крайности ненадежная.

Люди прошлого, мне кажется, всё понимали: мир – нечто зыбкое, неуловимое. Эта двусмысленность, эта ненадежность стала темой рассказа Акутагавы Рюноскэ «В чаще» и фильма Акиры Куросавы «Расёмон». Центральный мотив этих произведений – то, как каждый рассказывает об одном и том же событии по-своему. Реальность и есть эта самая «чаща». А ведь каждый из троих героев рассказа увидел все по-своему.

Но в наше время все меньше людей отдают себе отчет в том, насколько мало они на самом деле знают. Все пребывают в смутной уверенности: «Мы знаем о реальном мире почти все» или «Если захотим узнать – узнаем».

Вот почему, увидев что-то по телевизору, люди тут же решают, что знают и понимают, что произошло в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. На деле же мы всего лишь видели на экране, как самолет врезается в небоскреб, после чего здание рушится. Затем в новостях без конца объясняли подоплеку теракта. Но мы, получившие информацию исключительно через телевизор и газеты, не можем знать множества вещей. Чувства и страх людей, которые там присутствовали, кардинально отличаются от того, что передается через экран. И все же, посмотрев новости, мы чувствуем, будто что-то поняли о событиях того дня. Вот что по-настоящему страшно.

Неужели понять детали реальности так просто?

На самом деле все совсем не так. Именно поэтому человек жаждет чего-то надежного. И потому создает религии. Монотеистические религии – христианство, иудаизм, ислам – на мой взгляд, возникли из предпосылки, что реальность крайне зыбка и неопределенна.

Иными словами, во всем мире есть только одно существо, которое полностью постигает все детали реальности, изначально недоступные человеческому пониманию. Это существо – бог. Именно благодаря этой предпосылке становится возможной идея о существовании правильного ответа. Вот почему люди могут последовательно искать правильный ответ – будь то в науке или любой другой области. Правильный ответ есть только потому, что существует единственное абсолютное существо.

Но мы, японцы, изначально живем в мире восьми миллионов богов. Здесь нет почвы для поисков того, что есть истина, что есть факт. И это естественно, ведь «абсолютной истины» попросту не существует. В этом коренное различие между миром монотеизма и миром природных религий, между Западом и исламским миром и Японией.

NHK – новый бог?

Лично я считаю, что существование объективной истины – в конечном счете вопрос веры. Ведь, если докопаться до сути, никто не может этого доказать. Самое ужасное в современной Японии – огромное количество людей, которые верят в существование объективной истины, не осознавая, что это именно вера.

Готовность слепо верить в «правильность» – вот что по-настоящему страшно. Люди не задумываются всерьез о том, что реальность не так-то легко постичь, а просто верят в свою «объективность».

Поэтому, когда возникает коррупционный скандал с политиком – скажем, дело Мунэо Судзуки[3], – они выносят вердикт: «Короче, он плохой. Точка. Обсуждение закрыто». Осуждают и транслируют это в эфир. Налицо явная остановка мышления, но сами они этого не осознают.

Именно об этом говорил Питер Баракан, когда заметил, что люди путают здравый смысл с эрудицией. Можно нагромоздить горы разрозненных фактов, но из них не построишь целостную картину мира, называемую «здравый смысл». Люди постоянно путают одно с другим.

Так что же такое здравый смысл?

Французский мыслитель XVI века Мишель Монтень говорил о здравом смысле просто: это то, о чем любой скажет «ну да, конечно». Неважно, является ли это абсолютной истиной, – важно, что любой нормальный человек должен прийти к такому выводу.

Монтень понимал: «То, что само собой разумеется в одном мире, может быть совсем не так в другом». Разумеется, он не верил слепо в объективные факты. Вот что значит обладать здравым смыслом.

Наука под подозрением

Здесь часто возникает недоразумение касательно науки. «Ладно, пусть так, – скажете вы, – но уж в науке-то должно быть что-то абсолютное?»

Хотя я не изучал точную статистику, полагаю, что около 90% ученых верят: «факты существуют внутри науки». Обычные люди, вероятно, еще сильнее верят в абсолютность науки. Но это полная чушь.

Возьмем такой пример: причиной глобального потепления объявляют рост концентрации углекислого газа и подают это как научный факт. Эту теорию