Юные королевы. Цена величия, славы и власти - Лия Редмонд Чанг

Прежде чем стать королевой-матерью, Екатерина Медичи стала королевой-консортом Франции, послушной долгу супругой короля Генриха II. Их брак продлился больше 25 лет, пока летним днем 1559 года ужасный несчастный случай не унес жизнь Генриха. Погрузившись в глубокий траур, Екатерина облачилась в черное и задержала возле себя старшую дочь Елизавету Валуа, только что вступившую в брак с королем Испании Филиппом II. С ними вместе скорбела Мария Стюарт, красавица-королева Шотландии, невестка Екатерины. Так при одном дворе оказалось сразу три королевы: Екатерина – теперь королева-мать, Елизавета – королева Испании, и Мария – новая королева-консорт Франции. Столкнувшись с неопределенностью и страхом, которые всегда окружают кончину короля, они как могли ободряли друг друга; две совсем юные и одна средних лет женщины объединились в общей печали.

Екатерине, Елизавете и Марии уход короля Генриха принесет завершение прежней жизни. Больше десяти лет они жили во Франции, объединенные узами крови и брака, общностью, дружбой, любовью и дочерней почтительностью. Однако смерть короля Генриха определит для них новые роли, отяготит другими политическими обязанностями, подтолкнет к иным союзам и представлениям. Довольно скоро их пути разойдутся: Елизавета в конце 1559 года оставит родной дом, начав жизнь испанской королевы. Вскоре после ее отъезда, в 1561 году, Мария вернется в Шотландию, чтобы править своим королевством. Екатерина останется во Франции и будет опекать сына, десятилетнего короля Карла. Это расставание – с Францией, друг с другом, со счастливым детством Елизаветы и Марии, с радостным материнством для Екатерины – решительно изменит их отношения на всю оставшуюся жизнь.

Екатерина, Елизавета и Мария были одной семьей и глубоко знали друг друга как сестры, дочери и мать. Даже в разлуке они какое-то время любили и уважали друг друга – пока политические обстоятельства не подорвали их отношений. Однако даже впоследствии они никогда не отказывались от уз родства и долга: Мария всегда будет называть Елизавету сестрой, нежно думать о ней как об одной из самых дорогих подруг детства, и Елизавета разделит эти воспоминания. Долгие годы после отъезда из Франции Мария будет называть себя дочерью Екатерины, и королева-мать будет платить ей той же монетой.

В нашей книге «Молодые королевы» прослеживаются судьбы Екатерины, Елизаветы и Марии на протяжении двух десятков лет. Изложение трех этих биографий как единой истории дает возможность проявить модели отношений женщин и власти, которые можно упустить или недооценить, если рассматривать каждую из них по отдельности. Екатерина, Елизавета и Мария правили в разных королевствах и были вынуждены следовать различным традициям, культурам, языкам, религиозным обрядам и ожиданиям. У них были абсолютно разные характеры, им приходилось вставать перед разными трудностями. Однако их жизнь во власти намного сильнее определялась принадлежностью к женскому полу, чем культурными особенностями их стран. И в этой тематической симметрии их судьбы повторяют друг друга.

Отражающие их жизнь документы (личные письма, дипломатические послания, доклады, воспоминания, стихи, наброски, записные книжки, протоколы и портреты) раскрывают женскую сущность королев, позволяют узнать об их дружеских отношениях и приступах ревности, проследить за их обучением и любимыми развлечениями, взглянуть на их детские капризы и психологические особенности – например, склонность к упрямству или к озорству. Мы узнаем об их горячем стремлении к замужеству и опасениях по этому поводу, волнениях периода созревания, любви к мужьям и матерям, обидах. В документах раскрываются, конечно, и конфликты лояльности, и личные страхи. Мы начинаем понимать трех этих женщин так, как они сами понимали друга – три сложные личности с собственными достоинствами и недостатками, их сосуществование со всеми их ошибками и слабостями.

Екатерина, Елизавета и Мария были королевами стран, прочно вплетенных в политическую сеть ренессансной Европы. Их правление определили потрясения, изменившие Европу во второй половине XVI века, когда между католиками и протестантами разгорелась война, а браки, рождения и верность родственным узам двигали фигуры на шахматной доске. Угроза войны и страх перед восстанием заставили их в самые юные годы взвалить на плечи политическую ответственность, которая устрашала женщин вдвое старше. Едва достигнув брачного возраста, они произносили свои обеты и уезжали в чужие страны, понимая, что могут никогда больше не увидеть своих родных. Их тела страдали от беременности и родов, бремя династического брака впечатывалось в их плоть. Их мучили тревоги и уныние, однако они играли предписанные им роли как публичные, так и скрытые от глаз.

Они испытывали надежды, мечты, желания и сожаления – желания и сожаления, которые формировали эпоху Возрождения не менее, чем любой эдикт, сражение или коронация.

Прослеживая переплетенные судьбы Екатерины, Елизаветы и Марии, эта книга дает более широкую картину власти королев. Совместно эти три женщины представляют нам все варианты статуса королевы эпохи Ренессанса. Правящая королева – королева-монарх, лично управляющая своим королевством. Королева-консорт – супруга правящего короля. И королева-мать, вдова одного короля и мать следующего. В разные времена Мария сыграет каждую из этих ролей; Екатерина – две из них; Елизавета – только одну.

Таковы были лица и маски королевы в Европе XVI века. В отличие от короля, статус королевы и объем ее власти определялись обстоятельствами. В Средневековье и в начале Нового времени нормой были короли-монархи; женщины правили лишь изредка. По крайней мере теоретически король занимал главное место в королевстве, и его власть – исключая государственный переворот – продолжалась до конца жизни. Пока король был жив, он не подчинялся никому, кроме Бога. Положение королевы было гораздо более нестабильным: роли женщины менялись в течение ее жизни, и ее власть внутри этих ролей изменялась, прибывала и ослабевала.

В Европе эпохи Ренессанса, конечно, не только Екатерина, Елизавета и Мария имели власть. Напротив, они жили во времена, когда женщины правили многими европейскими королевствами как монархини или регенты, в небывалую эру женского правления. Отчасти вследствие религиозных и политических конфликтов в середине XVI века, женщины расширили пределы своей политической власти далеко за границу того, чего от них обычно ожидали. Женщина – все та же Екатерина Медичи – практически создала политическую роль королевы-матери, наполнив ее беспрецедентными полномочиями. Даже молодая женщина, такая как Елизавета Валуа, ограниченная в своих правах и возможностях вынашиванием детей в роли королевы-консорта, обнаружила, что может оказывать влияние на принятие политических решений, по крайней мере тайными и косвенными путями.

Однако положение королевы на троне все еще было ненадежным. Это утверждение справедливо как в отношении правящей королевы, так и в отношении королевы-консорта. Хотя королева-монарх – такая, как Мария Стюарт, королева Шотландии, – обладала той же земной властью, что и король (власть, теоретически пожалованную Богом), в культуре глубоко укоренившегося женоненавистничества она