Ценности и антиценности западного мира. Тирания добра - Ги Меттан

Герои или убийцы – все зависит от того, кто их нанимает. Доблестные «борцы за свободу» – это те, кто на нашей стороне. Террористы и кровожадные наемники – в противоборствующем лагере.

* * *

Но Добро предназначено не только для других народов, не только для дальних стран. Его блага не могут обойти стороной и нас. Именно во имя Добра попираются души и сердца наших граждан. Порабощены и наш разум, и наше тело. Добро уже не просто давит – оно угнетает. Оно больше не убеждает, а ломает через колено и надевает намордник. От рассвета до заката всевластие Добра стало непрерывным, всеобъемлющим, абсолютным и тоталитарным явлением.

Это постоянное преследование со стороны Добра, непрерывно что-то нашептывающего нам в уши, словно назойливая музыка в супермаркете, облекается в форму незаслуженного нами страдания. Мы все до одного и всех гендеров – жертвы беззаконного угнетения: со стороны бинарного белого мужчины, расиста-колонизатора или загрязняющего окружающую среду хищника-невегетарианца.

Домохозяйки, мигранты, спасающиеся от «диктаторских режимов», непризнанные трансы, дискриминируемые расовые меньшинства, страдающие ожирением «люди с ограниченными возможностями», мусульмане, подверженные «исламофобии», вакцинированные, ставшие жертвами «эгоизма антиваксеров», – все вы громко и во всеуслышанье должны заявить о масштабах ваших страданий. Отныне именно они определяют вашу сущность. Кричите о своей боли, и вы узнаете, кто вы.

Именно так на протяжении последних двадцати лет крестовые походы Добра сменяли друг друга с бешеной скоростью: крестовый поход против исламистского террора в 2001 году, против белого мужчины-мачо в 2007 и 2017 годах (волна #MeToo), против расиста-колонизатора в 2013–2018 годах (движения Black Lives Matter и wokiste), против коронаскептиков и непривитых во время пандемии (2020–2022..?). Со все большим раболепием, которое требуется от паствы Империи Добра, и со все большей беспощадностью в борьбе с «неверными».

Кто сегодня на Западе осмелится выступить против свободы, прав человека, здоровья, развития и экологического разворота? Эти абсолютные истины не подлежат сомнению. Преимущество Добра в том, что оно не обсуждается и не поддается измерению. Но прежде всего оно позволяет нам обойти стороной понятие общего блага и избежать любых демократических дискуссий на эту тему. Кто может оспорить количество Добра, которое обещают привнести в нашу жизнь гуманитарная «интервенция», «реформа» трудового законодательства, программа повышения «конкурентоспособности», кампания по обязательной вакцинации или «зеленая» автострада для электромобилей?

Мы все призваны под знамена этой неистовой доброжелательности. Ни один народ, ни один человек не может избежать ее. Остерегайтесь мятежных, непокорных, сопротивляющихся, непослушных. Еретиков немедленно заклеймят, очернят, вываляют в грязи, а менее удачливые предстанут перед цифровыми трибуналами для вынесения им наказания, которое может быть только образцовым. Десять, сто, тысячу раз в день Добро требует, чтобы мы любили его на всех наших экранах. После гуманитарных войн и спасительных вакцин нас попросят полюбить (лайкнуть) электромобили, солнечную энергию и электронные деньги, а также разлюбить (разлайкнуть) самолеты, путешествия, газовое отопление, климатических скептиков и антиваксеров.

А ведь Библия предупреждает нас. Она обращала внимание людей (мужчин и женщин!) на злую силу некоторых слов. Нам срочно нужно перечитать Писание в свете последних злодеяний Добра. Бытие открывается головокружительным предвидением: «Слово стало плотью», – говорится в этой книге, подразумевающей, что только слова могут породить реальность. Без Слова не может быть Творения. Без слов нет реальности, во всяком случае, реальности, понятной для человека.

Адам и Ева были изгнаны из земного рая за то, что украли запретный плод с древа высшего Познания – Познания Добра и Зла. Шесть тысяч лет спустя выяснилось, что Бог точно знал, что делал, когда запретил им прикасаться к этому проклятому дереву.

Не по причине Зла, которое каждый сознательный человек может постичь в глубине своего существа. Но из-за Добра, которое позволяет нам творить зло… с чистой совестью.

«Боже, спаси нас от Добра» – вот, пожалуй, истинное послание Библии. Ведь Добро требует жертв, и даже больше, чем Зло. Оно требует своей доли крови. Недостаточно простого осуждения или аутодафе. Нужно уничтожить грешника, подвергнуть его остракизму, исключить из университета, изгнать из общества, уволить из оркестра, удалить с городских площадей. Уничтожить и стереть в порошок.

Одержимость Добром стала смертельной. Фарс превратился в трагедию. Добро стало карательным, дисциплинарным, преступным. Безумием. Добро убивает не только линчеванием, бомбами и голодом, но и перекрытием кислорода, удушением, истощением, раскаянием, чувством вины. Добро постоянно требует, чтобы мы бичевали себя, извинялись, просили прощения, заглаживали вину и выполняли свой долг памяти. Занавес! Шутки кончились!

Не сортировать мусор; выделять в атмосферу углекислый газ; не переходить на инклюзивное написание и серединную точку для обозначения всевозможных гендеров; смеяться, а не ныть, жалуясь на свою судьбу; дышать без маски; аплодировать нашим национальным чемпионам; сомневаться в Европейском союзе; не доверять технологическим инновациям; предпочитать деревья бетону; бойкотировать Хэллоуин и «черную пятницу»; защищать свою свободу, а не собственные рабские цепи; напоминать, что Сирия и Ливия, хотя и были авторитарными странами, но жили в мире, пока не были уничтожены, что «права человека» – более правильно по-французски, чем «права человеческой особи», что слепой – это не просто слабовидящий, что белый ребенок – это не потенциальный будущий расист, что свободный рынок – это фикция на службе у самых богатых мира сего, что цензура мнения, даже ложного, является нарушением закона, – все это стало рискованным, предосудительным, непростительным.

Как мы дошли до такого состояния? Что затуманило наш мозг до такой степени, что мы лишились свободы быть человеком?

Платон, прежде чем стать образцом философской корректности, продемонстрировал гениальную интуицию и придумал для ответа на этот вопрос метафору о людях, запертых в пещере. На цепи, в темноте, мы смотрим на изображения, проецируемые на телеэкраны нашего техногрота, принимая их за реальность, хотя на самом деле эти изображения – лишь искаженное отражение реальности. Мы опьянены речами, которые сами себе навязываем, и уже не замечаем собственных шор. Две тысячи четыреста лет цивилизации, прошедшие со времен Платона, не помешали нам снова впасть в эту иллюзию.

Как мы можем вырваться на свободу? Было бы легко, если бы мы могли просто разорвать цепи и выскочить из тюрьмы, чтобы засиял свет истины. Но это невозможно, потому что мы потеряли ключ к словам, которые позволяют нам свободно выражать мысли и понимать реальность такой, какая она есть, а не искажать ее иллюзиями.

Если война – это мир, если рабство – это свобода, как точно предвидел Оруэлл, то как мы можем вернуться к истинному миру