Гогенцоллерны. Путь к германскому единству. 1786-1861 - Отто Хинце

Еще будучи 23-летним принцем, Фридрих Вильгельм вступил в связь с 16-летней дочерью музыканта королевского оркестра, Вильгельминой Энке. Наследник престола посвящал ей гораздо больше мыслей и времени, чем того требовала подготовка к управлению большим государством. Он сам заботился о ее воспитании и в итоге сделал из возлюбленной светскую даму, которая интересовалась политикой и давала монарху советы.

Неудивительно, что первый брак Фридриха Вильгельма с принцессой Елизаветой Брауншвейгской оказался несчастливым. Правда, было бы несправедливо обвинять в этом одного только принца. В браке родилась всего одна дочь, и в 1769 году он был расторгнут. Во втором браке — с принцессой Фридерикой Гессенской — родились семеро детей, включая наследника престола. Однако Фридрих Вильгельм не прекратил отношений с Вильгельминой, которая родила ему пятерых внебрачных детей.

Поворотным моментом в жизни принца стала кампания 1778 года. Здесь он познакомился с Иоганном Рудольфом фон Бишофсвердером — офицером саксонского происхождения, который впечатлил наследника престола своим умом, манерами и той атмосферой таинственности, которой он умел себя окружить. Падкий до мистики принц позволил Бишофсвердеру вовлечь себя в орден розенкрейцеров — тайное общество, которое пользовалось тогда быстро растущей популярностью при немецких дворах. Через своего нового друга Фридрих Вильгельм познакомился с еще одним розенкрейцером — Иоганном Христофом Вёльнером — который делал принцу доклады о политике и государстве, выступая за коренное преобразование существующей в Пруссии системы. Надо признать, что некоторые его идеи были вполне разумными и своевременными.

Влияние розенкрейцеров, задавшихся целью направить принца на стезю добродетели, привело к тому, что Фридрих Вильгельм решил расстаться со своей любовницей и в 1780 году выдал ее замуж за своего камердинера Рица. Спустя некоторое время Вильгельмина вновь оказалась в Берлине, но с тех пор ее отношения с бывшим возлюбленным оставались чисто дружескими. Вильгельмина была умной женщиной, действительно преданной своему венценосному другу, и потому являлась его доверенными лицом до самой смерти Фридриха Вильгельма. В 1794 году ей был дан титул графини Лихтенау — под этим именем она появилась при дворе. К ее чести, она ни разу не употребила свое влияние во вред монарху и королевству.

Однако даже после расставания с фавориткой Фридрих Вильгельм II не стал примерным семьянином. Его любовницами стали одна за другой две придворные дамы — сначала Юлия фон Фосс, получившая титул графини Иннгенхейм, а затем, после ее ранней смерти в 1789 году, графиня София Донхёфф. Сыном последней был граф Бранденбург, ставший впоследствии главой прусского правительства.

В ордене розенкрейцеров Фридрих Вильгельм получил имя Ормезуса. Члены ордена стали позднее его главными советниками: Вёльнер — во внутренней политике, Бишофсвердер — в военных и международных вопросах. Именно эти двое в действительности правили прусским государством. Принцип абсолютизма формально сохранялся, однако в реальности единое руководство государственными делами, характерное для эпохи Фридриха Великого, ушло в прошлое.

Впрочем, строгая дисциплина и порядок, заведенные Фридрихом II, были по нраву отнюдь не всем его подданным. Когда он умер, многие придворные и чиновники вздохнули с облегчением. В Европе тем временем уже ощущались новые веяния; Мирабо, впоследствии один из лидеров Французской революции, направил в 1786 году Фридриху Вильгельму II открытое письмо, призывая его провести у себя в стране либеральные реформы. Два года спустя тот же Мирабо опубликовал восьмитомный труд «Прусская монархия», в котором на основе массы статистических данных резко критиковал фридриховскую политическую систему — впрочем, не поняв самой сущности прусского государства.

Фридрих Вильгельм II не собирался проводить в своей стране коренных преобразований. Однако это не значило, что у него был полный иммунитет против веяний времени. Новое правительство отменило ряд наиболее непопулярных законов эпохи Фридриха Великого. Французские чиновники, возглавлявшие до этого финансовое управление, были сняты со своих постов. Ненавистную кофейную и табачную монополию ликвидировали. Было упрощено регулирование хлебной торговли.

Эти популярные в народе меры, однако, вели к снижению доходов королевства. Вёльнер выступил с планом введения всеобщего подоходного налога, однако он встретил сопротивление имущих сословий. Пришлось повысить налоги на муку, сахар и пиво, а также увеличить цену соли.

С 1788 года был снова ограничен экспорт хлеба. Фридрих Вильгельм II задумывался даже о том, чтобы восстановить табачную монополию.

Определенные изменения были внесены в систему административных органов королевства. К примеру, в 1787 году в качестве органа управления армией в мирное время была создана Высшая военная коллегия. Фридрих Вильгельм II, в отличие от своего предшественника, не стремился быть собственным военным министром. В общем и целом жесткий порядок, царивший в органах управления при Фридрихе II, смягчился. Военная строгость, пронизывавшая всю систему, уступила место более спокойной и расслабленной атмосфере. Это создавало условия для развития торговли, расцвета наук и искусств.

К числу выдающихся архитектурных произведений эпохи принадлежат Бранденбургские ворота, построенные в 1788–1791 годах. В 1794 году место на их вершине заняла знаменитая колесница богини победы, ставшая символом нового Берлина. Своего расцвета достигло творчество знаменитого скульптора и художника Шадова[2]. Музыкальная жизнь также била ключом; в 1790 году в прусской столице была основана Певческая академия. Композитор Цельтер положил здесь на музыку стихи Гете. Была проведена реформа Академии наук, в которой теперь вместо французов доминировали немцы. В 1796 году в Берлин был приглашен Ифланд[3], взявший на себя руководство новым театром.

Идеи Просвещения, источником которых являлась Франция, пользовались в то время большой популярностью у образованных людей. Одной из них была идея правового государства. В 1791 году появился проект всеобщего свода законов, однако правительство сочло его слишком либеральным; более консервативная версия вступила в силу в 1794 году.

В целом, однако, государственная система продолжала развиваться в тех рамках, которые были поставлены ей Фридрихом II. Ни армия, ни меркантилистская экономическая политика не претерпели кардинальных изменений. Однако ушел в прошлое дух великого монарха, который наполнял раньше внешние формы. Поддержание этих форм превратилось в самоцель; бюрократическая активность порождала горы бумаг, а способная держать ее в узде сильная рука на самом верху государственного аппарата отсутствовала.

Иначе обстояли дела в сфере управления Церковью, где Вёльнер решительным образом боролся с распространением рационалистических идей Просвещения. Религиозная толерантность сохранялась, однако лютеранскому духовенству были запрещены любые отступления от норм эпохи Реформации. В 1791 году была образована комиссия по приему экзаменов у кандидатов в священники; она состояла из несгибаемых ортодоксов. Фридрих Вильгельм II, ненавидевший идеи Просвещения, в 1794 году потребовал от Вёльнера ужесточить борьбу с вольнодумством. Именно в это время Кант получил строгий выговор и вынужден был дать обязательство в дальнейшем не рассуждать о религии. Была введена строгая цензура, и два