Русь и варяги. Взаимовлияние культур - Олег Львович Губарев

короткий очерк жизни Рюрика на территории империи франков, а также очень верно, на мой взгляд, оценил возможность переноса активности на восток после возврата родового владения Скьёльдунгов Хедебю и прилегающих земель.

«Riurik's interest in the Baltic area must have received a new impetus when he was forced by Lothair to give up Friesland once more, and was granted in its place another fief in Jutland (854). Becoming master of southern Jutland, Riurik acquired direct access to the Baltic sea, and was thus in even better position than before to take active part in Baltic affairs»[3].(Vernadsky 1946: 338).

Рюрик, которого Г Вернадский отождествлял с вождем норманнов Рёриком, по мнению Вернадского, оказался посредником между Востоком и Западом.

Небольшая переписка с Николаем Константиновичем Рерихом началась после того, как Г. В. Вернадский получил от него отзыв о книге «Звенья русской культуры», написанный 2 июня 1938 г. Н. К. Рерих откликнулся на этот «истинно русский труд», увидев в Г. В. Вернадском единомышленника в суждениях о большом значении культуры Древней Руси. «Ваша книга, — писал он Вернадскому, — глубоко ответила моим воззрениям на древнюю Россию... Всюду, где подойдем к древней Руси без предубеждения, можно найти замечательные памятники, свидетельствующие о культуре. В будущих русских построениях Ваша или, скажу, наша точка зрения ляжет в основу дальнейших изысканий» (Вернадский 1998: 409).

Если в своих более ранних исторических работах Г В. Вернадский доводил историю Руси до призвания Рюрика и похода Олега на Константинополь (Vernadsky 1946), то в более позднем исследовании он довел историю Руси до правления Святослава и его войн с Византией (Vernadsky 1959).

Г В. Вернадский пытался оценить в рамках своей концепции евразийства влияние культур соседних народов на культуру Руси. «Фактор времени следует учитывать и в смысле относительном, то есть спрашивать себя, в какой мере развитие русской культуры определялось уровнем развития, достигнутым в данную эпоху культурами соседних народов. Отсюда вытекают и вопросы о взаимоотношении и взаимных влияниях культур русского и народов соседних» (Вернадский 2016: 6).

Таким образом, евразийцы 1920–1930 гг. говорили о необходимости дальнейших исследований исторического процесса и влияния культур соседних народов на культуру Руси и складывающуюся уникальную евразийскую цивилизацию. Этому и будет посвящено дальнейшее содержание данной книги.

Культурные контакты

и взаимодействия в эпоху викингов

Одним из наиболее распространенных вариантов межкультурных контактов в раннем Средневековье служил конфликт (набеги, стычки, межплеменные войны, войны между ранними государствами и империями были весьма и весьма распространены).

В то же время мирные контакты могут быть классифицированы следующим образом:

— установление контактов через церемонии, включающие клятвы, вручение даров, пиры, обмен заложниками и уплату дани;

— установление контактов через экономические отношения, то есть через торговлю или ремесленную кооперацию и доступ к ресурсам;

— мирные контакты, требующие письменного или устного закрепления дипломатическими средствами. Соглашение должно быть законодательно закреплено и подтверждено обеими сторонами.

Эти мирные контакты не обязательно должны устанавливаться в местах проведения постоянных встреч и собраний. Они могут иметь место в таких местах социальных контактов, как, например, рынки и ярмарки, имеющих временный характер.

Схематическое описание конфликтов и возможных решений конфликтных ситуаций в эпоху викингов согласно С. Олесону (Olsson 2019: 26)

Эта упрощенная модель общения представителей различных культур может помочь в изучении сторон контактов, символических актов при установлении мирных отношений и адаптации сторон к новым условиям после разрешения конфликта (Olsson 2019: 28).

По периодичности контакты можно разделить на случайные, продолжительные и постоянные. Случайные контакты происходят неожиданно для обеих сторон и исключают какую-либо подготовку к встрече.

«However, peaceful cultural encounters might not always have been recorded by chroniclers. The first meeting between two cultures often passes unmentioned in written sources. Nor does it always leave physical traces in the form of archaeological evidence»[4](Hâkansdotter 2013: 24, 26).

Продолжительные контакты, если и не планируются заранее, то имеется возможность в ходе них найти переводчика или третью сторону, знакомую с культурой участников и выступающую в роли посредника, что может значительно облегчить взаимопонимание. Постоянные контакты обычно проходят в рамках установленного церемониала и этикета, при этом заранее оговариваются по дипломатическим каналам, в случае военных конфликтов завершают их при любом исходе мирными переговорами и процедурой заключения мира, обеспечивающей соблюдение его обеими сторонами.

Отметим дополнительно, что при межкультурных контактах, особенно в раннем Средневековье, уровень доверия между контактирующими сторонами имеет огромное значение (Svendsen&Svendsen 2016: 198–205).

Отвлекаясь от общих процессов культурных влияний и взаимодействий в современном мире, мы сосредоточим свое внимание на конкретной прикладной проблеме — культурных взаимодействиях в раннем Средневековье, а если точнее, то в «эпоху викингов» (VikingAge). При этом нас будут интересовать те культурные процессы, что легли в основу образования новой культурной общности — Руси (Древней Руси, Киевской Руси).

В последнее время издан ряд исследований, посвященных культурным контактам и взаимодействию цивилизаций разных эпох и народов. Однако число работ, посвященных контактам чуждых культур в раннем Средневековье, особенно в эпоху викингов, относительно невелико. Что касается скандинавского влияния на культуру Древней Руси, основополагающей тут является работа Ю. М. Лесмана (Лесман 2014: 43–87).

Естественно, моя книга во многом будет перекликаться с этими тезисами видного ученого, дополняя его исследование, чтобы избежать повторов.

Понять закономерности этих процессов поможет сравнительное изучение аналогичных процессов культурной диффузии и ассимиляции у других народов (норманнов на территории империи франков и в Англии, Ирландии, Шотландии, а также на островах Атлантического океана — Оркнейских, Шетландских). Большинство работ историков, изучающих эпоху викингов, посвящено освоению норманнами Англии и континента, что привело к созданию Нормандии и Дэнло, а также к образованию Дублинского королевства норманнов (например, McLeod 2011; Garipzanov 2008: 113–144; Amlé 2014; Downham 2009а: 139–169).

Возможно, это имеет место потому, что взаимодействие родственных культур англосаксов и скандинавов лучше изучено, по нему есть куда более доступный археологический материал. Значительно меньшее количество исследований посвящено аналогичным процессам, проходившим на Востоке, например, сравнительному анализу образования раннеболгарского ханства и древнерусского государства в славянской среде (Каратовская 2011).

При этом географические факторы имели особое значение как среди причин, вызвавших экспансию и миграции норманнов (Downham 2012: 4), так и среди причин, вызвавших в IX в. формирование нового скандинавского раннегосударственного образования — Древней Руси вдоль пути «из варяг в греки» (Губарев 2020а).

Работы, посвященные контактам представителей разных цивилизаций на Востоке, в основном сводятся к изучению различных аспектов сообщения Ибн Фадлана о русах на Волге, поскольку это единственный достоверно зафиксированный в источниках факт контактов араба с русами. Остальные сообщения арабских географов и писателей