«Мастер и Маргарита». Роман Михаила Булгакова о времени и о себе - Александр Сергеевич Разумов

учителей, которым необходимо на уроках – а роман «Мастер и Маргарита» включён в программу средней школы – заложить в сознание юных граждан знания о произведении, которое сам Михаил Афанасьевич считал главным в своём творчестве.

И никого почему-то не удивляет, что те же специалисты-булгаковеды, которые либо лично, либо через свои статьи и монографии поучаствовали в составлении методических пособий для школьных преподавателей, часто называют «древние» главы романа «евангелием от Воланда». То есть отношение к христианской вере и к Церкви у нас таково, что мы совершенно терпимо воспринимаем то, что о Христе школьники старших классов узнают не из текста Нового Завета, а из глав романа о Маргарите и Мастере, которые многими верующими воспринимаются как евангелие от дьявола или евангелие от Сатаны.

Если в «московских» главах под борющимся со злом человеком-творцом понимать Мастера, то напомню, что этот герой сначала прячется от обстоятельств жизни в сумасшедшем доме, а в конце романа покидает Москву в свите Воланда. Поэтому рассуждения литературоведов, что этот «человек-творец», который избегает любых осложнений, ни перед кем не прогнулся, может вызвать только удивление.

Но не спешите строго судить Мастера, ведь вам ещё неизвестны имена людей, чьи поступки писатель в иносказательной форме отобразил в сюжете романа, и вы не всё знаете об обстоятельствах, в которых работал Булгаков, а значит, не всё знаете и о том «сумасшедшем доме», в котором оказался автор, работая над автобиографическим романом-хроникой.

Так что же хотел сказать своим читателям писатель Михаил Булгаков историей Иешуа Га-Ноцри?

Только верный ответ на этот вопрос даст возможность разобраться с главной темой того произведения, к внимательному изучению которого мы сейчас приступаем. И начну излагать перед вами результаты своих исследований с расшифровки имён современников Булгакова, чьи дела и поступки являются основой «московских» глав романа.

Цитируемые в этих исследованиях отрывки из различных редакций романа взяты из книги «КНЯЗЬ ТЬМЫ. Полная история «Мастера и Маргариты». Издательство «Азбука», 2018 год.

В этот сборник, кроме окончательной и полной рукописной редакции «Мастера и Маргариты», составители включили и более ранние варианты этого произведения, которые в сборнике имеют следующие названия:

1. «Черный маг». Черновики романа. Тетрадь 1, 1928–1929 гг.

2. «Копыто инженера». Черновики романа. Тетрадь 2, 1928–1929 гг.

3. «Вечер страшной субботы». Черновые наброски к роману, 1929–1931 гг.

4. «Великий канцлер». Полная рукописная редакция.

5. «Фантастический роман». Главы, дописанные и переработанные, 1934–1936 гг.

6. «Золотое копьё». Незавершённая рукопись.

7. «Князь тьмы». Роман. Первые тринадцать глав.

8. «Мастер и Маргарита». Роман. Полная рукописная редакция.

9. «Мастер и Маргарита». Окончательная редакция.

Часть 1

История одного стихотворения

Глава 1.1

Коровьев, он же – Фагот

Роман «Мастер и Маргарита» начинается с того, что присевший на скамейку у Патриарших прудов председатель правления МАССОЛИТА Михаил Александрович Берлиоз видит перед собой возникшего из воздуха человека-призрака, который позже, в разговоре с председателем жилтоварищества Никанором Ивановичем Босым, представится Коровьевым.

Писатель не случайно начал череду фантастических событий с появления именно этого персонажа. Дело в том, что поступки человека, которого Булгаков скрыл за образом Коровьева, легли в основу целого ряда мистических сцен в сюжете романа. Прежде чем приступить к разгадке этого образа, напомню, что читатели узнают о Коровьеве из текста «Мастера и Маргариты».

Первое. Этот худой неимоверно человек в клетчатом кургузом пиджачке и с глумливой физиономией назван автором-рассказчиком регентом, то есть руководителем хора.

Второе. У Коровьева есть и другое имя – Фагот. Это имя известно не всем, но именно так к нему обращаются и сам Воланд, и члены его свиты.

И, наконец, третье. Во время бегства нечистой силы из Москвы, отвечая на вопрос Маргариты, Воланд даёт следующее объяснение чудесному превращению Коровьева – Фагота, самозваного переводчика при таинственном и не нуждающемся ни в каких переводах консультанте, в темно-фиолетового рыцаря с мрачным и никогда не улыбающимся лицом:

«Вряд ли теперь узнали бы Коровьева – Фагота, самозваного переводчика при таинственном и не нуждающемся ни в каких переводах консультанте, в том, кто теперь летел непосредственно рядом с Воландом по правую руку подруги мастера. На месте того, кто в драной цирковой одежде покинул Воробьёвы горы под именем Коровьева-Фагота, теперь скакал, тихо звеня золотой цепью повода, тёмно-фиолетовый рыцарь с мрачным и никогда не улыбающимся лицом. Он упёрся подбородком в грудь, он не глядел на луну, он не интересовался землёю, он думал о чём-то своём, летя рядом с Воландом.

– Почему он так изменился? – спросила тихо Маргарита под свист ветра у Воланда.

– Рыцарь этот когда-то неудачно пошутил, – ответил Воланд, поворачивая к Маргарите своё лицо с тихо горящим глазом, – его каламбур, который он сочинил, разговаривая о свете и тьме, был не совсем хорош. И рыцарю пришлось после этого прошутить немного больше и дольше, нежели он предполагал. Но сегодня такая ночь, когда сводятся счёты. Рыцарь свой счёт оплатил и закрыл».

Так кто же из современников писателя мог быть прообразом тёмно-фиолетового рыцаря? Кто отвечает всем приметам, по которым следует искать прототип такой нечестии из романа Булгакова, как Коровьев? Кто к лету 1938 года, когда Михаил Афанасьевич диктовал машинистке окончательную редакцию романа, свой счёт оплатил и закрыл?

Думаю, вы удивитесь, но прототипом Коровьева – Фагота в романе «Мастер и Маргарита» стал поэт Осип Мандельштам, который в мае 1934 года был приговорён к трём годам ссылки, и к моменту написания окончательной редакции романа ссылка Мандельштама уже закончилась.

Первое, что наводит на мысль, что за образом Коровьева скрывается Мандельштам, является странное имя Фагот, которое, как отмечалось выше, было известно только Воланду и его свите.

Дело в том, что весной 1929 года Мандельштам обратился в Центральное государственное издательство с предложением подготовить к печати повесть со странным для литературного произведения названием – «Фагот». Текст заявки без труда можно найти и в собрании сочинений поэта, и в Интернете.

Осип Эмильевич так сформулировал сюжет будущего произведения:

«В основу произведения положена «семейная хроника». Отправная точка – Киев эпохи убийства Столыпина. Присяжный поверенный, ведущий дела крупных подрядчиков, его клиенты, мелкие сошки, тёмные люди – даны марионетками, на крошечной площадке с чрезвычайно пёстрым социальным составом героев разворачивается действие эпохи – специфический воздух «десятых годов».

Главный персонаж – оркестрант киевской оперы – «Фагот». До известной степени повторяется приём «Египетской марки»: показ эпохи сквозь «птичий глаз». Отличие «Фагота» от «Египетской марки» – в его строгой документальности, вплоть до использования кляузных деловых архивов. Второе действие – поиски утерянной неизвестной песенки Шуберта – позволяет дать в историческом плане музыкальную тему (Германия)».

Заявка Мандельштама была отклонена, и повесть «Фагот» не была написана. Но о том, что у Осипа Эмильевича такие планы были, знали в кругу его близких друзей.

Но как об этих неосуществлённых планах поэта смог узнать Михаил Булгаков? О планах написания повести с названием «Фагот» знала Анна Андреевна Ахматова, которая высоко ценила поэтический талант Мандельштама, была близким другом Осипа Эмильевича и его