Рассветы новой Земли 3. Последний рубеж - Инна Ласточка (Ness Quik)

Гидеон. Новый удар вернул изображение. За спиной советника оборвался провод и заискрил, из-за чего советнику пришлось отклониться и отойти в сторону, — да, жива, — проговорил он, возвращаясь в зону видимости мониторов, — но ранена. Координаты прямо сейчас передаю вашей бортовой системе.

— Принято, — произнёс Антон.

— Принято, — добавила Нина, — и связь прервалась.

— Так мы что теперь, пленники? — голос Антона казался гулким и далёким, будто они находились под водой или по разные стороны толстого стекла.

— Если вам нравится так думать, — ответил ему переводчик, в точности подражающий тембру и интонациям Октавии Асмирату.

Нина лежала на чём-то твёрдом — руки затекли, спина болела, белый свет вокруг казался таким ослепительным, что даже сквозь веки приносил головную боль и вызывал слёзы.

— Ты выйдешь в открытый космос? Сейчас! — воскликнула Нина, когда на Антоне уже закрылся защитный шлем. Она догнала его у шлюза, страшно напуганная тем, что ему предстояло сделать.

— А что ты предлагаешь? Транспортники нам ещё не завезли, надо вручную, — Антон проверил шлем и костюм. — Отключай щиты, как только я выйду в открытый космос, и включай сразу, как только я коснусь обшивки корабля. Ты меня поняла?

— Антон… — Нина качнула головой, не веря, что он действительно на это пойдёт, и уже понимая, что не сможет его отговорить. Иного выхода не было.

— Нина! Ты меня поняла?

Нина сжала кулаки и кивнула.

— Поняла. Действуй, только…

— Что? — раздражённо спросил он.

Нина прерывисто вздохнула.

— Будь осторожнее.

Его взгляд потеплел, а в следующий миг его скрыла пелена густого тумана, и внутренний шлюз закрылся, оставляя Нину одну. Она вернулась на мостик, вывела камеры шлюзов на смотровое стекло и сказала:

— Мари, готовность десять секунд.

— Надеюсь, этих доказательств вам достаточно, майор? — произнесла Октавия со всей язвительностью, на которую была способна её раса.

— Достаточно, — обречённо произнёс он после короткого молчания и больше не сказал ничего.

Октавия не уходила: Нина чувствовала её, а вместе с тем витающее в воздухе напряжение и незримое присутствие чего-то большего, чем пустота.

— Мы должны работать сообща, — не дождавшись от Антона продолжения разговора, сказала Октавия, — дайте мне подсказку. Хоть какую-нибудь.

Антон тяжело вздохнул.

— Принесите мне всю информацию по текущему положению в секторах Млечного Пути, что происходит со станицей КРИ и на Авроре. Когда я смогу понять хоть что-нибудь, найдётся и решение. По крайней мере, шансов на это станет больше.

— Всё необходимое вам передаст мой помощник через защищённый канал связи, — голос Октавии утонул во мраке, каком-то потустороннем гуле и взрывах — гулких ударах по корпусу корабля.

— Готово! — воскликнула Нина, когда камера с внешнего шлюза показала Антона и Октавию, успешно попавших на борт. — Мари, щиты, активируй щиты.

Корабль тряхнуло, где-то заискрились провода, все датчики стали красными. Нина выбралась из кресла пилота и кинулась Антону на помощь.

— Щиты недоступны. Повреждена… — МАРИ не договорила, что-то снова прилетело по корпусу, раздался страшный треск, корабль тряхнуло, и Нину отбросило в сторону, приложив её о стену и пол несколько раз.

— Мари! — откуда-то слева крикнул Антон. — Вводи координаты станции «Илларион» с внешнего чипа главы Конфедерации, стартуем по экстренным протоколам…

Нина увидела его размытый силуэт в дверном проёме, попыталась встать, но боль расколола мир надвое и всё погрузилось во тьму, а вместо координат в угасающем разуме почему-то прозвучала голосом Антона уже знакомая, но такая неуместная здесь фраза.

— Мы должны друг другу целую вечность… целую вечность…

«Фиксирую движение глаз, состояние стабильно», — отрапортовал компьютерный голос. Что-то с шорохом скользнуло мимо лица и исчезло, кто-то сел рядом, взял её руку — Нина улыбнулась, вспоминая, как в больнице на «Авроре» после того случая с Еленой Нейтан кто-то так же держал её руку, гладил и сжимал бережно, как великую драгоценность. Сознание стало проясняться, и Нина, наконец, смогла приоткрыть глаза. Линии белого света касались ресниц, делая мир вокруг смазанным, словно воду пролили на акварельный рисунок.

— Ты как? — над ней появилось обеспокоенное лицо Антона, и руку сжали чуть крепче. — Нина?

Нина глубоко вздохнула и произнесла сухими губами.

— Не знаю пока… где мы?

Антон коснулся её лица, убирая волосы за ухо, и помог ей сесть, а потом приобнял за плечи не столько из нежности, сколько ради поддержки. И не зря. Голова сразу закружилась, Нине пришлось упереться руками в коленки и переждать, прежде чем снова взглянуть вокруг ясным взглядом. Мир обрёл чёткость, и сердца коснулось неприятное предчувствие. Они сидели на гладком плавном выступе в кристально-белом помещении, где, кроме таких же выступов и прозрачного высокого стекла в стене, не было ничего — прохладный чистый воздух проникал в лёгкие, пахло лавандой и чем-то свежим, за стеклом маячили два ярких огонька, точно полуночные светлячки, освещая углы совсем маленького замкнутого помещения, находящегося с той стороны.

— Где мы? — повторила Нина и посмотрела на Антона. Он улыбнулся ей и прижал к себе, настойчиво и бережно опуская её голову себе на плечо.

Лавандой пахло от него, и это немного успокоило.

— На «Илларионе»…

Нина опустила взгляд к руками и коснулась чипа, собираясь вызвать панель управления — привычка, выработанная в последнее время, чтобы проверить собственное состояние — но ничего не вышло. Предчувствие вернулось с новой силой, принося с собой и тревогу. Нина выпрямилась и отстранилась от Антона. Чип не отвечал.

— Что с кораблём?

Антон посмотрел на неё, сглотнул и покачал головой, сцепив руки на коленях.

— Я сам ещё не до конца понял, но ситуация проясняется. Я… — он задумался, прикусив внутреннюю сторону щеки, помолчал немного, потом втянул носом воздух и на выдохе произнёс. — Я напал на Октавию, когда мы выходили из прыжка. Мари дала мне команду, хотя тогда я этого не понял, и… к счастью, силы были не равны, да и «Пегас» уже подхватил тяговый луч «Иллариона». Шлюз взломали, мне вкатили транквилизатор и забрали сюда, а ты и так неплохо приложилась. И хорошо, наверное, потому что… — он не нашёл слов и в который раз расстроено покачал головой.

Нина выслушала его, глядя ему в лицо, считывая каждую эмоцию, потом накрыла его руки ладонью и бережно сжала.

— Объясни подробнее. Мари дала тебе команду убить Октавию?

— Да. Ты всё правильно поняла. Наша многоуровневая связь с ней работает и в обратную сторону, Ауро запустили какой-то вирус в неё, и она решила, что может управлять нами. Пока не понимаю, что это, и проверить не могу. Акустико изолировали корабль от нас, а