Сладкая девочка из Королевства Эл 2 - Анна Чернышева

— А как же лорд? Он же заметит, что тебя нет? — удивилась я, но внутренне очень обрадовалась.

— Я сам себе хозяин, девочка, — улыбнулся Патрик. — И ни один юнец не смеет мне приказывать, если ты об этом.

Я хмыкнула от удовольствия и сосредоточилась на пережёвывании особо резинового хрящика, памятуя о том, что моему желудку, а также костям и суставам не помешает хондроитин. Ещё бы разжевать его как следует!

— И куда мы дальше поедем? В самом городе? — уточнила я, заметив быстрый взгляд Патрика, который он метнул на Бри.

— Там посмотрим, — неопределённо отмахнулся он и я решила отстать. Действительно, не стоит обсуждать наши планы в присутствии вражеского лазутчика.

— Я сойду с телеги сразу же после того, как мы окажемся за крепостными стенами, — сразу же произнесла Бри. — Я вас не видела, вы меня тоже.

На том и порешили. Возиться с этой выскочкой не хотелось, проще было вообще не обращать на неё внимание.

Когда мы пересекли реку и въехали под стены Эльмариона, я немедленно напряглась от шума, который был так же непривычен, как и крики чаек над городом. Охраны на воротах не было, никакого досмотра — тоже. Миновав подвесной мост, незаметно въехали в самое сердце города.

Улицы тут были мощёные, камень под ногами плоский и местами сбитый, плотно пригнанный друг к другу. Улицы тесные и извилистые, похожие на любой другой средневековый город в моём мире. Из удивительного — арыки по обеим сторонам улиц, по которым журчала вода.

Это было странно и необычно. Я читала, что арык — это часть мелиоративных сооружений в южных землях, по ним вода подаётся на поля и вообще служит для сельского хозяйства. Здесь же по краям улиц росли деревья, создавая защиту от ветра и тень летом. Это было очень странным для улочек внутри крепостной стены. Но сам город от этого безусловно выигрывал — летом зелень деревьев наверняка очень украшала улицы.

На стволах деревьев то тут, то там были закреплены металлические кольца, назначения которых я понять пока не смогла. Копыта дробно стучали по мостовой, а телега катилась в центр, туда, где дома всё выше нависали над землёй, а толпа становилась всё гуще.

Куда-то торопились хозяйки с корзинками и просто одетыми служанками. Мальчишки что-то выкрикивали и стайками бегали сквозь толпу. Наша телега застряла посреди улицы и двигалась со скоростью пешехода. Краем глаза я пару раз заметила богато одетых людей, спешащих по своим делам. Закутанные в плащи, они старались не показывать богатого наряда и прятали своё убранство под множеством складок. Но даже ткань плаща выдавала богатство прохожего.

Я поймала ощущение, что внезапно попала на съёмки фильма с обилием сцен с массовкой. Но сохранять рассудок в порядке и поверить в реальность помогали запахи. Смрад от некоторых укромных углов между домами перемешивался с запахом свежеиспеченного хлеба от пекарни на первом этаже здания. Потом откуда пахло резко завоняло лошадьми и навозом, но сразу же порыв ветра принёс запах воды с озера и облегчил страдания моего носа. От закутанного в плащ мужчины донёсся восхитительный цитрусовый аромат духов, а от пробежавшего мальчишки — вонь немытого тела и застарелого пота. Калейдоскоп впечатлений утомил почти моментально, и мне захотелось спрятаться в раковину, как моллюск.

Когда я немного пришла в себя, то увидела, что леди Бри исчезла. Как и когда она соскочила с телеги и ушла, осталось непонятным. Лили тоже глазела по сторонам, а Патрик то и дело покрикивал на прохожих, прогоняя тех с дороги.

Наконец, телега остановилась.

— Гостиный дом «Толстуха Рыжуха», — прочитала я вывеску, на которой была нарисована развеселая девица с пышными телесами и красноватыми растрепанными волосами, и вздрогнула. Ирония ситуации немного повеселила.

— Слазьте, — скомандовал Патрик и спустился сам с телеги, подавая мне руку. — Ни на кого не глазейте. Сразу поднимайтесь на второй этаж и ждите служанку, которая покажет вам комнату. Я буду спать на конюшне.

За каменной оградой оказался неожиданно просторный двор. Тут ютились кареты и открытые экипажи, телеги побогаче нашей и даже ручные носилки. Большой двухэтажный дом тянулся в обе стороны от крыльца. Лили взяла меня за руку и нерешительно пошла следом, чуть ли не вжимаясь в моё плечо.

Ну что ж, Женя. Пора брать свою жизнь в собственные руки и показать девчонке, что я не боюсь. Выпрямив плечи и гордо вздёрнув подбородок, я бодро зашагала в неизвестность.

* * *

Спустя три дня мне всё стало понятно. Столица Эла делилась на две неравные части: побережье озера Аррон и остальная часть города. Удел дышать чистым почти морским воздухом и любоваться волнами выбрали себе состоятельные горожане во главе с королём, чей дворец прилепился к восточной крепостной стене. Он возвышался над озером и городом, потому что был построен на холме, и почти со всех его окон, начиная с третьего этажа, был прекрасный вид на водную гладь.

Сразу под крепостными стенами была портовая часть Эльмариона — мачты и судна лепились друг к другу, а на берегу портовые забегаловки перемежались с гостиницами и складами. Между ними виднелись широкие каменные дороги, по которым доставлялись многочисленные товары. Судя по смраду и шуму, это был самый густонаселённый и неблагополучный район столицы.

С другой стороны стены, вдоль реки Келлы, имелись прогулочные набережные, где можно было с каменной дороги спуститься прямо на песок и пройтись вдоль кромки воды. Тут было немноголюдно, потому что через ограду к воде допускались только нарядно и богато одетые люди. У черни были свои развлечения.

Гостиный дом, куда нас доставил Патрик, находился в рабочем квартале Эдьмариона. Тут друг на друга лепились ремесленные лавочки и крошечные мануфактуры. Практически стена к стене с нашим зданием расположилась кузница, лавка ткача, пивоварня, рыбный рынок, зеленщик и две пекарни. Напротив имелся магазин тканей и бакалейная лавка, где продавалась всякая всячина: крупы, сахар, масло в бочонках, бумага, писчие принадлежности, краски, перчатки, инструменты, нитки и еще тысяча мелочей.

По улочкам сновали люди, толкающие перед собой тележки с товаром и грузами. В этом квартале дома так плотно лепились друг к другу, что проехать карете или телеге было практически невозможно. Сами же дома налезали друг на друга и стремились взобраться как можно выше, к солнечному свету. Здесь арыки были узенькие, а деревья тонкие и высокие, с кроной у самого верха. У нашего трактира в самом разгаре