Бывшая жена - Марика Крамор

получилось. Никто из тех, кого я обзвонила, предоставить помещение для съемок не смог. Что ж, остается улица. Я сразу примеряю варианты к сюжету. Необходимо срочно внести коррективы, поставить в известность команду.

В последний момент я вспоминаю еще про одну площадку. Решила попытать счастья.

— Да?! — потрясенно и обрадовано выдаю в трубку. — Сможете?! Отлично! Я сейчас подключу к разговору мою помощницу, она оперативно займется оформлением и согласованием. Спасибо большое! Очень выручили!

Переключаю на Оксану и выдыхаю.

Пишу в рабочий чат. Обновляю информацию.

Жду, пока ребята отметятся. Быстро среагировали все.

Прямо в чат шлю голосовое — одно на всех с новыми инструкциями. И направляюсь к машине. Самой придется ехать, присутствовать, а то мало ли какие сложности возникнут.

Так, кстати, и не позавтракала. Да какой там! Время незаметно подкралось к полудню.

Уже перед последним поворотом мне звонит Оксана. Недоброе чувство охватывает.

— Алло? — отвечаю с переживанием.

— Отмена, Настя. У них там тоже что-то случилось, они не смогут принять нашу съемочную группу.

Я гляжу по зеркалам и паркуюсь на обочине.

— Не очень хороший сегодня день, — замечает помощница, а я уверенно отвечаю:

— А как начинался-то…

— Не знаю как у тебя, а я еле глаза открыла. И что делать будем?

— Дай пару минут сориентироваться.

— Ладно.

Подъехать к ребятам все равно необходимо. Подбодрить. Ослабить напряжение.

Отбиваю звонок, но мобильный вновь дрожит в руке.

Только не это! Только не он! Паника накрывает неконтролируемо.

Я пропускаю звонок. Не понимаю, что делать, но связь с сегодняшними событиями становится все более удивительной. Второй вызов не позволяю себе проигнорировать.

— Слушаю.

Голос мой таит в себе скрытую неприязнь и нервозность.

— Настенька, — раздается тихий полушепот. Томный. Густой. Командный и такой гнетущий, аж мурашки по коже бегут. И понимаю вроде, что все происходящее максимально нереально, а с другой стороны я все же настороже: мало ли… — Я смотрю, сегодня с самого утра день задался, да?

Посмеивается еще. Сволочь.

— Что вы хотите?

— Я уже упоминал. Ты не похожа на барышню с плохой памятью.

— Поэтому еще раз уточняю: что, вы, хотите!

— У меня предложение. Я размораживаю твои съемки, а ты… — он берет короткую издевательскую паузу, — а ты сегодня приезжаешь ко мне. Или встретимся где-то в другом месте. Где тебе будет удобно?

— Вы в своем уме? И как это «размораживаю»?

— Подумай. Неглупая ведь девочка… и еще. Я не укушу, Настенька. Во всяком случае, пока сама не попросишь.

Хриплый смешок. Высокомерное молчание.

Я даже словно наяву вижу перед собой прищур требовательных глаз и недовольный поворот головы Ольховского.

— Кстати, — добавляет он небрежно, равнодушно, словно упоминает о чем-то совершенно незначительном. — Если не хочешь, чтобы все твои проекты обрели неожиданные проблемы, найдешь сегодня на меня время. Хоть немного.

— Вы шутите?!

— Если нет, то… выбирай, с какого начнем.

Вызов обрывается.

Кажется, небо рушится мне на голову.

Это все какая-то нездоровая шутка. Это не может быть правдой. Не может!

Но… неожиданно мне перезванивают из студии, с которой у меня был договор, и предлагают сами приехать, мол, проблема устранена, все в порядке. С трубами разобрались и с кипятком. Вот этого я так не оставлю!

Но я отказываюсь.

В итоге снимаем на улице.

День вышел тяжелым.

Добивает меня Денис: «Сегодня то одно, то другое. Мелкие неприятности валятся отовсюду. Но воспоминания о нашем совместном уютном утре греют, как солнышко».

И вдогонку: «Делай что хочешь, но я сегодня приеду. Можешь упираться, вырываться, но сегодня вечером я с тобой».

Я: «Нет!!! Не надо! Я занята!»

Отправляю, не в силах справиться с эмоциями.

Он перезванивает тут же.

— Настен. Давай ты не будешь опять упираться. Поужинаем. Поболтаем. Просто поговорим. Прогуляемся.

— Нет, не надо приезжать.

Меня уже трясет от эмоций.

— Не понял. Почему я не могу приехать?

— Потому что это неуместно! И… и… вообще. Ты же сам все понимаешь!

— Я думаю, нам есть что обсудить.

— Ты ошибаешься.

— А утром что было? Так… просто?

— Ну а как еще? Дэн. Мне пора. Не вздумай ко мне ездить!

— Ты не одна будешь? — грозно уточняет он сквозь зубы.

— Какая тебе разница?! Я же к тебе не лезу! Извини. Мне пора. И тебе тоже.

Отключаюсь, стараясь усмирить дрожь.

Денису точно у меня нечего делать.

А если он и правда примчится?

А если Ольховский приедет?!

Я абсолютно не понимаю: и что теперь?

Какой-то абсурд.

Если бы не этот звонок от мэра, я бы, пожалуй, встретилась с Денисом. Но теперь…

Не уверена, что это безопасно.

Глава 17

— Ты что такая напряженная? — не отстает Лерка. — У тебя же завтра выходной, выдохни, наконец!

И складывает на мой стол высоченную стопку учебников и тетрадей. Даже не морщится. Как она это все дотащила?!

— Выдохну, когда ты свою макулатуру спрячешь, — хмурюсь я. — Ты зачем столько учебников привезла?

— Да нас препод по макроэкономике осчастливил! — сестренка гневно сверкает глазами, — коллоквиум решил устроить, а потом сразу проверочную работу!

Лера жалобно всхлипывает.

— А зачем книг так много, если всего к одному предмету нужно подготовиться? — уточняю я сочувственно.

— Потому что еще по налогам контрольная будет. И реферат по страхованию надо подготовить.

— Я смотрю, ты ко мне учиться приехала? — посмеиваюсь над ней, вспоминая свои студенческие годы.

— Да. Я к тебе на пару дней. Возможно, до вторника.

Я аж присвистываю:

— Хитрюга какая! А я думала, ты со мной поболтать приезжаешь!

— И это тоже, — печалится Лера. — Но пока буду готовиться.

— Признайся! Ты просто планируешь отжать мою территорию.

— А что, можно?! — Лерка округляет глаза.

— Хорошо, я поняла, тебя завтра не трогать.

— Нууу… — невинно хлопает ресницами. — Только если на кафешку отвлечься! Да? — тихонько так добавляет. С веселой и теплой надеждой. Мама большие суммы сестре не выделяет, так что я материально Леру тоже поддерживаю.

— Уговорила! Иди сюда, мой проглотик! — обнимаю ее крепко и даже пытаюсь покружить, как в детстве, да уж деваха вымахала: просто так не поднять.

— Ну, расскажи же мне новости! — Лерка аж приплясывает от нетерпения.

—