Дальнейшие похождения Остапа Бендера 1-4 - Анатолий Вилинович

— Итак, что нам надо сделать завтра, Шура. Первое, положить деньги в банк…

При слове «банк» Балаганов сжался, поморщился и промолвил:

— А может, обойдемся, Остап Ибрагимович? — и потрогал свой заветный пояс вокруг талии, откуда уже была изъята пара сот рублей для организационных расходов.

— Как хотите, товарищ Балаганов, — сухо ответил Бендер. — Что ж, вы так и будете таскать на себе этот пояс? Весна, лето идет, жарко, Шура, жарко.

— Хорошо, командор, решили, — кивнул компаньон. — В банк.

— Второе, — одобрительно взглянул на единомышленника Бендер. — Получить заказанные печать, бланки удостоверений, купить канцелярские принадлежности…

— И пишущую машинку, — вставил Балаганов.

— И ее, Шура. А также пару репродукционных картин, отражающих деятельность ДОЛАРХа.

Глава VI. ОТ АРХЕОЛОГИИ К КОММЕРЦИИ

Настроение великого комбинатора и его помощника Балаганова было великолепное. Ничто не могло омрачить их светлую радость от предпринимаемого. Им очень нравилось их новое поприще. А Балаганову особенно, видя как они скромно и удачно оборудовали свое учреждение без тех излишних затрат, которые так расточительно наделал в прошлом Остап в Черноморске, открывая контору «Рога и копыта».

Через два дня в учреждение любителей археологии пожаловали два молодых человека Товстохлеб и Ничепуренко. Остап провел с ними пространную беседу, с содержанием тех скудных знаний по археологии, которыми обладал и торжественно вручил парням удостоверения, заверенные круглой печатью, подтверждающие, что они отныне являются полноправными членами ДОЛАРХа. А когда они спросили, чем будут заниматься, председатель ответил:

— Следите за объявлениями в газете, правление вас пригласит для более подробной информации, товарищи.

В последующие дни стали приходить еще желающие вступить в общество и на такие же вопросы Бендер отвечал уже заученной фразой. А тех, которые интересовались, когда поедут в экспедицию раскапывать древние клады, Остап заверял:

— Это не за горами. Следите за объявлением в газете. Мы вас пригласим не только на заседание правления, но и на собрание, где будут утверждаться необходимые положения нашего общества, дорогие товарищи, и маршруты экспедиций.

После этого он вручал вступившим в ДОЛАРХ удостоверения с крепким пожатием руки.

А старший научный сотрудник Балаганов аккуратно вел учет вступающих. Взымал с каждого 3 рубля вступительного взноса и вежливо просил нового члена расписаться в графе против фамилии того. Затем просил также расписаться под общим обязательством, где говорилось, что каждый член ДОЛАРХа обязуется привлечь в общество не менее одного-двух участников в поисках древнерусских кладов.

Но были дни, когда в учреждение Бендера и Балаганова никто не приходил и тогда Остап говорил:

— Не падайте духом, Шура. Членские и вступительные взносы — это жалкие гроши по сравнению с любым древнерусским кладом, который мы найдем.

— Ох, командор, в этом вся и задача, — вздыхал рыжеволосый друг и ближайший помощник великого комбинатора. — Надо знать где такой клад искать, чтобы найти…

— Я говорил и еще раз скажу, мой верный единомышленник. Поиск заветного клада может поглотить много времени. Сколько — знает один Бог…

— Остап Ибрагимович, как приятно слышать, что вы упоминаете Всевышнего, командор, — умилился компаньон.

— Не перебивайте старших, камрад, — строго заметил Бендер. Он прошелся по просторной комнате и продолжил — Много времени, Шура, много. И мы должны набраться терпения, дорогой исправленный рыжик. Поэтому мы и легализовали свое положение в Киеве, — обвел рукой интерьер полуподвала Остап. — Смешались с массой советских служащих…

Великий предприниматель наверное говорил бы еще долго, если бы к ним не вошел с сумкой через плечо почтальон. В руках у него была пачка писем и он спросил:

— Я извиняюсь, граждане, здесь находится, значит… — прочел — Киевское отделение, одним словом, общество археооо, председателю, значит. Прошу расписаться тут, уважаемые…

Государственная система работала четко и всеохватывающе без промедления. Здесь все точь-в-точь повторилось тоже самое, как и в Черноморске. Почтальон вручил кучу пакетов и писем, за которые расписался Балаганов, после начальственных слов Остапа:

— Примите почту, товарищ старший научный сотрудник.

Почтальон принес две повестки, которыми председатель общества срочно вызывался на два совещания в разных местах города, причем время проведения их было одно и то же, и предупреждался, что явка обязательна. В остальных конвертах лежали бумаги с требованием различного рода сведений, отчетов, ведомостей. Представлять требовали в трех экземплярах в указанный срок и в обязательном порядке.

— Нет, Шура, эта власть не даст нам спокойно поработать, — вздохнул Остап, когда ознакомился с бумагами после ухода почтальона. — Засыпят бумажной отчетностью… Не успели еще развернуться…

— Определить хоть одно место клада, — качнул головой Балаганов…

— Но надо с удовлетворением и отметить, геноссе, что мы уже замечены, что нас считают официальной и, возможно, даже государственной организацией. Поскольку в бумагах ни слова о налогах. Заметили, мой дорогой рыжик, — любовно посмотрел на Балаганова Остап.

— Верно, командор, о налогах ни слова, — зашелестел полученными бумагами старший научный сотрудник ДОЛАРХа.

— Так на чем я остановился, Шура? Да, к нам люди идут пока те, которые, как я смотрю, хотят сами у нас выведать, где им копаться, чтобы найти клад. Но поверьте мне, придет время, когда один из любителей археологии придет и сообщит нам нечто такое, которое сразу же обогатит нас колоссально. Может быть, даже несколькими миллионами, камрад.

И такой вступающий в ДОЛАРХ вскоре появился. Это был человек преклонного возраста, сухощавый, среднего роста, в выгоревшем гимназическом картузе. Отдуваясь, он опустился на стул у председательского стола.

— Слушаю вас, уважаемый, — улыбнулся посетителю Остап.

— Я специалист, если можно так сказать, по древним пещерам, товарищ председатель, — низким голосом сказал старик. — Моя фамилия — Курило. По батюшке Зосимович, а по имени Илья. Я уроженец Киева. С молодых лет интересуюсь пещерами… Вот, — развернул он карту перед Остапом. — Посмотрите, весь наш Киев стоит на пещерах, видите?

— Но нас, Илья Зосимович, интересуют древнерусские клады, а не…

— Займитесь своим делом, старший научный сотрудник, — строго оборвал Балаганова Бендер.

— Молодой человек, — обернулся к компаньону Остапа Курило. — Там где пещеры, там могут быть и клады древности, неужели не ясно? Так вас не интересуют пещеры? — спросил Илья Зосимович Бендера.

— О, нет, нет, уважаемый, что вы! — начал разубеждать его председатель, метнув грозный взгляд на подчиненного. — Именно пещеры и интересуют наше общество, уважаемый, товарищ Балаганов, подойдите сюда и посмотрите, какая карта!

— Вы не так меня поняли, уважаемый Илья Зосимович, я не так сказал… — начал реабилитировать себя верующий, но не как Фома.

На столе перед Бендером лежал видавший виды план подземелий Киева.

— Это древняя карта, вернее, план, перерисованный из книги Гербиния «Подземный Киев», товарищи. Ее история такова… — покашлял