Чёрт из Чертаново. Том 3 - Антон Панарин

— Стоять!!!

Боцман застыл с занесённой ногой. Поперёк прохода, в сантиметре от его ботинка, тянулся тонкий серый шнур под цвет камня. Я бы его не разглядел, даже зная, куда смотреть.

Кира подцепила шнур концом лука и дёрнула. В кладке сухо щёлкнуло, наискось через лестницу свистнуло ржавое лезвие в локоть длиной и с лязгом засело в противоположной стене, выбив каменную крошку. Прошло оно ровно на высоте колена. Замешкайся Кира на секунду, Борисыч остался бы без ноги.

— Спасибо, — нехотя произнёс Боцман.

— Ну что, есть толк от моего взгляда в будущее? — Кира демонстративно сложила руки на груди.

— Да есть, есть. Отвали, — Борисыч перешагнул обезвреженный шнур и медленно пошел дальше.

— Кстати, у меня тоже есть похожий навык, — поделился я, спускаясь следом. — Только я вижу будущее людей, на чью жизнь оказал значительное влияние.

— Не повезло тебе, — хмыкнула Кира. — У тебя скорее всего навык зеленушка, а у меня то фиолет. Я вижу видения, если в ближайшие пять секунд случится что-то жуткое, причём пофиг с кем эта жуть случится.

— Она у нас оракул на минималках, — поддакнул Ежжи, а Боцман от этих слов скрежетнул зубами.

Дальше спускались медленнее, и не зря. Ниже нашлась вторая растяжка, а у самого подножия три ступени оказались подпилены и уложены обратно на честном слове. Наступишь и поедешь вниз, по дороге собирая бочиной заточенные арматурные прутья.

— С каких пор твари ставят ловушки? — проворчал Саня, перепрыгивая ненадёжный участок.

Спустя минуту мы очутились в огромном подвале, где можно было бы запросто обустроить клуб боулинга, ещё бы и место осталось. Кирпичные своды опирались на два ряда колонн, а у дальней стены, вросшая в кладку у самого пола, пульсировала чёрная сфера размером с холодильник. Маслянистая чернота лениво перекатывалась внутри, и по глазам резануло системное сообщение:

Обнаружен нарыв скверны.

Концентрация: 600 единиц.

— Хорошо хоть здесь не наврали, — вполголоса шепнула Кира.

В ту же секунду наверху, в глубине дома, раздался гулкий писклявый хлопок. Лестница за нашими спинами загудела от топота множества ног. А вместе с ним со всех сторон покатилось тонкое булькающее хихиканье, от которого волосы на голове встали дыбом.

— К бою!!! — гаркнул Борисыч, и в его ладонях материализовался двуручный топор.

Хохот доносился не только с лестницы, но и со стороны стен подвала. Я посветил на ближайшую стену и увидел что какой-то гениальный архитектор сделал её в виде швейцарского сыра. То есть вся стена была изрыта тоннелями высотой в метр.

Не успел я вскинуть руку, как с лестницы посыпались мелкие твари. Каждая ростом в метр, с жабьими глазами навыкате, остроконечными ушами и зубастыми пастями распахнутыми в истеричном хохоте.

В лапах у существ блестели ножи, отвёртки, обломки арматуры, у парочки даже были топоры и молотки. С виду они были похожи на гоблинов, только очень уродливых гоблинов. Хотя когда это гоблины были образцом красоты? Одновременно твари попёрли и из стен. Мгновение и началась рубка.

Я стрелял без остановки. Одному зеленомордому ветряной пулей выбил глаз, второму отстрелил руку, третий бросился на меня, но повис на шипах Ежжи. Кира же стреляла на порядок результативнее моего, видимо из уникальной жемчужины выпал колчан. Выпущенная стрела со свистом пробила череп одного гоблина, потом второго и третьего, должна была воткнуться в стену, но сделала крутой разворот и прикончила ещё шестерых прежде чем потеряла скорость окончательно.

— Не слабо, — присвистнул я беря на прицел нового осквернённого.

Кира же успела выстрелить ещё трижды, пока из общей свалки, в неё швырнули нож. Удары со всех сторон летели сотнями и видимо она просто не успела отследить все возможные угрозы. Клинок вошёл Кире в плечо, она вскрикнула и выронила лук.

— Кира!!! — рявкнул Саня и оказался рядом с ней раньше, чем я успел развернуться.

Он закрыл девушку спиной и попятился, оттесняя её к стене в которой не было ни единого тоннеля. Его кастеты молотили без остановки. Каждый удар взрывал очередную зелёную тушку разбрасывая ошмётки во все стороны. Ежжи медленно отступал к ним, тесня меня в сторону стены, когда позади Сани вспучилась стена. Кирпич беззвучно осыпался, и из свежей дыры высунулся гоблин с ржавой отвёрткой, которая в тут же вошла под рёбра Сани.

Саня взвыл от боли, крутанулся и впечатал кастет в лобешник голбина. Черепушка зеленомордого взорвалась, Кира было бросилась к Сане чтобы его подлатать, но между ними вонзился мясницкий тесак.

Непрерывно стреляя ветряной пулей, я краем глаза видел как мой друг зажимает бок, и под его пальцами расплывается тёмное пятно. Кира отстреливала накатывающую на них волну гоблинов, но это было бесполезно. Зеленомордые неслись неостановимой волной, спотыкались о трупы рассыпающиеся в золотых искрах, хохотали, давили своих же и мчались дальше желая убить нас любой ценой.

Я зазевался на долю секунды и едва не лишился жизни. Нож просвистел у виска, а я в последнюю секунду успел увернуться и схлопотал молотком по плечу. Боль взорвалась яркой вспышкой, а следом меня резанули по ступне. Это был уже умирающий зеленомордый. Он поднял на меня глаза и расхохотался держа нож воткнутый в мою ногу. Опустив указательный палец вниз я выстрелил, оборвав его жизнь.

На месте каждой убитой твари из отнорков появлялись две новые. Это давно перестало быть сражением, и трансформировалось в мясорубку. Кровь, кишки, визги и хохот сопровождали неостановимый натиск, заставляя нас с каждой секундой сдавать позиции.

Ежжи превратился в передвижной частокол. На его шипах висел десяток зеленомордых, любая нормальная тварь получив несколько сквозных ранений давно бы сдохла, а эти продолжали ржать и с упоением ковыряли ежа ножами и заточенной арматурой. Ержан вертелся волчком, сбрасывал одних, нанизывал других, и крови на его иглах становилось всё больше.

Невредимым оставался лишь Борисыч. Топор выкашивал зелень десятками, а всё, что летело в ответ, проходило сквозь полупрозрачное марево и бессильно звенело ударяясь о колонны. Правда, держать бестелесность всё время не мог даже наш бородач. Марево окутывающее его тело то и дело гасло, и паузы между вспышками становились всё длиннее.

Казалось что мы в