Ты у меня не одна - Нора Ольвич

ещё один глоток минеральной воды из бутылочки, прикрыв глаза, согреваясь в свитере толстой вязки и гетрах откинув голову, я просто устало уснула, уверенная в своей правоте. Так, наверное, и нужно было сделать сразу, не вспоминая всякие детские потрясения.

*****

Спящая Тоня не заметила, как в полу бесшумно открылся люк, и из темноты появилась голова старшего брата. Тихо ступая босиком по ковровому покрытию цвета горького шоколада, он подошёл к сестринскому изголовью и осторожно посмотрел на неё сверху вниз.

Совсем беззащитная, она лежала на боку, закрыв глаза, руки зажаты меж сведённых колен. Сестра будто хотела защититься от холода. Зажатые хрупкие плечи и поднятый высокий воротник, вот и волосы разметались по подушке, образуя хаотичный ореол. Дыхание глубокими рывками, свидетельствовало о полном физическом истощении.

«- кто же так предложение любимой делает, и где она только этих «партизан со спортзала» нашла»?

«- и ведь упёртые какие, наотрез отказались Серёгу – друга детства запускать за ворота. А может, и к лучшему это - сразу решение правильное принять, повода не давать».

Укрыв сестру, осторожно отступив назад, Митя пошёл в сторону люка. Мягко прикрывая его и исчезая в недрах дома, он подумал о детстве, когда оба они с Тоней засыпали в одной комнате под сказочный шёпот бабули. А перед этим обменивались историями и весело проводили вместе вечера.

Теперь детство осталось далеко позади, но тёплые воспоминания согревали иногда сердце и дарили чувство, что семья — это самое лучшее, что есть у человека.

*****

- Никогда не думал, что зимние свадьбы – это в принципе«зачёт».

- Почему?

- Не нужно будет бесконечно шампанское остужать. Тёплое оно «фу» как не идёт.

Всё больше волнуясь, смотрела на будущего деверя. Захарий прошёлся по совсем уже не чужой квартире, подошёл совсем близко и как сторожевой пёс замер рядом. Его хвост словно мысли пружинил из стороны в сторону.

- Ты чего такая, как воробей нахохлилась? Волнуешься?

- Очень. А ты почему не с братом?

- А зачем мне с ним по бутикам цветочным ездить? Я всё ещё не теряю надежды повести тебя сегодня в ЗАГС. Сбежим?!

Я отступила испуганно, назад мотнув головой.

Миша со смешинкой во взгляде отслеживал мою реакцию. Казалось, ему доставляет удовольствие злить меня в отсутствие старшего брата.

- Я не люблю тебя.

- Почему?

Подхватив шлейф платья и одев потаённую петельку, пришитую к нему на запястье, сказала строго:

- Беги, если хочешь! Но без меня.

- Я с тобой хочу!

- Нет, и всё, прекрати свои шутки. Будешь приставать, я всё бабушке вашей расскажу, она устроит тебе забег по Неве.

Свела брови.

- Уходи!

- Нет!

- Опять спорите? Иди ко мне девочка моя, не обращай на него внимания. Он с рождения такой. Скоро все приедут. Я и сама не люблю эти Питерские квартиры. Потолки высокие, эхо гуляет, ремонт новый, а уюта никакого. Вы где жить собираетесь?

- Сергей сказал, что в Питере. Здесь. Будем как в коммуналке вон с Михаилом. Я работу начала искать, но ещё с прежней не уволилась. Только вот…

Вспомнив про«задержку», вспыхнула смущением, что, мне кажется, не укрылось от взгляда Михаила. Вот же вездесущий какой. Справилась с волнением, улыбнулась внимательному взору пожилой женщины.

- А летом будем отпуска проводить на доме в посёлке. У них, у всех планы с Николаем и с другими«партизанами».

- Выселюсь я с«коммуналки» вашей. Что ли мне жить негде?

Миша выхаживал как павлин.

- Это я только на время ремонта Серому помогал.

- Ну и правильно. Тонечка, а ведь в помощь ты мне дана судьбой. Ты даже не представляешь, как тяжело одних мальчишек воспитывать. Я последняя девочка в семье. Все остальные сыновья, братья, племянники, внуки.

- Бабуль, ну ты чего?! Говорила, что любишь, но оказывается ты не меня хотела, а внучку.

Михаил на глазах меняясь, из взрослого мужчины становился подростком, а Ольга Васильевна из старинного, отделанного кожей футляра, стоящего на столе, доставала неспешно украшения.

- Так надо, не спорь. Антонина. Вижу во взгляде протест. Ещё прабабка моя венчалась в этом.

- Баб, я вот всегда хотел спросить, глядя на фотографии – это брюлики?

Приложив руку в кружеве перчатки к декольте, ощущая себя Наташей Ростовой, собравшейся на первый в своей жизни бал, ждала ответа пожилой женщины.

- Возможно. Или бесцветные сапфиры, или топазы. В те года ведь фианиты не делали ещё. Огранка великолепная. Это Фаберже. Как ты прекрасна, девочка моя. А хоть и бриллианты, семейное это Миша. Продавать нельзя. Поведёшь вот свою невесту в ЗАГС и для неё припасено нечто.

Подойдя к зеркалу, глаз, не могла отвести от себя…

«- Господи, помоги мне быть счастливой. Господи, не оставь».

Будто в ответ раздался звонок в дверь.

Все вон ринулись из комнаты. Дыхание замерло в груди. Приехал!

- Ну я обещаю, просто так ты ему не достанешься! Выкуп так выкуп! Митька, конечно, зря отказался от наживы… Серёга влип!

Так вот чего ждал Михаил! Шум нарастал в коридоре. Он неумолимо приближался к высоким, двойным полотнам дверей. Они вдруг приоткрылись и пропустили мам Лен, а потом снова захлопнулись.

- Пусть они пропустят его! Мам, скажи им! Я же просила не делать этого!

- Боюсь, что это невозможно. Михаил словно ураган, торнадо! Он всё сметает на своём пути. Знаешь, мне тут Катя минут десять назад звонила.

- Зачем?

- Так говорит - от неё ты трубку не берёшь.

- Она не звонила мне. Зачем врёт? Вон телефон на комоде. Глянь.

- Поздравить, говорит, хотела. А ещё спрашивала, как твоя фамилия новая звучать будет.

- Зачем ей это?!

- Не знаю… Но только я бабуле новой твоей, Ольге Васильевне сейчас пообещала, что у неё обязательно правнучка родится в следующем году.

Мама осторожно притронулась к моему животу. Кровь прилила, как всегда, к лицу. От смущения я готова была под землю провалится.

- Никто ещё не знает. Несколько дней задержка. Что с работай теперь делать? Ведь в декрет скоро.

- Не думай про это сейчас, и про Катю не думай. Увы, она в той ситуации оказалась, которую заслужила. Так продлится несколько лет.

- Ты о чём?!

- Я слышала: - муж её уехал. Развода не захотел, но уехал в Шанхай работать ... Ребёнок родился совсем непохожий на Лещинских…Странно…

В самый разгар этой новости вдруг двери широко распахнулись, затопив комнату музыкой и гулом толпы.