Рабыня Шейха. Пепел надежды - Ульяна Соболева

думает, что выиграла. Она думает, что он принадлежит ей. Но я знаю, что это не так. Он всё ещё может услышать меня. Я должна попытаться. Это мой единственный шанс."

Я стояла за колонной, прячась в тени, пока они шли по двору. Моё сердце колотилось так сильно, что мне казалось, его грохот можно услышать даже через шум листьев на ветру.

"Иди. Действуй. Сейчас или никогда."

Я сжала кулаки и вышла из тени, шагнув вперёд. Моё дыхание было тяжёлым, но я заставила себя двигаться. Каждый шаг давался мне с трудом, но я знала: если я не сделаю это сейчас, я больше никогда не смогу.

Лейла заметила меня первой. Её лицо исказилось мгновенной яростью, но она быстро взяла себя в руки. Её глаза сверкнули, а губы искривились в презрительной улыбке.

— Рыжая? — её голос прозвучал резко, словно удар плети. — Что ты здесь делаешь? Кто позволил тебе находиться в этом дворе?

Я остановилась, но лишь на мгновение.

— Господин, прошу, выслушайте меня, — мой голос был громким, отчаянным, он разорвал тишину. Я смотрела только на него. Только на шейха. С мольбой, с покорностью. Только так…плакать и обвинять я еще успею…если вобще смогу.

Он остановился. Его тёмные глаза медленно опустились на меня, и я почувствовала, как его взгляд пронзил меня насквозь.

— Что ты хочешь? — его голос был низким, спокойным, но в нём звучал ледяной металл.

Я сделала ещё шаг вперёд, сжав телефон в руках так сильно, что пальцы побелели.

— Это важно, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — Это касается правды. Вашей чести. И… моей невиновности.

Лейла резко повернулась к нему, её глаза вспыхнули возмущением.

— Господин, не слушайте её! Это ещё одна её уловка, чтобы вызвать у вас жалость. Она хочет снова втянуть вас в свою грязь!

Но шейх поднял руку, заставив её замолчать.

— Пусть говорит, — произнёс он коротко, но его слова прозвучали, как удар хлыста. Лейла вздрогнула.

Она замерла, её лицо стало бледным, но она быстро спрятала свои эмоции за маской невозмутимости.

Я сделала последний шаг вперёд и протянула ему телефон. Мои руки дрожали, но я заставила себя говорить.

— Здесь… здесь доказательства. Запись, — выдохнула я, с трудом находя слова. — Пожалуйста, просто послушайте.

Шейх смотрел на меня долго, его глаза оставались тёмными и непроницаемыми, как штормовое небо. Я не могла понять, что он думает, но знала одно: это был момент истины.

— Вы не обязаны верить мне, — продолжила я, чувствуя, как голос срывается, — но вы должны знать правду.

Лейла шагнула вперёд, её голос зазвенел от гнева:

— Это ложь! Это ещё одна её игра! Господин, прикажите выбросить её из дворца! Она давно плетет свои интриги…она грязная…она

Но он не посмотрел на неё. Его взгляд оставался прикован к моему лицу, к моим глазам.

— Дай мне это, — наконец произнёс он, протянув руку к телефону.

Я почувствовала, как внутри меня всё оборвалось. Я передала ему устройство, чувствуя, как холод его пальцев коснулся моей руки.

Он взял телефон, посмотрел на него и медленно перевёл взгляд на Лейлу. Её лицо исказилось в ужасающей смеси страха и ярости.

— Что это за доказательства? — его голос был всё таким же спокойным, но я слышала в нём угрозу.

Я смотрела на него, затаив дыхание. Это был момент, который мог решить всё. Я больше не могла говорить. Всё теперь было в его руках.

"Теперь он должен узнать всё."

Но его лицо стало жёстким, будто он с трудом сдерживал бурю, готовую разразиться в любую секунду.

"Он не уйдёт. Он посмотрит. Я уверена."

Шейх стоял неподвижно, словно высеченная из камня фигура, но под этой маской было что-то, что заставляло кровь стыть в жилах. Его пальцы медленно сжали телефон. Челюсти сомкнулись так что на скулах заиграли желваки.

Лейла, словно змея, плавно наклонилась ближе, её голос обволакивал шейха медом, от которого хотелось закашляться.

— Господин, — начала она, словно пытаясь укротить разгорающийся шторм, — вы не обязаны тратить своё драгоценное время на её глупости. Рыжая — хитрая, вы знаете это. Она… она…

Но её голос дрогнул. Впервые за всё это время я видела в её глазах не только гнев, но и страх. Она знала, что шейх будет слушать. И она знала, что у меня было то, что может её уничтожить.

Шейх, казалось, не слышал её. Его тёмные глаза прожигали меня и я сама вся тряслась от ужаса. А что если он услышит и не поверит. Что могут значить чьи-то слова.

— Ты хочешь сказать, что на этом устройстве… — его голос был тихим, но резал, как нож, — доказательства твоей невиновности?

Я кивнула, заставляя себя стоять ровно, хотя ноги предательски дрожали.

— Да, господин. — Я посмотрела ему прямо в глаза, мои слова звучали твёрдо, несмотря на охвативший меня страх. — Я не прошу прощения. Я прошу справедливости.

В тот момент я почувствовала, как Лейла вздрогнула. Её самоуверенность, её яд — всё это словно ослабло. Она знала, что слова больше не спасут её, что время игр закончилось.

Шейх перевёл взгляд на телефон в своей руке. Он не сказал ни слова. Тишина между нами повисла густая, словно смог. Но я видела, как в его глазах загораются искры. Не эмоции. Нет. Это был внутренний шторм. В его голове происходило сражение, но его лицо оставалось ледяным.

— Господин! — Лейла шагнула вперёд, её голос сорвался, звуча почти умоляюще. — Это ловушка! Вы… вы не должны…

— Достаточно, Лейла, — его голос, хоть и тихий, прозвучал как приговор.

Я видела, как её руки сжались в кулаки, а лицо побледнело. Она больше не произнесла ни слова.

Шейх нажал кнопку на телефоне.

Глава 15

Шейх стоит напротив меня. Его фигура величественна и пугающа. Это не просто человек, это олицетворение власти, силы, абсолютного контроля. Он не торопится, не суетится, будто каждая секунда его времени принадлежит только ему. В его руках телефон, и я не могу отвести взгляд от того, как его пальцы — длинные, сильные, уверенные — плавно движутся, нажимая на кнопку воспроизведения.

Мир вокруг словно замер. Воздух становится густым, как сироп, и я чувствую, что дышать становится всё труднее. Ни звука, кроме