Челнок Предтеч 3 - Валерий Кобозев

Мужики подчинились, и по очереди за два часа прошли медицинский осмотр — двенадцать человек по десять минут — ничего не попишешь, чудес не бывает. Надо анализ крови взять, сделать кардиограмму, ультразвуковую диагностику сердца и сосудов, а заодно десять кубиков нанитов закачать для развертывания нейросети. Перед тем, как каждого положить в медкапсулу, Погодин проговаривал под протокол обязательства не наносить ущерб им действием или бездействием, ничего не делать во вред экипажу корабля «Пионер-873». Мужики улыбались и говорили: «Да» — ну чем бы дитя не тешилось, думали они.

После завершения медосмотра Валера вывел корабль из пещеры и начал поднимать его в космос в направлении на экватор. По экватору в США точно не попадешь. Выйдя на экватор, челнок стал набирать скорость и через двенадцать минут все ощутили невесомость, только привязные ремни держали их в креслах.

— Может включить все-таки искусственную гравитацию? — спросил Погодин. Ему самому ощущения невесомости были-то не очень приятны.

— Не, мы поплаваем — загудели мужики.

— Ну как дети — подумал Погодин, всплыл с кресла и двинулся в коридор, держась за поручни на стенах. Он выгнал всех космонавтов из кают и разрешил плавать только в коридоре — он был шириной два метра и длиной двадцать метров между перегородками. А перед перегородками были натянуты сетки для страховки — конструкцией челнока это было предусмотрено. Закончив это, он вернулся в свое кресло в рубке управления, наблюдая за резвящимся как дети конструкторами, которые неожиданно стали космонавтами. Час пролетел быстро, мужики резвились как дети, фотографируя друг друга в полете. Затем крякнула сирена, извещая о торможении, постепенно включилась искусственная гравитация, все встали на ноги, вернулись в свои кресла и пристегнулись. Корабль начал торможение и через двадцать минут был над Магаданом, оттуда со снижением высоты вошел в атмосферу, и через четверть часа припарковался в пещере. Народ был крайне возбужден, радостные лица, довольные улыбки, каждый посчитал себя обязанным поручкаться с Погодиным и поблагодарить его за полет.

После полета Валера покормил космонавтов омлетом и напоил кофе в пищевом блоке, что вызвало бурю восторга у космонавтов.

— Да ребята, техника на грани фантастики — сказал Бранец, прихлебывая кофе. — Представляете, космонавты могут находиться в таких условиях очень долго, невесомость не разрушает их организмы. И пища нормальная тут! Просто мечта.

— Челнок не предназначен для длительных полетов в космосе, защита от радиации у него слабая — уточнил Погодин.

— Валера, ты предлагал включить искусственную гравитацию, а она не потянула бы нас к Земле? — спросил Афанасьев.

— Нет, гравитационная платформа отделяет вас от гравитационного поля Земли — пояснил он.

— Вообще красота, раз и в космосе, мизерные затраты! — радовался Киров.

— Мы спалили пятьдесят тысяч мегаватт электроэнергии, ничего бесплатным не бывает — уточнил Погодин. — Реактор перерабатывает тяжелую воду в дейтерий и тритий и сжигает их, вырабатывая электроэнергию.

— А какая мощность у реактора, я как-то забыл спросить — спросил Киров.

— Три гигаватта он выдает — сказал Погодин.

— Ничего себе! У атомного ледокола «Ленин» общая мощность трех реакторов двести семьдесят мегаватт! — воскликнул Киров. — А тут в десять раз больше!

— А как у него закачивается горючее при такой температуре? — спросил Бранец.

— Он работает в импульсном режиме, как магнетрон, в резонансе. Вспышка, спад давления — закачка свежей порции горючего и так далее с очень высокой частотой — ответил Погодин. — Но это так очень грубо описываются протекающие там процессы, есть еще масса тонкостей. Из истории известно, что создали этот термоядерный реактор за тысячу лет, двадцать поколений физиков-ядерщиков работали над этой проблемой, труды их свободно публиковались. И вот нашелся ученый-изобретатель, который придумал именно эту конструкцию, и она заработала непрерывно и начала выдавать электроэнергию. До него максимальное достижение было десять минут непрерывной работы. Это общие данные из школьного учебника физики.

— Да, у нас на Земле еще все впереди — улыбнулся Бранец. — Мы еще и двадцати лет над этой проблемой не работаем, осталось каких-то девятьсот восемьдесят лет, и мы построим термоядерный реактор.

— Да, совсем чуть-чуть осталось — засмеялся Киров и остальные подхватили.

— Какие еще имеются у нас вопросы по челноку и по технике? — спросил Бранец.

— При выходе в открытый космос придется включать невесомость? Как за бортом? — спросил Афанасьев.

— Да, иначе улететь можно далеко и надолго — усмехнулся Погодин. — Дроны используют электромагнитные присоски, они же имеются и на скафандрах. Ну и в скафандре есть маневровый двигатель на гравилите, так что шанс вернуться на корабль остается.

— Отлично! И на Луне получается в этих скафандрах можно будет парить над поверхностью? —спросил Бранец.

— Да, верно — ответил Валера.

— А какой у них запас кислорода? — спросил Киров.

— На сутки, там вода разлагается для получения кислорода, патрон с поглотителем углекислого газа имеется. Лишний воздух и водород стравливается — ответил Погодин.

— Это же сколько энергии на это надо? — удивился Киров.

— Супераккумуляторы обеспечивают суточную работу до зарядки — ответил Валера.

— А из чего состоят эти супераккумуляторы? — спросил Киров.

— Они сделаны на основе сверхпроводников, работающих при нормальной температуре — ответил Погодин. — По ним у нас с вами будет отдельное соглашение, не будем забегать вперед.

Беседа в пищевом блоке продолжалась еще три часа, потом народ нехотя потянулся на выход, пора было ехать отчитываться в Сусуман. Бранец уже отзвонился по коммуникатору Цвигуну, отчитался о полете, но ему требовалось предстать лично перед очами начальства для получения ценных указаний.

В Сусумане по традиции Погодин с Бранцем прошли к кабинету Цвигуна, Валера остался сидеть в коридоре, Бранец прошел к начальству.

— Ну как впечатления летчик-космонавт СССР? — спросил Цвигун, пожимая руку Бранцу.

— Просто фантастика! Спокойно поднялись над Колымой, полетели на юг к экватору, там разогнались до первой космической скорости и полетели… Целый час плавали в невесомости! Ну а потом также повернули на север, до Магадана скинули скорость, и тихо спланировали до Сусумана, до нашей пещеры — ответил Бранец. — Там нас Валера покормил легким полдником — сырный омлет и замечательный кофе мы получили из пищевого автомата. Мечта, а не космический корабль! Он в полете может включать искусственную гравитацию, так что любого человека можно на нем в космос