Золотая легенда. Святые мужи - Иаков Ворагинский

в момент рождения человека. Я уверен в этом по своему знанию астрологии, в которой я достиг небывалых высот. Так не совершайте ошибок! Станете вы молиться или нет, вашей судьбой будут распоряжаться только звезды.

Пока старик говорил, Петр внимательно изучал его лицо, и ему вдруг почудилось, что он уже где-то видел этого человека прежде. Петр велел трем братьям продолжить дискуссию, и они всячески различными доводами старались доказать старику существование промысла. Из чувства уважения они несколько раз обращались к нему со словами «отче», пока Акила не сказал братьям:

— Почему мы называем его отцом, когда мы не смеем никого так называть на этой земле? (Мф. 23: 9)[101].

Затем он обратился к старику и сказал так:

— Не сочти это за оскорбление, отец, но я поправил братьев, чтобы они не называли тебя отцом, поскольку мы в этом мире никого не можем называть так.

И все, включая старика и святого Петра, засмеялись при этом, а на вопрос Акилы, почему они смеются, Климент ответил:

— Ты же сам назвал его отцом, то есть сделал то, в чем укоряешь нас!

Но Акила упрямствовал:

— Воистину я не знаю, назвал я его так или нет!

Спор о промысле и провидении продолжался еще некоторое время, и старик сказал:

— Я воистину поверил бы, что провидение существует, но сознание мое запрещает мне соглашаться на такое верование. Я знаю свой гороскоп, гороскоп своей жены и знаю, что исполнится все то, что нам суждено. Позвольте мне рассказать вам о расположении планет при рождении моей жены, и вы увидите, что их натальный аспект[102] действительно предопределил ее судьбу. При ее рождении Марс и Венера стояли в центре, Луна в оппозиции в доме Марса на границе с Сатурном. Эта расстановка делает женщин склонными к измене, заставляет предаваться любви с собственными рабами, путешествовать в далекие страны и подвергать свою жизнь опасности на воде. Все это и произошло. Моя жена влюбилась в раба и, опасаясь мести и немилости, сбежала с ним и попала в кораблекрушение. На самом-то деле, как сказал мне мой брат, поначалу она влюбилась в него, а когда он отверг ее, бросилась в объятия раба, дабы удовлетворить свою похоть. И что укорять ее за это, когда все это вынудили ее совершить звезды!

И дальше старик рассказал об увиденном ею сне и о том, как она с детьми погибла в кораблекрушении.

Сыновья сразу все поняли и уже готовы были броситься старику на шею и поведать ему, что произошло в действительности, но святой Петр удержал их словами:

— Оставайтесь спокойными до тех пор, пока я не дам вам слова.

А старику сказал:

— Если сегодня я вручу тебе твою жену невинной, какой она всегда и была, и троих твоих сыновей, поверишь ли ты тогда, что астрология — это ничто?

И услышал в ответ:

— Поскольку ты не в состоянии сделать то, что обещаешь, то невозможно и то, чтобы что-нибудь произошло без воздействия звезд.

И тогда Петр сказал:

— Смотри! Вот твой сын Климент, а вот твои близнецы Фаустин и Фауст!

Ноги старика подкосились, и он без чувств упал на землю. Сыновья склонились над ним и целовали его, опасаясь, что он может перестать дышать навеки. Тем не менее он очнулся и выслушал подробный рассказ обо всем случившемся. Тут неожиданно появилась и Макидиана, вся в слезах.

— Где мой супруг и господин? — взывала она.

И пока она так рыдала, словно оставленная женщина, муж подбежал к ней весь в слезах и принялся обнимать и целовать ее.

Так воссоединилась семья.

Но тут к ним явился гонец с известием, что Апио и Амбио, близкие друзья Фаустиниана, прибыли в гости к Симону Волхву. Фаустиниан крайне обрадовался этому известию и поспешил увидеться с ними. Вскоре появился второй гонец, сообщивший, что в Антиохию прибыл один из прелатов цезаря с приказом хватать волхвов и предавать их смерти. Симон же Волхв, рассерженный на близнецов за то, что, будучи его учениками, они покинули его, сделал лицо Фаустиниана точной копией своего лица, после чего прелаты цезаря неминуемо должны были арестовать Фаустиниана вместо Симона. Сам же волхв удалился далеко от дворца.

Когда Фаустиниан вернулся к сыновьям и Петру, то юноши испугались лица волхва, говорящего голосом их родного отца. Петр же единственный видел настоящее лицо Фаустиниана, и, когда дети, проклиная волхва, с криком убежали прочь, Петр спросил их:

— Почему проклинаете собственного отца и бежите от него?

Они ответили, что делают это из-за сходства его лица с лицом Симона Волхва.

— По-видимому, Симон совершил какое-то колдовство и придал нашему отцу свои черты.

Фаустиниан опечалился и сказал:

— В чем же моя вина, что, даже узнав все происшедшее с моими детьми и женой, я не могу соединиться с ними?

И Макидиана рвала на себе волосы, а юноши заливались слезами.

Пока Симон жил в Антиохии, он клеветал на Петра, как только мог, называя его сумасшедшим чудотворцем и убийцей, и это настроило народ на такую злобу по отношению