Компаньон - Garret Hawke Amell

— А кто передаст письмо? — уточнил я, прокручивая перо меж пальцев. — Дурсли терпеть не могут сов.

— Что ж, думаю, я справлюсь с ролью почтальона. В конце концов, это происходит не в первый и не в последний раз. — озорно сверкнул глазами Дамблдор. Я усмехнулся и обмакнул перо в чернила, начиная писать первое письмо своим родственникам с того самого момента, как я поступил в Хогвартс.

***

— Цисси! — воскликнул Сириус и бросился вниз по лестнице, стоило только услышать звук сработавшего камина. Нарцисса вышла из зеленого пламени, взмахом палочки удалив сажу и устало улыбнулась.

— Прости, что без предупреждения, кузен. Я решила, что ты должен знать. — с этими словами она протянула ему запечатанный пергамент. Не говоря ни слова, Сириус одним движением сорвал печать. Прочитать написанное ему удалось не сразу, буквы почему-то расплывались перед глазами. Рыкнув от раздражения, он помотал головой и встряхнул в руке пергамент. И застыл памятником самому себе, когда осознал прочитанное. — В старом зале суда № 10. При полном составе Визенгамота. — пробормотал в пространство Сириус. — Но он же… Это же неправильно.

— Я знаю. — мягко сказала Нарцисса, аккуратно вытаскивая пергамент из его пальцев. — Поэтому и подумала, что стоит предупредить тебя заранее. Суд будет через неделю.

— Но он же не взрослый! — взорвался эмоциями Сириус. — Как это так работает? Гарри защищал себя и свою подругу, он не сделал ничего плохого!

— Гарри убил человека, Сириус. — тяжело вздохнула Нарцисса. — Хотя я согласна, что судить его таким образом — странное решение. Но и сама ситуация не слишком обычная. По крайней мере, мы стараемся помочь. Нельзя сдаваться.

— Но разве мы не можем сделать что-то ещё? Подать прошение, заставить их рассмотреть дело Гарри в частном порядке, в конце концов! Это же Гарри! — воскликнул Сириус.

— Я пыталась добиться подобного для тебя. — подала голос молчавшая до сих пор Вальбурга.

— Что ты имеешь ввиду? — вскинул голову Сириус, резко обернувшись.

— То, что сказала. — поджала губы Вальбурга, глядя на него с очень странным выражением на лице. — Нарцисса права, нужно работать с тем, что есть. Твой крестник слишком видная фигура, чтобы министр согласился решить это дело в закрытом порядке.

— Значит, его нужно заставить! — рявкнул Сириус и уже направился к камину.

— Сириус, угодив в Азкабан вместе с Гарри, ты ничем не поможешь! — в сотый раз напомнила Нарцисса, поймав его за плечи и решительно развернув к себе. — Прошу тебя. Будь благоразумнее.

— Благоразумнее?! — задохнулся от злости Сириус и взмахом палочки разнёс ближайшее кресло в труху. — Моего крестника могут посадить в Азкабан, а ты говоришь о благоразумии! Я не могу просто сидеть без дела! Дамблдор итак выслал меня из Хогвартса!

— Я понимаю, но… — начала было Нарцисса.

— Нет! Не понимаешь! Никто не понимает, чёрт возьми! — выпалил Сириус, и уже снова открыл рот, когда Вальбурга деликатно кашлянула.

— Сын, прекрати орать на свою кузину. — тихо и весомо проговорила она. Сириус невольно замолк на полуслове. — Цисси, рассказывай дальше. Ты видела мальчика?

— Дамблдор видел его, я разговаривала с представителями Визенгамота. — устало ответила Нарцисса и опустилась в единственное уцелевшее кресло. — Мы почти всё подготовили, но сейчас нужно быть осторожнее, как никогда. И поэтому я хотела тебя кое-о-чём попросить, Сириус…

— Всё, что угодно. — тут же ответил Сириус, которому внезапно стало стыдно за своё поведение. В конце концов, кузина сейчас делает для Гарри гораздо больше, чем он.

— Ты не мог бы приютить Драко у себя на несколько дней? — обеспокоенно прикусила губу Нарцисса. — Не хочу оставлять его одного в доме с учётом всего, что случилось.

— Без проблем. — согласился Сириус, вглядываясь в обеспокоенное лицо Нарциссы. — Он в порядке? Я хочу сказать…

— Всё лучше, чем могло бы быть. — отвела глаза Нарцисса, поднимаясь с кресла. — Я загляну домой и отправлю его к тебе, потом мне нужно будет решить ещё несколько вопросов.

— Хорошо. — проводил её взглядом Сириус, нахмурившись и пробормотав в пространство. — «Лучше, чем могло бы быть»? Что это значит?

— Серьёзно? — приподняла брови Вальбурга, смерив сына саркастичным взглядом. — Ты думаешь, заклятье Империо прошло для юноши бесследно? Хотя… Ты, похоже, и вовсе не думаешь, как всегда.

— Я не специально! — с досадой рыкнул Сириус, небрежным взмахом руки восстанавливая кресло и нервно раскачиваясь на нём. — Просто… Вокруг столько всего происходит, что мне кажется, я схожу с ума. И хуже всего то, что я вынужден торчать в этом доме в одиночестве!

— Помнится, в наших ссорах ты всё время припоминал мне, что у тебя много настоящих друзей? — усмехнулась Вальбурга. — Вот и пригласи кого-нибудь из них в дом, если одиночество для тебя так уж невыносимо.

— Я… — начал Сириус, но тут же задумался, а потом медленно проговорил. — Ты права. Я приглашу Ремуса. И напишу несколько писем Амелии.

Не дожидаясь ответа, Сириус вихрем взлетел вверх по лестнице. Вальбурга на портрете покачала головой, задумчиво поджав губы. Она всё это уже видела… И в прошлый раз ситуация хорошо не кончилась. Нужно придумать, как сделать так, чтобы этого не повторилось.

***

Сириус входил снова в этот зал, чувствуя, как по спине невольно бежит целое стадо мурашек. Просторное подземелье, сложенное из тёмного камня, тускло светящие факелы, трибуны и массивная дверь, с грохотом закрывшаяся за последним вошедшим. Посреди зала стояло кресло с цепями на подлокотниках. Сириус невольно вздрогнул. Сидеть здесь и видеть, как Гарри шаг за шагом приближается к этому креслу, казалось жутко неправильным. Казалось, что без всякого присутствия дементоров, зал окутал ледяной, ни на что не похожий холод.

Судей и председателей было всего человек пятьдесят, но наверняка с места Гарри они казались тысячами. Любопытные, задумчивые и недоброжелательные взгляды. Гарри, не дрогнув, сел в кресло и дисциплинированно сложил руки на коленях. Цепи поначалу дрогнули, но потом так и остались безжизненно