ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

в Москву, где после «дела врачей» начались репрессии против приверженцев сионизма, вскоре был арестован. Пробыв год под следствием, он, с одной стороны, стал ярым антисталинистом и реально возглавил диссидентское движение, но, с другой стороны, был взят на заметку Пятым управлением КГБ, которое «скорректировало его курс».

Генри был умен и талантлив и умело «вписался» в процесс информирования и просвещения граждан страны в нейтральном политическом ключе. Теперь можно только догадываться, какие еще силы в руководстве СССР боролись не столько за сохранение Союза и советской власти, сколько за то, что они хотели увидеть в ходе его реформирования или развала. АнтиКОКОМ, с вице-премьером Маслюковым, заместителем начальника ГРУ Гусевым и примкнувшими к ним (или используемыми ими) Генри и Суриковым – это была только одна из составляющих этих сил.

КГБ и советские спецслужбы в те годы действительно были не только всемогущи, но и многолики…

Александр Запорожский – полковник СВР, заместитель начальника «американского» Первого отдела в контрразведке СВР, был завербован ЦРУ, сотрудничал семь лет. Он пошел на предательство по собственной инициативе, выйдя в 1994 году на представителя ЦРУ во время служебной командировки в Аргентине. В Москве Запорожского курировал лично начальник контрразведки ЦРУ Стивен Каппес. Его активная шпионская деятельность длилась три года.

Характеризовался как прекрасный аналитик, но был безгранично амбициозен, патологически жаден и вымогал взятки даже у коллег, кроме всего был склонен к авантюрам. В командировке в Эфиопии, будучи замом резидента по КР, когда разработка одного американского разведчика зашла в тупик, предложил резиденту подсадить его на крепкий наркотик, чтобы ослабить волю к сопротивлению. Резидент категорически запретил это делать.

Тогда Запорожский написал письмо Горбачеву, где обвинял резидента в отсталых взглядах, не соответствовавших идеям великой перестройки. Письмо, естественно, до Горбачева не дошло, а руководство внешней разведки оценило выходку Запорожского как шалость, навеянную духом всё той же перестройки. Там недооценили опасные амбиции Запорожского, который мечтал стать генералом.

Когда этого не получилось, Запорожский сдал американцам всю известную ему агентуру и операции российской разведки. В 1997 году, когда несколько совместных операций СВР с ФСБ были сорваны американцами, у контрразведки появились опасения, что внутри СВР действует «крот». Запорожский успел уволиться до того, как его сумели вычислить. Американцы вывезли его, жену и двоих сыновей в Штаты.

За предательство получил грин-карту США, трехэтажный особняк в Балтиморе и около 500 тысяч долларов. Вскоре российские спецслужбы успешно провели операцию, выманив предателя в Москву. На суде он получил больше, чем требовало гособвинение, – 18 лет. Однако в 2011 году шпион Запорожский был обменян на разоблаченных российских нелегалов и выехал в США. Пока авантюристу везет. В США таких одиозных предателей никогда не обменивают и не освобождают досрочно.

Александр Литвиненко (1962–2006). Подполковник ФСБ Александр Литвиненко родился в 1962 году в Воронеже, в 1988–1991 годах служил в военной контрразведке, затем в УБОП, Антитеррористическом центре и в 7-м отделе ОРПУ ФСБ.

1 ноября 2000 года Литвиненко в лондонском аэропорту Хитроу попросил политического убежища в Великобритании, заявив, что к этому его вынудило «непрекращающееся преследование со стороны спецслужб России». На него было возбуждено уголовное дело по четырем статьям УК – «превышение должностных полномочий с применением оружия», «служебный подлог», «хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, ВВ и взрывных устройств», «незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, ВВ и взрывных устройств».

После службы в ОМСДОН им. Дзержинского с 1988 года Литвиненко работал в контрразведке КГБ, с 1991 года – в подразделениях центрального аппарата ФСБ, специализировавшихся на борьбе с терроризмом и организованной преступностью. Совместно с МУРом участвовал в операциях по розыску и задержанию особо опасных преступников, за что получил звание «Ветеран МУРа».

В 1997 году переведен в Управление по разработке преступных организаций – заместитель начальника отдела.

В 1997 году Литвиненко и его подчиненные якобы при расследовании терактов в Костроме, приведших к гибели нескольких бизнесменов, установив группу возможно причастных к преступлению лиц, подбросили взрывчатку подозреваемым, задержали их, после чего вывезли за город и пытали, чтобы получить необходимые показания.

В действительности суть конфликта Литвиненко с руководством состояла в том, что в 1994 году он познакомился с Березовским в ходе расследования покушения на него и 17 ноября 1998 года организовал телевизионное интервью, на котором вместе с полковником Шебалиным, подполковниками Гусыком, Трепашкиным, майорами Щеголевым, Понькиным и старшим лейтенантом Латышонком заявил, что получил от начальника УРПО ФСБ генерала Хохолькова и его заместителя Камышникова приказ убить Бориса Березовского. После этого все офицеры были уволены.

Интрига заключалась в том, что, по одной из версий, Литвиненко пошел на этот отчаянный, можно сказать, смертельно опасный шаг по совету заместителя директора ФСБ – начальника московского Управления генерал-полковника Анатолия Трофимова. Литвиненко якобы отказался выполнять приказ об устранении Березовского и вместо этого сообщил ему о планах ФСБ. Он также утверждал, что помимо убийства Березовского его принуждали к похищению брата бизнесмена Умара Джабраилова, проломить голову подполковнику ФСБ Трепашкину, выигравшему суд у руководства ФСБ.

Литвиненко и его коллеги написали об этом официальные рапорта, на основании которых прокуратура возбудила уголовное дело, после чего им стали угрожать физической расправой, и на Литвиненко около его дома было совершено покушение.

По версии ФСБ, они лгали и сами были причастны к ряду преступлений: похищениям людей, их избиению и «крышеванию» коммерсантов. Вскоре УРПО было расформировано, и Литвиненко стал работать советником в отделе безопасности секретариата СНГ (у Березовского).

В 1999 и 2000 годах Литвиненко дважды арестовывался, но уголовные дела прекращались прокуратурой за отсутствием состава преступления. После возбуждения третьего уголовного дела он бежал в Англию через Украину и Турцию с помощью еврейского диссидента, американского гражданина Александра Гольдфарба. В Лондонском аэропорту попросил политического убежища, был подвергнут многочисленным допросам и выпущен под опеку бывшего советского диссидента Владимира Буковского. Заявил, что политическое убежище ему представлено не в обмен на государственные тайны. Политическое убежище Литвиненко получил 15 мая 2002 года.

25 июня 2002 года в России Литвиненко заочно приговорили к трем с половиной годам заключения условно с испытательным сроком в один год.

1 ноября 2006 года Литвиненко был отравлен неизвестным ядом. Позднее выяснилось, что это был полоний-210. Есть версия, что отравление произошло в лондонском ресторане «Ицу», где Марио Скарамелла передавал ему документы об убийцах Политковской. Скарамелла был связан с ЦРУ, по заданию которого в 1992 году работал с архивом перебежчика Митрохина. Возможно, также, что он был отравлен во время чаепития с бывшим сотрудников ФСБ Луговым. По еще одной версии, умер Литвиненко от отравления совсем другим ядом, а не полонием.

Литвиненко являлся платным агентом британской и испанской разведок. Незадолго до отравления он встречался с куратором из разведки МИ-6 «Мартином», который вывел его также на испанские спецслужбы.

Считается, что Литвиненко был завербован лично директором английской разведки MI-6 Джоном Скарлеттом и получал от англичан ежемесячно по 2000 фунтов стерлингов плюс из фонда Березовского сначала 4500 фунтов стерлингов, потом по 1500 и подрабатывал консультантом британских и российских фирм.

Деньги от