Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Но правый кулак Фан Вана был быстрее. Он насквозь пробил грудь демона. Сокрушительная мощь удара прошла навылет, сметая ледяные горы на своём пути. Ударная волна разметала железные клетки на обрыве.

Грохот! Бирюзовый купол в небе разлетелся вдребезги. Под двойным натиском — удара Фан Вана и тяжести Золотой Печати — массив был уничтожен. Высвободившаяся энергия породила шторм, терзающий всё вокруг. Практики сект поспешно выстраивали защитные барьеры, чтобы их не унесло ветром.

Огромная ледяная глыба летела прямо на Янь Линьэр, но белый тигр одним ударом лапы раздробил её. Ветер бил в лицо девушке, но она не отрывала взгляда от неба, где сияли золотые знаки. По мере их приближения к земле стали видны очертания чего-то колоссального.

— Это же...

Янь Линьэр замерла, словно увидела призрака. Все, кто видел это, судорожно хватали ртом воздух, не веря своим глазам. Пять тысяч практиков Секты Великого Океана, включая Чай И и Фан Ханьюя, застыли в немом шоке.

Что они видели? Гигантская нефритовая печать, размером в сотни ли, висела в небе. Невозможно было даже представить её истинный масштаб. Перед ней любые пики ледяных гор казались жалкими песчинками. Казалось, великий бог из-за пределов мира опускает свою печать на грешную землю. Облака разлетались в стороны, а вокруг печати закручивались колоссальные вихри снежной пыли.

Сяо Цзы активировала демоническую силу, чтобы её не сдуло. Чжао Чжэнь замер на её спине, глядя в спину Фан Вану. Тот медленно поднял правую руку, удерживая пронзённого Бессмертного Сяояо в воздухе.

Из основания Золотой Печати Шести Гармоний и Восьми Пустошей вырвались тысячи золотых лучей. Один из них ударил прямо в тело демона. Сяояо выплюнул кровь, но она, не успев коснуться руки Фан Вана, мгновенно испарилась в Истинном Огне Таинственного Ян. Золотой свет озарял лицо Фан Вана, делая его выражение пугающе холодным.

Бессмертный Сяояо корчился от боли. В его глазах застыл первобытный ужас.

— Кто же ты такой на самом деле... — прохрипел он.

Он был в Сфере Золотого Тела! Его плоть должна была быть несокрушимой, но этот человек пробил её одним ударом, словно бумагу. Он чувствовал, что дело не только в технике Кулака — сама физическая сила Фан Вана была за пределами понимания. Как в таком захолустье, как Великая Ци, могло родиться подобное чудовище? Даже для сокровища Небесного Истока должен быть предел!

Фан Ван пристально посмотрел на него:

— Ты даже не знал, с кем связался, а уже посмел бросить мне вызов. Готов к смерти?

Сяояо в панике попытался высвободить свою душу, но с ужасом обнаружил, что она намертво прикована к телу. Золотой свет! Это сияние подавляло саму суть души с невероятной силой.

— Фан Ван! Я ошибся! Я...

Хруст! Левая ладонь Фан Вана, подобно мечу, снесла голову Бессмертному Сяояо. В тот же миг его правая рука вспыхнула Истинным Огнем Таинственного Ян, пожирая тело врага. Фан Ван заметил браслет на запястье демона — артефакт тут же перекочевал к нему на пояс.

Фан Ван спустился на руины ледяных скал и отбросил пылающий труп в сторону. Золотой свет печати продолжал бить в останки, не давая душе демона сбежать и заставляя её страдать в огне. Фан Ван подошёл к клетке Чжао Ци и одним движением вырвал дверь. Затем он взмахнул рукой, и клетка Сюй Цюмина вдалеке тоже разлетелась — никакие талисманы не могли противостоять его мощи.

— Благодарю за спасение, старший! — Чжао Ци, вне себя от радости, рухнул на колени и начал отвешивать поклоны.

Сяо Цзы приземлилась рядом. Чжао Чжэнь фыркнул:

— Мальчишка, где твоё императорское величие?

Чжао Ци поднял голову, посмотрел на Чжао Чжэня и промолчал, но в его глазах вспыхнула застарелая ненависть. Сяо Цзы не удержалась:

— А когда ты ползал на коленях перед моим господином, у тебя было величие?

Чжао Чжэнь смутился и отвернулся. Фан Ван распорядился:

— Сяо Цзы, помоги Чжао Ци освободить остальных императоров.

Чжао Ци бросил на Фан Вана благодарный взгляд. Он понял: Фан Ван даёт ему шанс возвыситься, заставив других правителей быть обязанными именно ему. Не теряя времени, он бросился выполнять поручение, а Сяо Цзы последовала за ним.

Фан Ван смотрел на догорающее тело Бессмертного Сяояо.

«Сфера Золотого Тела? И впрямь золотое, раз так плохо горит», — подумал он. Его Истинный Огонь Таинственного Ян не был обычным пламенем.

В этот момент к нему подошёл Сюй Цюмин. С очень сложным выражением лица он низко поклонился. Фан Ван улыбнулся:

— Брат Сюй, к чему такие церемонии?

Сюй Цюмин поднял голову:

— Ты спас мою сестру, а теперь дважды спас меня. Мне нечем отплатить тебе в этой жизни. Если я когда-нибудь понадоблюсь — только скажи. Даже если придётся идти на смерть, я, Сюй Цюмин, и глазом не моргну!

Он говорил настолько серьёзно, что Фан Ван перестал улыбаться. Заметив, что взгляд Сюй Цюмина всё ещё немного потухший, Фан Ван произнёс:

— Брат Сюй, я верю тебе. И надеюсь, что ты не падешь духом. Во всём мире я считаю достойным соперником лишь тебя. Твоя неудача сегодня — не в отсутствии таланта. Просто ты встретил врага, которого невозможно победить на твоём нынешнем уровне.

Сюй Цюмин почувствовал прилив сил, но, оставаясь реалистом, горько усмехнулся:

— Но ведь ты тоже в Сфере Концентрации Духа?

Фан Ван покачал головой:

— Я уже прорвался в Сферу Пересечения Пустоты. Если бы и ты достиг её, то расправился бы с этим Сяояо без труда. Разве такие ничтожества нам чета?

Сфера Пересечения Пустоты? Сюй Цюмину стало легче, к нему вернулась уверенность. Хотя он понимал, что никогда не сравнится с Фан Ваном.

— Фан Ван, обещаю, я не брошу путь самосовершенствования. Ты всегда будешь моей целью. Что бы ни случилось, ты мой спаситель, и я в твоём распоряжении! — твёрдо заявил Сюй Цюмин. Он говорил громко, словно хотел, чтобы императоры семи династий стали свидетелями его клятвы.

Глава 130: Имя Небесного Святого, приказ Владыки Меча Ранга Хуан

Фан Ван не стал сразу убирать Золотую Печать Шести Гармоний и Восьми Пустошей. Он оставил её парить высоко в небе, внушая трепет сектам семи династий.

Он повернулся к телу Свободного Бессмертного. Под воздействием Истинного Огня Таинственного Ян плоть наконец начала обугливаться и превращаться в пепел.

— Это и есть твое Духовное Сокровище Небесного Источника? У тебя два Духовных Сокровища Жизни? — Сюй Цюмин, глядя на небо, не удержался от вопроса.

Величественная Золотая Печать Шести Гармоний и Восьми Пустошей выглядела настолько потрясающе, что Сюй Цюмин,