Эволюционер из трущоб. Том 17 - Антон Панарин

и тяжело вздохнул. Несколько секунд я просто сидел на троне, пялясь в одну точку. Отправить Хрюна помогать Кариму казалось хорошей идеей, дополнительной страховкой, гарантией того, что Валет Бубнов точно будет повержен. Но я совсем позабыл про вздорный характер работорговца.

— Чёртов кретин, — пробормотал я, качая головой. — Впрочем, чего я ещё ожидал от человека, который брал в плен и продавал на невольничьих рынках лишь тех, кого лично победил в бою? У бесчестного ублюдка есть собственный кодекс чести, который он чтит больше собственной жизни. Судя по всему, теперь мне остаётся лишь ждать, пока кто-то из них не испустит дух… — Я резко поднялся с трона и направился на выход. — К чёрту ожидание. У меня полно дел. Тем более сейчас…

Глава 10

Посреди разрушенной станицы.

Бой Карима и Валета Бубнов разгорелся с новой силой после недолгого перерыва. Земля взрывалась, превращаясь в лаву, которая текла во все стороны, накрывая улицы, дома, испаряя снег и сжигая тела немногочисленных жителей, не успевших выбраться из своих подвалов. Станица превратилась в выжженную пустошь, которая больше никогда не будет пригодна для жизни.

Карим уклонился от пятиметровой волны лавы, резко сократил дистанцию и со всей силы пробил апперкот, надеясь снести противнику голову. Валет Бубнов призвал каменный щит, но он даже не замедлил руку Карима. С грохотом удар врезался в преграду, расколов её на мелкие части. Понимая, что любой удар может стать последним, шаман выбросил навстречу кулаку работорговца бубен.

Сотканный из чистой энергии музыкальный инструмент прикоснулся к костяшкам работорговца, и мир замер на мгновение. Карим рычал, пытаясь продавить чёртов бубен, шаман обливался потом, вливая неимоверное количество энергии в свой инструмент. В следующее мгновение яркая вспышка ослепила обоих. Бубен отпружинил и с силой отбросил работорговца назад, заставив кувыркаться в лаве.

Шаману тоже пришлось несладко: когда бубен отскочил назад, он ударил его в грудь и протащил по земле добрых двадцать метров. Карим, поймав равновесие, подпрыгнул вверх. Прекрасный полёт ужасного существа, чья кожа полностью превратилась в один сплошной ожог. Однако регенерация работала столь быстро, что Карим даже не обратил внимания на чудовищную боль, прокатившуюся по телу.

— Выбрось свои игрушки! Они только мешают тебе! — заорал Карим, бросаясь в атаку.

На мгновение он исчез и материализовался за спиной Валета Бубнов. Шаман был наготове и ударил локтём с разворота. Удар вышел отличным и свернул нос работорговца набекрень.

— Ха-ха! Отлично! ты начинаешь учиться, уголёк! Покажи мне, насколько сильным ты можешь стать, прежде чем сломаешься! — расхохотался Карим ему прямо в лицо и пробил кулаком в солнечное сплетение.

Шаман активировал все стихийные щиты, доступные ему, но они не выдержали и рассыпались, а вместе с этим из приоткрытого рта хлынул поток крови. Зарычав, он развеял бубен, выбросил посох и бросился врукопашную. Удары летели бесконечным потоком с обеих сторон. Каждое столкновение сопровождалось взрывом энергии, разбрасывающим обломки во все стороны, а лава плескалась так, будто в ней плавали огромные рыбины.

Они сражались в воздухе, на земле, под землёй, в лаве, в снегу, меняя локацию каждые несколько секунд, и казалось, что этой битве не будет конца. Однако Валет Бубнов, хоть и был рад возможности схлестнуться со столь искустным противником, но долг перед Владыкой заставлял сделать всё необходимое ради скорейшей победы. Господину нужен мясной костюм для воплощения, и побыстрее.

Он принял бестелесную форму, превратился в пламя, которое хлынуло вперёд, пытаясь поглотить Карима. Работорговец рубанул ребром ладони, пытаясь рассечь огонь, но рука прошла сквозь пламя, не причинив ему вреда, ведь нельзя ранить то, что не имеет физической формы.

Огонь окутал Карима, пытаясь испепелить его, но руны на теле работорговца засияли ярче, начав поглощать энергию пламени. Шаман почувствовал, как силы полноводной рекой утекают из его бренного тела, и с проклятиями снова принял человеческую форму.

— Отличные фокусы, но тебе меня не убить! — усмехнулся Валет, отражая очередной удар. — Я не умру, пока жив Владыка!

— Ха-ха-ха! В таком случае, я сперва отлуплю тебя, а потом надеру задницу твоему владыке, и вы оба станете моими рабами! — расхохотался Карим.

— Чёртов идиот, ты даже не представляешь, насколько он силён.

— Да мне плевать! Пока я жив, я останусь сильнейшим — хоть в этом мире, хоть в любом другом! — выкрикнул Карим, ударив лбом Валета Бубнов по зубам.

Отпрянув назад, шаман сплюнул кровь, смешанную с осколками зубов, и, остервенело зарычав, бросился в атаку.

* * *

Выходя из тронного зала, я почувствовал вибрацию телефона во внутреннем кармане пиджака. Я нехотя достал аппарат и посмотрел на экран. Звонил Шереметев. Я поднял трубку и услышал напряжённый голос абсолюта, сквозь который пробивались посторонние звуки. Вой ветра, крики людей, грохот взрывов.

— Михаил Константинович, у нас ЧП. Прошу немедленно прибыть к Берингову проливу! — выкрикнул Шереметев, не тратя время на приветствия. — Первые мертвяки на подходе!

Я сжал в руке телепортационную костяшку, собираясь переместиться на место событий, но замер на полпути, осознав проблему. Водопьянов завершит лечение и отправится на передовую, из абсолютов в столице останется только Артём. Если я уйду прямо сейчас, то кто защитит Венеру и обычных людей?

— Дайте мне сутки, и я прибуду на место, — сказал я, стараясь не выдавать своего беспокойства. — Полагаю, имеющихся абсолютов вам будет достаточно для того, чтобы сдержать натиск противника.

— Сутки⁈ — переспросил Шереметев с недоумением в голосе. — Михаил Константинович, сутки мы, конечно, продержимся, но…

— Вот и славно, что продержитесь, — коротко ответил я и положил трубку.

Я посмотрел на экран, где отображалось время, и улыбнулся.

— Хоть я и выбил себе сутки, но придётся управиться намного быстрее. Хватит ли этого времени, чтобы Венеру сделать абсолютом? Проклятье… Ещё же и маму нужно усилить…

Я потянулся к мане и телепортировался прямиком в Кунгур. Туда, где в своё время я основал мясную ферму. Михалыч, как обычно, игрался с медвежонком. Он коротко кивнул, приветствуя меня.

— Андрей Михалыч, заберу десяток бычков. Хотя нет, лучше сотню. Иду на охоту, и мне нужна приманка, — пояснил я.

— Хозяин — барин. Хоть всех забирайте, — пожал плечами Михалыч, доставая из внутреннего кармана портсигар с самокрутками.

— Как дела вообще? Мишутка растёт? — спросил я, глядя, как пушистый зверёк кусает Михалыча за мясистую руку, а тот на это не обращает ровным счётом никакого внимания.

— Грех жаловаться, — улыбнулся он, прикуривая папиросу.

— Тогда и не нужно грешить, — сказал я, перепрыгивая через ограду загона.

Внутри паслись совсем ещё крохи. Маленькие мутантики высотой с двухметрового мужчину. Слюнявые носы, добрые глаза,