История Ганзы - Теодор Линднер

Наименее стабильным было членство в Ганзе городов западного побережья Северного моря. Во времена Кельнской конфедерации членами Ганзы в этом регионе были Девентер, Эльбург, Хассельт, Утрехт, Цютпен и Зволле. Утрехт, очевидно, вскоре отошел от союза. Кампен всегда поддерживал тесные связи с ганзейскими городами, однако в документах то включается в состав союза, то оказывается за его пределами. Только в 1441 году он окончательно и надолго вступил в Ганзу. Ганзейскими городами являлись также Арнхейм, Гронинген, Хардевийк, Нимвеген и Ставорен, а также множество более мелких: Гельдерн, Роермонде, Венло, Доесборг, Больсвард, Зальтбоммель, Доетинхем, Тиль. Практически все они находились на территории Утрехтского епископства или Гельдерна. Расположенный сравнительно далеко от них, на территории епископства Люттих, валлонский город Динант, известный своим металлургическим производством, получил в XIV веке в Лондоне ганзейские привилегии. Голландские города Амстердам, Дордрехт, Бриль и Зирикзе в 1367–1394 годах часто отправляли своих представителей на съезды, однако затем воздерживались от участия в них, а уже в первой трети XV века открыто враждовали с Ганзой.

Помимо Кельна, который, невзирая на постоянное соперничество с Любеком и стремление держаться в стороне, оставался членом союза, из числа рейнских городов в Ганзу входили Эммерих, Везель и Дуисбург, а также ряд более мелких населенных пунктов (Клеве, Калькар, Ксантен, Рурорт, Динслакен, Андернах и т. д.).

Гораздо большее число ганзейских городов находилось между Рейном и Везером, в Вестфалии. К их числу принадлежали все крупные центры региона: Дортмунд, Герфорд, Лемго, Минден, Мюнстер, Оснабрюк, Падерборн и Зёст. Похоже, что и более мелкие города все без исключения входили в состав Ганзы; из их числа имеет смысл упомянуть Ален, Арнсберг, Аттендорн, Бекум, Билефельд, Бохольт, Боркен, Брилон, Дюльмен, Гезеке, Гальтерн, Гамм, Гёртер, Изерлон, Кёсфельд, Липпштадт, Люденшейд, Люнен, Медебах, Маппен, Рейне, Рютен, Тельгте, Унну, Бреден, Варбург, Варендорф, Верль и Верне.

В регионе между Везером и Эльбой в состав союза входили, опять же, многие города, которые не упоминались в документах. Впрочем, даже перечисление упоминаемых займет несколько строчек: Альфельд, Ашерслебен, Букстехуде, Эйнбек, Гёттинген, Гослар, Хальберштадт, Галле, Гамельн, Ганновер, Хельмштедт, Хильдесхайм, Мерзебург, Нортхайм, Кведлинбург, Штаде, Юльцен, Услар. Ключевую роль, конечно же, играли Брауншвейг, Бремен, Люнебург и Магдебург. При этом Люнебург входил в состав «шестерки» вендских городов.

Что касается тюрингских городов — Эрфурта, Мюльгаузена и Нордгаузена — то они являлись членами саксонских союзов. Их принадлежность к Ганзе не исключена, но и не доказана. В марке Бранденбург многие города получали приглашения на съезды и направляли время от времени своих представителей. К их числу относились Берлин и Кёлльн, Франкфурт-на-Одере, Зальцведель, Штендаль, Тангермюнде. Возможно, что множество малых городов марки также входили в состав Ганзы; по крайней мере, мы знаем это наверняка относительно Бранденбурга, Гарделегена, Хафельберга, Кирица, Остербурга, Перлеберга, Пренцлау, Прицвалька, Зеехаузена, Вербена и некоторых других.

В Гольштейне к числу ганзейских городов принадлежал Киль, в Мекленбурге — Висмар и Росток. В Померании следует в первую очередь упомянуть Штральзунд, который, однако, часто относили к группе вендских городов. Кроме того, активно участвовали в деятельности Ганзы Анклам, Грейфсвальд, Кольберг, Штаргард и Штеттин. В состав союза входили и малые города — Деммин, Гольнов, Рюгенвальде, Штольп и некоторые другие.

В орденской Пруссии ключевую роль играли шесть ганзейских городов: Браунсберг, Данциг, Эльбинг, Кёнигсберг, Кульм и Торн. Поскольку в документах всегда говорится о прусских городах как едином целом, весьма вероятно, что в состав Ганзы входили все без исключения города на орденских землях.

В 1347 году, как уже говорилось выше, все ганзейские города были разделены на три трети. При этом прусские были объединены с Кельном и городами рейнско-вестфальского региона — это странное решение пока не нашло удовлетворительного объяснения. Примечательно, что они были отделены как от «саксонской» трети, где главенствующую роль играл Любек, так и от готландцев во главе с Висбю. Прусские города являлись самой младшей группой в Ганзе, которая достаточно поздно установила тесные связи с вендскими. Поскольку деление на трети происходило явно не в принудительном порядке, возможно, что прусские города (или великий магистр Тевтонского ордена) сами сделали выбор в пользу рейнских собратьев. Не исключено, что причиной являлась активная торговля Пруссии с Англией и Фландрией, которая делала весьма желательными связи с западной частью Империи. Возможно также, что свою роль играло соперничество с Любеком и лифляндскими городами. Пруссаки пользовались весьма ограниченными правами в Новгороде. Представителей Ордена не допускали в тамошнюю немецкую колонию, городских торговцев допустили сравнительно поздно и не позволяли участвовать в управлении ею. Великие магистры, в свою очередь, по возможности не допускали распространения в своих городах «любекского права», всячески насаждая «кульмское». Очевидно, они были не особенно рады влиянию Любека в своих владениях. Связь с рейнскими городами делала прусских торговцев независимыми как от Любека, так и от Готланда, а Кельн не имел возможности что-либо указывать им ввиду географической удаленности.

Политика прусских городов и в дальнейшем оставалась весьма независимой. Они то отстранялись от принятия общих решений, то выступали со своими требованиями, являя собой по сути союз внутри союза, который интересовался только тем, что затрагивало его непосредственно. Представители прусских городов собирались в своем кругу очень часто, иногда несколько раз в год, и обсуждали текущие дела. Им это все сходило с рук, поскольку они крепко держались друг за друга и пользовались покровительством Тевтонского ордена.

Примечательно, что орден и сам вел масштабную торговлю. Его владения приносили больше хлеба и других продуктов, чем было нужно; кроме того, он держал под контролем янтарную торговлю. Об огромных богатствах тевтонцев складывали легенды — и небеспочвенные, поскольку в XIV веке орден был богатейшим предпринимателем Европы. Его экономика находилась в прекрасном состоянии и приносила большие доходы, которые, в свою очередь, пускались в дело и давали солидную прибыль. «Великий шеффер» вместе с множеством помощников управлял орденскими финансами и не упускал ни единой возможности поучаствовать в выгодном предприятии. Несмотря на то что ростовщичество было официально запрещено Церковью, орден покупал земельные участки и доли в прибыльных предприятиях, а также напрямую ссужал деньги. Богатства тевтонцев позволили им осуществлять большие и рискованные торговые операции, прибыль от которых в большинстве случаев вкладывалась в новые предприятия. Орден покупал и продавал все, чем можно было торговать; его корабли достигали Испании и Лиссабона.

Это, естественно, делало контакты между тевтонцами и Ганзой неизбежными; прусские города выступали здесь в роли своеобразных посредников. Несмотря на то что орден конкурировал с городскими торговцами, он в хорошие времена учитывал интересы