Хозяин Стужи 8 - Максим Петров

— Вот что, Моисей, мне нравится, — я кивнул, — только проблема в том, что город-то у нас постоянно растет. Вот если бы придумать, как эти самые поглотители сунуть в стелы, которые можно будет двигать, вот тогда вообще идеально выйдет.

— Хм, и правда, что-то я не подумал, — старик нахмурился, — вот что значит взгляд со стороны. Я обязательно это сделаю, господин, можете не сомневаться.

— Я в тебе и не сомневаюсь, — подмигнув старику, я вернул ему блокнот, — кстати, я собираюсь взяться за вторую защитную стену, ты как, со мной? Теперь, когда у меня больше силы, я хочу попробовать несколько новеньких финтов.

— Конечно, с вами! — в глазах старика появился тот самый огонек исследователя, а через несколько минут мы уже двигались к окраинам расширившегося Хладограда.

* * *

Москва. Императорский дворец.

— Ну что, дядя, готов подвести итоги? — император уставился на великого князя, — что мы получили в ходе этой кампании?

— Много чего, государь, — Николай Николаевич улыбнулся, — но, пожалуй, нашим главным достижением можно считать уход британцев из Польского королевства. Убрать этих гадов из-под нашего бока дорогого стоило.

— И не говори, дядя, — император покачал головой, — на какое-то время мы выбили их из геополитической игры, но ты сам знаешь, они обязательно попытаются вернуться. Причем они обязательно попытаются ударить изнутри, их любимый прием.

— Мои люди только и ждут их появления, — улыбка великого князя превратилась в оскал, — можете не сомневаться, государь, мы встретим их соответствующе. Еще меня беспокоят поляки, они удивительно послушны. Как бы нам это боком не вышло.

— Да нет, дядя, поляки теперь будут держаться за нас зубами, — император хмыкнул, — иначе их сожрут. Сам подумай, мы откусили у них хороший кусок территории, почти уничтожили армию, но одновременно с этим спасли короля. Да, нас ждут сложные отношения, возможно, даже придется пару раз бить их, но ничего. В конце концов, нам не привыкать, — откинувшись на спинку кресла, Василий прикрыл глаза, — а что ты скажешь по шуму в прессе, дядя? Почему нашего парня пытаются очернить, мол, ничего он из себя не представляет, а все его достижения лишь благодаря Суворову с Ермоловым, да его порталисту. Кто заказчик этого безобразия?

— Точных данных у меня нет, государь, уж слишком разные источники, — Николай Николаевич тяжело вздохнул, — но, насколько я могу судить, это дело рук одного конкретного английского герцога. У Альфреда достаточно ресурсов, чтобы играть в такие игры, а еще у него есть знакомые в нашей империи, хорошие знакомые.

— Ты про Милославского? — государь поморщился, — знаешь, дядя, возможно, тебе придется посетить Георгия и провести с ним воспитательную беседу. Один раз Бестужев его простил, но, боюсь, второго раза не будет. Тот же Суворов может заглянуть к князю вечерком, а утром мы найдем лишь хладный труп. Так что будь добр, загляни к князю. В конце концов, у него дочь на выданье, будет плохо, если она останется сиротой.

— Как прикажете, государь, — Николай Николаевич поклонился, пряча улыбку.

Как бы ни старался племянник скрыть свои чувства, но князь отчетливо видел его отношение к Бестужеву. Из обычного холодного расчета оно давно переросло во что-то большее…

* * *

Хладоград. Несколько часов спустя.

— А неплохо получается, — я подмигнул Моисею, вытер пот со лба и приступил к следующему участку стены.

Благодаря тому, что контур стен мне приготовили заранее, от меня не требовалось ничего сложного, лишь поднимать лед и следить за тем, чтобы нити огромного конструкта внутри стены ложились как надо. Теперь, когда я наконец-таки вернул себе свой прошлый уровень, все стало намного легче.

— Вы стали в разы сильнее, господин, — голос артефактора был полон уважения, — мне кажется, такими темпами через десять лет вы будете сильнейшим магом не то что империи, а мира.

— Всегда найдется рыба покрупнее, старик, — я покачал головой, — и это хорошо, конкуренция — один из лучших стимулов для развития. Но сейчас главное — стена. Какова ее протяженность?

— Почти двадцать километров, господин, — ответил Моисей, глянув у себя в блокноте, — знаете, как только вы закончите эту стену, я уверен, к вам выстроится очередь дворян, живущих так же, как и вы, на севере. Получить такую защиту захотят многие.

— Уж что-что, а подрабатывать строителем я точно не собираюсь, — я расхохотался, — разве что лично государь попросит, но, мне кажется, у него и без меня достаточно магов, способных на такие подвиги.

Моисей улыбнулся, а я, поняв, что источник восстановился, вернулся к работе. Стена сама себя не построит. А вообще дела в Хладограде меня радовали. Помимо бытовых моментов были и другие, очень приятные. Например, барон Ананьев притащил очередную партию молодых магов, так что теперь их было под пятьдесят уже. Все они тренировались под руководством бывших теней Палена, и у них уже были успехи. Лет пять спокойствия, и мой клан займет одну из самых верхних позиций в имперском рейтинге. Сильных магов у нас достаточно, теперь нужно получить середняков, тех, на кого обычно ложатся тяжести ежедневной службы. Увы, их у меня в клане, к сожалению, пока что не очень много. Закончив очередной кусок стены, я остановился, чтобы выпить воды, и заметил Женю, спешившего, судя по всему, ко мне. Так-так, неужели что-то случилось?

— Господин, — через минуту начальник моей охраны таки дошел до меня, — у нас гости.

— Гости? — я удивленно глянул на него, — мы вроде никого не ждали, да и в расписании не было никого, Анжелика сказала бы мне. Кого же к нам принесло?

— Журналистку, — Женя поморщился.

Он вообще относился к прессе очень осторожно, прекрасно понимая, сколько бед могут принести эти пронырливые писаки.

— О как, — я пригладил волосы, — пресса в Хладограде? Очень интересно. И что эта пресса хочет?

— Хочет взять у вас интервью, мол, герой двух кампаний, а до сих пор никто про вас ничего не знает, — Женя покачал головой, — вот только слишком хитрая у этой журналистки морда, не верю я таким. Может, отослать ее куда подальше, сказать, что вы заняты, да и всё.

— Экий ты злодей, — я усмехнулся, — нельзя же так, надо для начала посмотреть, вдруг всё не так плохо, как ты думаешь, — я повернулся к Моисею, — на сегодня всё, старче, сам видишь, популярность догнала меня даже тут, в этом медвежьем углу.

Артефактор фыркнул, но кивнул, после чего мы вместе с Женей направились в сторону дворца. По пути он дал мне расклад