Беги, Настёна… - Саша Тат

– Настена, – наконец окликнул он, но рядом уже никого не было.

Узкий проход, через который едва проникал свет с улицы, зиял пустотой. Тонкий силуэт, и чуть вьющиеся волосы, и встревоженное лицо – все исчезло… А может он уже сходит с ума и ему лишь привиделось, что она приходила? Руслан снова погрузился в странное состояние ни сна, и ни яви, только теперь ничего приятного ему уже не виделось. Медленно, вязко текли минуты, часы… Он уже не мог с уверенностью сказать, сколько прошло времени, хотя раньше для него это не составляло проблемы. Но одиночество в четырех стенах отупляло.

Когда рядом послышались шаги, он уже не обманывался, что может ошибиться. Это была не Настя.

– Сижу за решеткой в темнице сырой…

– Сидела бы ты рядом со своим Владом, Оля, и не отходила от него далеко.

– Я бы с удовольствием, но он не мой, и не очень-то рад моему присутствию.

– И поэтому ты пришла мне мозги покрутить? Не трать силы зря, я все равно не буду жалеть о содеянном.

– Не шипи. Мы сейчас с тобой в одной лодке, – она уселась на пол и откинулась на решетку, так что он теперь видел лишь ее спину.

– С чего это вдруг?

– Те, кто нам дорог больше всего на свете, нам не принадлежат, – пожала плечами Ольга. И хотя сказала она это легко, в голосе ее читалась горечь.

– Это тебе Влад не принадлежит, а Настя – моя жена.

– Да ладно! Серьезно?! – фыркнула она. – Она человек, для нее твоя метка – просто шрам на шее! Не тешь себя иллюзиями! Это ты привязан к ней, а ее возле тебя ничего не держит.

– Ты пришла для того, чтобы мне это сообщить?

– Нет, – качнула она головой, и заговорила уже более спокойно. – Не знаю, для чего я пришла. Мне уже просто некуда идти… Увез бы ты свою Настю отсюда от греха подальше. Мы здесь и без вас двоих справимся. Поговори с Андреем и уезжайте, он поймет!

– Уезжать куда? Елизар везде сможет меня найти, если захочет. Я не подвергну ее такой опасности. Здесь ее хотя бы стая может защитить…

– Тогда пусть она уезжает сама! Елизару нужен ты, она-то ему без надобности, одну ее он не будет преследовать.

– Отпустить Настю? Ты издеваешься?

Ольга наклонилась, закрыв лицо руками, и Руслан понял, что она заплакала, хотя с ее стороны не доносилось ни звука.

– Лучше бы вы с Владом уехали, – произнес он.

– Он теперь без нее никуда не уедет. И зачем только ты ее сюда привез?..

Вопрос был риторическим, и Руслан не стал отвечать. Он приблизился к решетке и тоже откинулся на нее, так что теперь они с Ольгой сидели спина к спине, разделенные металлическими прутьями.

– Что мне делать, Оль? Как-то у нас с Настей все сложно стало…

– Решил мне исповедоваться?

– Помоги мне, это ведь в твоих интересах.

– Зачем тебе моя помощь? Она же сама приходила к тебе! Вы поссорились?

– Что-то вроде того.

– Почему?

Руслан тяжело вздохнул.

– Потому что я идиот, Оля.

– С этим трудно спорить. Но раз ты это уже осознал, то считай, что первый шаг к успеху сделан, – она шмыгнула носом и вдруг рассмеялась. – Никогда тебя не любила, Руслан, как чувствовала прям! Ходил всегда сам по себе, надутый, ни с кем не дружил…

– Это вы со мной не дружили.

– Тебя все боялись. А ты был и не против.

– Нет, мне просто было все равно.

– Врешь.

– Вру.

Она снова усмехнулась, а затем, вытерев слезы, поднялась на ноги.

– Я передам этой твоей, что ты хочешь ее увидеть. Чтобы пришла к тебе. Только ты не тупи! Учись уже нормально общаться, в жизни пригодится.

– Спасибо, Оля, – искренне сказал Руслан, наверное впервые посмотрев на нее не как на пустую оболочку, периодически мелькавшую у него перед глазами и всегда почему-то его раздражавшую.

Глава 14

Вся радость от того, что за ночь боль в ноге значительно поутихла и можно даже ходить почти не прихрамывая, испарилась. Настя подумала, что лучше б и дальше находилась в выделенной ей комнате у Андрея и Елены, и никуда оттуда не выходила. Хотелось заплакать, но не идти же по улице, на виду у всех, обливаясь слезами?

Елена удивилась столь скорому возвращению, но задавать вопросы тактично не стала. Тем более, что к Настиному ужасу рядом с ней на диване сидела Лиза. Андрея в обозримом пространстве не наблюдалось.

– Посидишь с нами? – спросила Елена начавшую уже пятиться к лестнице Настю.

– Э-э-э… да, конечно.

Она села на краешек кресла, прямая, как кочерга, но спина почему-то перестала сгибаться. Настя не знала, куда деть руки, которые ей начали вдруг страшно мешать, и во что устремить свой взор, чтобы не задеть им Лизу. Сама же Лиза кажется вообще не заметила, что их стало трое. Ее лицо было бледным, но глаза абсолютно сухими, Елену она слушала вполуха, крепко поджав побелевшие от напряжения губы и глядя в пустоту впереди себя.

– Я точно не знаю, будет ли Андрей опять объявлять сбор. Сейчас он раздумывает над новыми мерами безопасности, и возможно все же решит привлечь людей. Мне он ничего пока не говорил, но просто так он это не оставит. Скоро уже станет все известно.

– Хорошо, – глухо ответила Лиза, не проявляя никаких эмоций по поводу сказанного.

– Сейчас он пока запретил все вылазки в лес. Лучше держаться всем вместе… Знать бы еще, что у Елизара на уме, но Андрей ни при каких условиях не будет вести с ним переговоры.

Это изречение Лиза тоже оставила без внимания. Она не плакала, не заламывала пальцы, внешне была совершенно спокойна – и именно это пугало еще больше, чем если бы она закатила истерику.

– Заварю чай, – вздохнула Елена, нет, не сдавшись, а скорее взяв паузу для раздумий, и вышла из комнаты.

Настя напряженно проводила ее глазами, испуганная перспективой остаться с Лизой наедине. О чем говорить? Слова утешения казались глупыми и неуместными, но и другие темы явно не подходили к случаю. Да и помимо этого было просто страшновато. Настя чувствовала свою вину в смерти Игоря, хоть и косвенную, и не представляла, чего теперь ждать от Лизы – тем более, когда та в таком непонятном состоянии.

– Кто бы мог подумать, – вдруг сказала она после недолгого молчания, и Настя даже вздрогнула от неожиданности, – что я когда-нибудь буду так мечтать вцепиться