Точка зрения. Дело № 34/1. Сточные вены - Милана Шторм

– Прям, как мы, – пропел Джек.

– А слушать-то как интересно! – подхватила Кира. – А я все думаю, почему нас почти никто не прерывает?

Капитан сжал зубы и в очередной раз глубоко вздохнул, с тоской подумав, что этот странный день, наверное, никогда не закончится.

– Пошли домой, – процедил он, протягивая Нике руку. – У тебя есть задание на эту ночь. Очень важное и ответственное.

– Какое? – воспряла девчонка.

– Отмыть кухню после своих…художеств, – ответил Капитан, а потом обратился к продолжающим хихикать напарникам. – Ведите этих двоих к Томасу. Я скоро приду.

И, не обращая внимания на расстроенное личико золотой птицы, потащил ее домой.

Томас

Марла уходит, и Томас долго стоит у окна. Сначала он провожает силуэт уходящей кошки в свете редких тусклых фонарей, а потом просто думает, глядя на улицу. Он думает о том, что зря этот мир разделен на простаков и Тварей.

А может, зря одни скрывают свое существование?

Ведь по сути – если бы у Тварей была своя собственная земля, ничего бы и не было….

Нет.

Он не прав.

Было бы другое.

Твари – очень разные. У них разные традиции и разные потребности. Может, поэтому предкам было легче раствориться среди простаков? Ну а то, что Тварям не место у власти, показал опыт Унрайлы.

Наверное, лучше, чем сейчас, быть не может.

Томас отворачивается от окна и начинает собирать окурки Марлы. Потом заправляет постель, потому что ему не хочется, чтобы кто-нибудь из Теней узнал, чем он занимался весь день. Мысли текут вяло, почти безжизненно. Он с досадой вспоминает, что Мэри видит очень плохо… может, она и не придет?

Не сможет.

С другой стороны, в темноте она видит почти так же, как и при свете. В отличие от всех остальных.

Томас заваривает свежий чай, чувствуя приближения часа, когда все Тени снова будут вместе.

И делает он это вовремя.

Мэри приходит первой. Она задумчива и рассеяна, а еще от нее совсем не пахнет страхом скорой слепоты. Ее занимает какая-то мысль. Не занимает. Гложет. Разъедает изнутри. Томас не спрашивает, ведь по традиции они делятся своими соображениями, когда собираются все вместе. Он наливает рисующей чай и ждет остальных.

Кира и Джек приводят с собой еще двоих. Томасу не нравится запах этих существ. А когда он узнает в женщине танцующую, все становится на свои места. Танцующие питаются страхом и отчаянием. Они приправляют свой рацион безнадегой и разочарованием.

Даже Твари боятся танцующих и мечтают истребить их. Одну за одной.

Ведь даже крысиные короли и дудочники могут просто жить. А танцующие – только паразитировать.

Эта танцующая голодна. Это видно по ее хрупкой фигуре и бледной коже. Томас не может сдержать гримасу отвращения. Ему кажется, что все вокруг пропахло этой Тварью. Тварью-изгоем.

Им не позавидуешь. Но от этого они не становятся менее мерзкими.

Хуже шакалов.

Хуже стервятников.

Хуже червей.

Они могут танцевать только хорошенько наевшись самых плохих эмоций. И не в умеренных количествах, к сожалению…

Сфинкс и танцующая зачарованы. Кира, закурив, сообщает, что это Ника помогла.

Джек и Кира хихикают при упоминании о ней, и Томас переглядывается с Мэри. Кажется, они оба что-то пропустили.

А потом приходит Капитан. Он держит в руках бумажный пакет, в котором обнаруживается домашнее сахарное печенье. Это необычно. А еще Томас чувствует нечто новое в эмоциях Капитана. Его вечная скрытая ярость как будто угасла, а вместо нее поселилось раздражение и капля неловкости. Капитана что-то тревожит, но это скорее хорошо.

В нем слышится жизнь.

– Надеюсь, ты сможешь это есть, – ворчит Капитан, обращаясь к Джеку. – Для меня слишком сладкое.

Джек радостно запускает руку в пакет, вытаскивает одну печенюшку, кусает ее и зажмуривается от удовольствия.

– М-м-м-м… какая вкуснятина! – протягивает он.

Томас улыбается, глядя на Джека. А в эмоциях Капитана появляется надежда.

– Может, мы тогда золотую птичку к тебе переселим? – спрашивает он. – Будет готовить тебе печенье, а потом отмывать кухню… Заодно глупости всякие из головы выбросит.

– Какие глупости? – спрашивает Джек.

– Не важно, – ворчит Капитан.

Томас тоже хочет знать, что же это за глупости.

Но почему-то молчит.

А еще понимает – он не сможет рассказать Теням про Марлу.

Это будет лишним.

Капитан

Стараясь не замечать веселых взглядов подчиненных, Капитан опустился за стол напротив Мэри и посмотрел на рисующую. А потом и на ее рисунок.

На себя.

Ну что же, спустя сутки почти все обрело смысл. Оставался последний вопрос. Сможет ли он сделать так, чтобы не сбылось последнее: израненная Кира, лежащая у его ног.

Жаль, что на рисунке нет никакого намека на это.

Сфинкс и его спутница безвольно стояли у стены возле рисунка, и Капитану казалось, что он видит некоторое сходство между ними и силуэтами на полотне. Возможно, так оно и было.

– Начнем? – Кира глубоко затянулась и подошла к пленникам голоса золотой птицы. Склонила голову и жестко спросила: – На похоронах вы назвали свои настоящие имена?

Танцующая кивнула, а мужчина замотал головой.

– От этого толку не будет, – внезапно подал голос Джек. – Он правды не скажет. Он же сфинкс. Я вообще удивлен, что Ника смогла его зачаровать.

Капитан почувствовал, что у него зачесались кулаки. С каким бы удовольствием он сейчас оказался на арене против этой Твари! Забить его до смерти… отомстить за свое израненное тело.

Жаль только, что это не тот сфинкс…

– Ну и ладно, – покладисто ответила Кира. – Мне хватит разговоров и с одной. А этот пусть рядышком постоит… надеюсь, они понимают, что происходит… Итак, как же тебя зовут, балерина?

– Я не балерина. Я танцующая, – ответила женщина. – Меня зовут Дейзи Орелл.

– Хорошо. Зачем ты пришла на похороны?

Танцующая моргнула.

– Мы должны были убедиться.

– Убедиться в чем?

– Что система не дала сбой.

Кира сощурилась.

– Какая система?

Дейзи слегка улыбнулась.

– Раз в год я насыщаюсь. И пришло время обеда. Но я хотела после еды отдыхать, а не бегать от полиции… система не давала сбой… все было в порядке. Так казалось…

– Два года, – внезапно сказала Мэри. – Ты прибыла в Рурк два года назад?

– Чуть раньше… и сразу нашла тех, кто будет меня кормить…

– Кого?

– Мужчин. Женщин. Им было скучно, а еще они хотели вечной молодости…

– При чем здесь вечная молодость? – опешила Кира. А потом повернулась к Мэри. – Откуда ты узнала, что она прибыла сюда два года назад?

Губы рисующей задрожали, и Капитан понял, что она едва сдерживает