Киллер - призрачный рассвет мира - Сергей Шишкин

для цеппелинов. Продукты нас особо не интересовали, а вот что касается остального, мы все во внимании. В первую очередь приобрели сакты, это такие национальные украшения Балтии, если проще, то брошь-застёжка для одежды. Во вторых, это конечно бусы из янтаря, даже Колька купил, наверное для Нины и мамы. Остальные тоже закупились по самое не могу, благо стоят они не так дорого, как драгоценные и полудрагоценные камни. Жалко времени на барахолку не нашлось, в Риге она говорят не хуже Ленинградской, Московской и Киевской.

На обратном пути заскочили в небольшой ресторан у моря, заказали рыбные блюда, к ним по бокалу белого вина. Сидели недалеко от сцены, поэтому пришлось слушать местную певицу, которая пела с огромным акцентом. Из шести песен, которые заказывал подвыпивший народ, четыре были моими, что впрочем неудивительно. Хвастать не хочется, что мои песни звучат из каждого утюга, нет-нет и кольнет, что я с пластинками продешевила. Хотя ну его нафиг, мне платят столько, что многим и не снилось, дипломатами деньги в кассе не получают. Скажу по секрету, недавно в Министерстве культуры слышала, что Хиль и Великанова запросили на «Мелодии» по пятнадцать косых, так их просто вычеркнули из списка, мол и без вас обойдемся. Вот же жадность нечеловеческая, они по гастролям бабло непомерно гребут, так еще и за выпуск пластинок урвать захотели. Ладно Зыкина, Русланова, Смирнов и Губенко, они помогают детским домам, а остальные, кто хоть перечислил интернату копейку? Я лично про таких не знаю, может кто-то и переводит деньги, но таких артистов считанные единицы. Дьявол, опять меня потянуло не туда, а всё из-за жадности служителей Мельпомены. А насчет артистки, вы бы видели её вытаращенные глаза, когда она затягивая «Крутой поворот», заметила нас сидящих у сцены. Сегодня нам как-то везло, может конечно всё дело в темных очках, главное поклонники не приставали. Кстати, на нашу «Охоту» в кинотеатрах полный аншлаг, билеты на сеанс достать невозможно. Денежки за прокат капают, значит и я с Катюшей получу свой процент, который нас явно порадует. Ну а что касается местной певички, дальше петь она перестала, видимо поняла как фальшиво звучит, а может ревность заиграла. На обратном пути решили заехать на место нашего предстоящего выступления, ещё раз проверить звук и аппаратуру. Вроде бы ни к чему, но в зале целый день крутились телевизионщики, а с ними целая куча народа, так что лучше перестраховаться. Подошли к двери, а она закрыта не только на врезной замок, но и опечатана сургучной печатью. Срывать её самовольно нельзя, поэтому пришлось ждать руководство Дворца культуры, таковы правила. Нет, я её могла сломать, вряд ли кто-то сказал и полслова, но вдруг там что-то пропало, у тех же телевизионщиков, говна потом не оберешься. Запыхавшийся директор прибежал через двадцать минут, трясущимися руками сорвал пломбу и открыл замок. Видимо накрутил себя по самое не могу, ему же конкретно ничего не объяснили, сказали «срочно» и привезли на комитетской машине. С каким облегчением директор вздохнул, когда узнал в чем собственно дело, а то наверное уже представил Колыму, куда его везут в столыпинском вагоне. Красные корочки, да ещё с надписью «КГБ СССР», как настоящая магия, при виде герба и золотых букв у многих перехватывает дыхание. Комитет не только боялись, но и заслуженно уважали, не то что в последующие времена, где за развал страны его презирали. Всё это в будущем, которое я не допущу, а пока мой ансамбль слушал новые песни, которые крутанем во Дворце спорта. Колька с девчонками примеривались как играть, вернее изображать игру под «фанеру», через пять прогонов у них не плохо получалось.

— Оль, а нам не дадут по шапке за такие песни? — спросила Валерия.

— Может и дадут, но я думаю мы это переживем, зато снова войдем в историю, — подмигнула нашей звукачке.

Знаете, есть такое выражение: «Дергать тигра за усы», думаю это хорошо подойдет для моей авантюры. Ребята с Комитета вроде свои, вряд ли кто-то побежит нас закладывать, ему же потом жизни не будет. А наш концерт на рижском стадионе, я обязательно запишу на микрокамеры, не зря же я их привезла с собой из Москвы, жаль Монро рядом не будет. Ничего, у неё микросхемы очень прокачанные, смонтирует так, что закачаешься, а чего не будет хватать, графический редактор ей в помощь.

— Завтра спим до обеда, после него сразу сюда, прогоним пару песен, заодно обсудим «картинку» с телевизионщиками. На сегодня всё, пора отправляться в гостиницу, на часах почти одиннадцать вечера, нам нужно хорошенько выспаться, — складывая катушки с записями в сумку, предупредила девчат.

Пью проводил взглядом Ангела, которая внезапно исчезла. Таким же способом она и появилась, без самолетов, вертолетов и наземного транспорта, что было сродни чуду.

— Господа, здесь будет построена часовня Явления и Возмездия Ангела! — благоговейно прошептал Пью, после чего поцеловал кольцо, что было равносильно клятве.

Из заглубленного склада он вышел первым, с гордо поднятой головой, за ним по стенке вышли остальные. Вокруг них сразу же столпились инквизиторы, которые хотели узнать, что же там случилось.

— Ангел осенила нас своим небесным светом, заодно покарала еретиков и преступников! Слава Ангелу! Слава повелительнице нашего мира! — подняв руки к небу, громко провозгласил Первосвященник.

Крики и жуткие вопли слушали все, многим хотелось воочию увидеть деяние крылатого создания. Впрочем, точно такая же мысль посетила Пью, никакая вера не может существовать без страха. Примерно за час или чуть более, через овощехранилище прогнали всех инквизиторов, многих пришлось выводить под руки. Неверующие, а таких было достаточно, после демонстрации силы уверовали, притом раз и навсегда, это же произошло не где-то далеко, а прямо перед их глазами.

— Ангел с нами! — кричал трясущийся от возбуждения Пью, — Никто не смеет противоречить её воле!

В лагере военных тоже вовсю шли разговоры, многим до сих пор не верилось в божественном посещении инквизиторов, хотя Мерфи и его заместитель это клятвенно подтвердили. Поздно вечером, когда из овощехранилища вытащили и сожгли последние трупы, Первосвященник собрал свой ближний и самый доверенный круг.

— Нам нужно срочно создавать женское подразделение инквизиторов, есть предложения? — Пью по очереди посмотрел на соратников.

Все поначалу отмалчивались, ответственность на себя брать никому не хотелось, слишком это было чревато. Стоило только вспомнить утреннее явления Ангела, как многим становилось плохо, Госпожа жалости к врагам и провинившимся не имела (двоих сошедших с ума, пришлось пристрелить).

— Есть