Единое целое - Наталья Анатольевна Захарова

подался вперѐд. Если суперсолдат настаивает на том, что хочет поделиться тем, как стал

суперсолдатом — дату эксперимента Эванс помнил отлично — значит, это важно. Он

кивнул, и Капитан заговорил. Эванс слушал с квадратными от неожиданно всплывающих

подробностей глазами и радовался, что с согласия гостя все эти откровения записываются.

Капитан говорил и говорил, и Эванс хвалил себя за предусмотрительность: сегодня весь

день посвящѐн только Капитану и его спутнику. Они сделали перерыв на кофе, и Капитан

вновь заговорил. На этот раз начав рассказ с того момента, как проснулся в полном

фальши окружении. Он излагал только факты, опустив эмоции и не высказывая никаких

предположений. Его спутник, в котором Эванс сразу опознал пропавшего без вести

Джеймса Бьюкенена Барнса, одобрительно кивал, слушая своего Капитана. — Я пришѐл в

себя в комнате десять на десять футов, на стандартной госпитальной койке, одетый в

белую футболку с неизвестной мне эмблемой на груди, в брюках военного образца и в

ботинках, — говорил Капитан. — В комнате звучал в записи бейсбольный матч, на

который мы с Баки ходили в сорок первом году. Пахло стройкой и ещѐ чем-то

незнакомым. В комнате было фальш-окно — неестественный свет, очень далѐкие

странные звуки. Со стороны двери я слышал дыхание взволнованных людей. Как только я

сел на кровати, дверь открылась и вошла женщина… Кристофер слушал и умирал от

желания как следует побиться головой об стол. О чѐм думал Фьюри?! Или он, как обычно, ни о чѐм не думал, только свои хотелки исполнял?! Первые знакомства с миром. Первые

встречи с тщательно подобранными людьми. Давление любыми путями и средствами, контракт, который Капитан процитировал наизусть, и прочее, прочее, прочее… Про

промывание мозгов Капитан тоже сообщил. Он, Старк. Баки… Эванс только прикрыл

глаза, слушая описание закладок, триггеров и тех, кто активно впихивал эту дрянь в

головы людей по приказу Фьюри. Сомневаться в словах Капитана Эванс не собирался: врать тому резона не было. — Скажите, а вы обращались в министерство обороны? —

поинтересовался Кристофер. — Хотя бы за тем, чтобы получить свои награды? А ещѐ

многочисленные выплаты — за них, плюс жалованье, плюс военная пенсия. Можно

подумать, Пентагон бы отказался от возможности пропиариться за счѐт Капитана

Америки! Их бюджет и не такое выдержит. Сколько там должно было накопиться? Два

миллиона, три? — Обращался, — кивнул Капитан. — Генерал Росс не соизволил ответить, и мой повторный запрос тоже остался без ответа. Причины? Не знаю. Эванс нехорошо

прищурился. Генерал Таддеуш Росс в последнее время активно мутил воду и творил

херню. Он всѐ пытался получить сыворотку суперсолдата — результатом стали Халк и

Мерзость, ударными темпами строил политическую карьеру, ну и непонятно каким

образом обзавѐлся плавучей тюрьмой. А ещѐ мечтал посадить мутантов и вообще всех, кто хоть как-то отличается от человека, на поводки. А суперсолдат стоял в его списке

первым. — Кроме того, именно он предложил Мстителям подписать Соковианское

соглашение, по которому они переходят под управление правительства, — продолжил

Капитан. — Я отказался это сделать, что явилось причиной конфликта между мною и

Энтони Старком. И снова — только факты, без оценочных суждений и эмоций. — В

настоящее время между нами нет недопониманий, — завершил рассказ Капитан. —

Впрочем, это неважно. Главное, что мой брат, пусть и не по крови, жив и здоров. Всѐ

остальное преодолимо и решаемо. Баки Барнс улыбнулся настолько солнечной улыбкой, что она просто слепила глаза. Эванс только губы поджал: с Барнсом тоже придѐтся

разбираться. Семьдесят лет плена. Пытки и дегуманизация. Левиафан и Гидра.

Психопрограммирование и стирание памяти. Продажа, словно он имущество. Есть над

чем подумать. И думать придѐтся быстро и тщательно. А ещѐ продуктивно: суперсолдаты

на дороге не валяются, а лояльность Капитана стоит борьбы за Призрака. С ума сойти

можно! — Ещѐ советую проверить, действительно ли мѐртв Фьюри, — неожиданно

заговорил Барнс. — Он знал и активно участвовал в проектах Гидры. Просто откупался

жизнями других, когда его грешки на свет вылезали.

Эванс мысленно застонал, но кивнул. Он и сам понимал, что слишком вовремя помер

одноглазый ублюдок. — Не удивлюсь, если его воскресили, — продолжил Барнс. — Как

агента Коулсона. Проект Т.А.И.Т.И. Людьми воскрешѐнных назвать нельзя. От фейспалма

Эванс удержался с трудом. Ещѐ и это! — Да нет, — возразил Капитан. — Он просто не

умер. Я встречался с ним на его могиле, да и позже он пару раз показывался. — Моя

недоработка, — сурово произнѐс Барнс. Мысленно Эванс с ним согласился. Недоработка.

Не удержавшись, он бросил на невозмутимого Барнса укоризненный взгляд, и тот

виновато потупился. — Хорошо, — наконец взял себя в руки Эванс. — Проверим. Если —

совершенно неожиданно — с вами свяжется господин Фьюри, Капитан, я был бы очень

признателен за оказанную вами помощь в организации разговора с этим неуловимым

агентом. Капитан кивнул. Барнс чуть улыбнулся, и от этой улыбки у Эванса по спине

холодный пот потѐк. Ясно. Сержант Барнс тоже примет меры. Отлично. — Что ж, господа, — Эванс встал. — Думаю, пора прерваться на обед. И они пошли в столовую.

Агенты пялились на знаменитого Кэпа во все глаза. Его спутника тоже вниманием не

обошли. Подносы суперсолдаты уставили плотно, не побрезговав десертами. Эванс тоже

основательно подкрепился, и они вновь поднялись в кабинет. Предстояло ещѐ много чего

выяснить. Капитан в подробностях поделился историей нападения Локи на Нью-Йорк, во

всех деталях рассказал о своѐм участии в разгроме «Озарения», не выгораживая себя.

Барнс слушал и кивал. Эванс, по его ощущениям, стремительно седел. Дальше Капитан

перешѐл к созданию Альтрона руками Тони Старка и Брюса Беннера, а также обо всѐм, что последовало за ним. На этом волосы у директора АНБ буквально встали дыбом. — А

вы чем в это время занимались, сержант Барнс? — надеясь, что его голос звучит твѐрдо, спросил он. — Жил в Бухаресте, работал грузчиком на оптовой продовольственной базе,

— невинно ответил тот. — Подкармливал уличных котов. Славное было время, — Барнс

вздохнул. — А потом припѐрся Стиви и всѐ испортил. Как всегда! Двухметровый Капитан

тут же прикинулся виноватым щеночком, скукожившись и уставившись на друга

грустными глазами. — Прости, Баки, — умоляюще сложил он руки перед могучей

грудью. — Я был не в себе. Так себе оправдание, понимаю, но… я напортачил. —

Мелкий… — покачал Барнс головой. — Это прошлое. Но вот