Чокнутая - Аревик Чахоян

– Здесь у меня семь человек – старшеклассники, говорят, что сидели в бункере.

Лауреаты переглянулись. Дэн первым вспомнил про сейф – не чувствуя ног, он бросился к нему. Дверца сейфа была приоткрыта. На дне лежал белый лист бумаги. На нем была отпечатана цитата: «Бич человека – это воображаемое знание».

Ровно через минуту перед лауреатами возник осанистый охранник:

– Молодежь, к выходу. Я отвезу вас домой.

Эпилог

В психиатрической больнице номер восемь пациент улыбался – сардонически и жутко.

– Назовите свои имя и фамилию.

– У меня много имен.

– Вы можете объяснить, зачем вы держали в заточении семерых подростков?

– Моя конечная цель – познание во имя спасения.

– Вы пытались убить подростка с помощью металлического дротика?

– Чужие страхи – вечная потеха. А мораль – последнее прибежище дураков. Но во мне зола, черенки да пустое ведро.

– Вы действительно нанимали подставных людей, чтобы посылать знаки для разгадывания некоего шифра?

– Люди – это убогая гадость с привкусом гнилого мяса.

– Ответьте на вопрос: вы нанимали подставных людей, а также хакеров для взлома городских камер наблюдения в разных городах?

– Я скажу, что это лютый бред одичалой домохозяйки. Или все-таки… это мой сон?..

Они думали, эти седовласые дурни в белых халатах, что он сумасшедший. Скрутили, связали ему руки, как много лет назад. В тот день из-за действия шлема чувства тоже обострились настолько, что реагировали на несуществующие стимулы. Мысли накладывались друг на друга, путались, как скрученные нити. Его увезли в дурку. А потом ему повезло, он стал образцовым пациентом, и система психосоциальной терапии оказалась как нельзя кстати: его сделали санитаром.

И вдруг пришел этот новенький пациент – его копия. Тот же цвет волос, нос, даже походка. Он сразу понял, что это знак. Подозрительный самозванец со странной татуировкой на руке: Цфчесдг 6 Птфд. Шизоаффективное расстройство плюс частичная потеря памяти в результате черепно-мозговой травмы. Двойник сидел, смотрел в экран телевизора, ни с кем не разговаривал, только качался взад-вперед – видно, что нарочно. По ночам он повторял во сне одни и те же слова: «Деньги… адрес… Лора…» Конченый олух, хоть и умело притворялся пациентом. Может, и имел расстройство, но слабое. Наверное, скрывался от долгов. Сразу выдал себя, потому что слишком часто тревожно прикасался к кисти руки с этой странной татуировкой. Не прошло и часа, а уже было ясно, что это примитивный шифр Цезаря. Ничего сложного: Трубная, 6. Лора. Вот о каком адресе он бредил во сне. Оставалось прийти по адресу.

Он обнаружил там антикварный магазин. Продавцом старины оказалась ухоженная блондинка. Заметив его, она метнула в него испуганный взгляд. Лора? Он знал, главное – хорошо сыграть свою роль. К счастью, она первая прервала молчание:

– Тебя давно не было.

Он ответил ей:

– Ты знаешь, зачем я пришел.

Она отвела его в комнату, открыла сейф и протянула бокс, где лежали миллион евро и документы на имя Шульца Вилфрида Эбовича. Видимо, олух готовился удрать с новым именем. Но с олухом было покончено в тот же день. Он повесил его и устроил пожар. А дальше все было разыграно как по нотам: новое имя, деньги и Портал. Как жаль, что все завершилось. Знание так и не добыто. Он даже не успел уничтожить подопытных, подать в бункер угарный газ.

Шульц выпрямил спину, посмотрел исподлобья на врачей и начал нараспев:

Каина дети! На небо взберитесь!

Сбросьте неправого Бога на землю!

Как жалок и убог этот мир.

Когда сейф робота вскрыли и достали из него мобильные телефоны, выяснилось, что первой заподозрила неладное Инна Львовна. Что-то подсказало ей, что дело в той нескладной рыжеволосой девушке.

– Ты был с той, которая испачкала мою французскую скатерть? – спросила она, когда Фридкес перезвонил ей.

– Ее зовут Алиса, – твердо ответил рокер.

В тот день, когда лауреаты вернулись домой, остальные родители просто решили, что их дети немного задержались после уроков. Егор вошел в комнату, сильно пахло духами от Dior. Его мама Анжела сидела за трюмо и рисовала новый контур губ, выше своего. Заметив сына, Анжела продолжила сидеть, картинно изогнувшись, и сказала ему:

– Я идиотка, Егор. Я никто. Меня словно пропустили через отменный фильтр в соцсетях. – Ее рука дрогнула, и четкая линия превратилась в бурое пятно. Анжела выглядела как печальная клоунесса.

Егор подошел и мягко обнял ее за плечи:

– Мам, давай начнем новую жизнь. Без фильтров.

Володя Шишкин направлялся к подъезду своего дома, когда за гаражами увидел на земле пухлячка из шестого класса, а рядом с ним подростков лет четырнадцати, которые пинали бедолагу ногами и гоготали. Шестиклассник пытался нащупать рукой сбитые с его носа очки – треснувшие и запачканные, они лежали у ног главаря шайки. Новенький айфон, который главарь с гиенистой ухмылкой держал в руке, явно принадлежал пухлячку. Словно молния, в голове Шишкина сверкнула мысль – «бежать». Свернуть с тропинки и бежать к подъезду. Но в этот раз Шишкин эту мысль прогнал. Он зашагал к подросткам и выпрямил плечи. Сердце его колотилось, но взгляд был прямой и решительный.

– А тебе чего надо, ботан? Вали отсюда.

– От-пус-ти-те его, – отчеканил Володя и встал в стойку боксера, готового незамедлительно нанести сокрушающий удар.

Двое подручных главаря вопросительно уставились на своего предводителя. Тот и сам обомлел. Что-то во взгляде Шишкина предвещало неприятности. И хотя очевидно, что два ботана – не угроза трем здоровым зубоскалам, какая-то неведомая сила и комичность ситуации заставили вождя сдаться. Со словами: «Ладно, живи, козлина. Валите оба на фиг отсюда», – главарь швырнул наземь айфон. Усмехаясь, троица удалилась прочь. Пухлячок обошелся без благодарности – сунул айфон в карман рюкзака и бросился наутек.

У подъезда, перед тем как войти, Володя достал Бэтмена, снисходительно ему улыбнулся и выбросил в урну. Наталья Сергеевна ждала сына с волнением – он долго не отвечал на ее звонки. А когда сын пришел, она заглянула ему в глаза – обычно он смущенно отводил взгляд, а теперь смотрел прямо и гордо. У Натальи Сергеевны на душе стало легко.

В это же время Валина мама готовила стейки. Она отбивала их молотком. Валин отец, который в этот же вечер вернулся домой с тяжелыми чемоданами, полными вещей, сидел на кухне и ждал дочь. Поймав его полный раскаяния взгляд, Валя с порога поняла, что теперь в представлении мамы на месте свиного стейка будет не он, а просто хряк.

Дэн вышел во