Атлантида в историях об атлантидах - Андрей Валерьевич Банников

Малой Азии. Археологические находки, по убеждению исследователя, несомненно свидетельствуют в пользу такой точки зрения: «Обломки медного шила и трех медных булавок, а также куски руды датированы рубежом VIII–VII тыс. до н. э. Жители Чатал-Хююка строили дома из сырцового кирпича в VII тыс. до н. э. Они знали 14 видов культурных растений. Кусочки тканей того периода вызывают изумление даже у современных ткачей. Поражает техника полировки зеркал из обсидиана. Отверстия в бусинах из полудрагоценных камней тоньше игольного ушка. Мастерство и художественный вкус древних анатолийцев намного превосходят все известное в других регионах нашей планеты. В Чатал-Хююке найдены святилища и храмы и даже целый жреческий район этого древнейшего поселения. Богиня-мать, дающая жизнь ребенку (одно из главных божеств Чатал-Хююка), восседает на троне, ручки которого оформлены в виде двух леопардов. Восточная Атлантида на тысячелетия старше пирамид и других памятников древности»[267]. Да, «Восточная Атлантида» Щербакова древнее пирамид, только вот возникла она спустя полторы-две тысячи лет после того, как «Западная Атлантида» Платона исчезла в водах океана. И потом дома из сырцового кирпича — это прекрасно, но они будут едва заметны в тени стен, покрытых медью и орихалком…

Тезис об уникальности цивилизации Атлантиды стал одним из наиболее уязвимых в концепции Жирова. Приняв его на вооружение, исследователь тем самым уничтожает всякую возможность того, что об этом феномене могли сохраниться какие-то воспоминания, пусть даже в виде мифологических образов, подобных рассказу о Фаэтоне. Действительно, если Атлантиду окружали одни лишь дикие племена, тогда каким же образом ее история, пройдя сквозь тысячелетия, стала известна египетским жрецам? Примечательно, что сам Платон не только понимает, что неграмотные люди, далекие от достижений цивилизации, не были способны хранить и передавать потомкам какие-либо исторические сведения, но и использует этот аргумент в качестве объяснения того факта, что эллины ничего не знают об Атлантиде: «Все вы юны умом, — говорит Солону Сонхис, — ибо умы ваши не сохраняют в себе никакого предания, искони переходившего из рода в род, и никакого учения, поседевшего от времени. […] У вас и прочих народов всякий раз, как только успеет выработаться письменность и все прочее, что необходимо для городской жизни, вновь и вновь в урочное время с небес низвергаются потоки, словно мор, оставляя из всех вас лишь неграмотных и неученых. И вы снова начинаете все сначала, словно только что родились, ничего не зная о том, что совершалось в древние времена в нашей стране или у вас самих»[268]. Но в том-то и состоит суть платоновской концепции трансляции сказания сквозь тьму тысячелетий, что Атлантида была лишь частью цивилизованного мира. Поэтому известия о ней были сохранены тем государством, которое пережило ужасный катаклизм, то есть Египтом[269].

Впрочем, сторонники мезолитической цивилизации в Атлантике не видят никакой проблемы в том, что предание о ней сохранялось в течение тысячелетий, еще до возникновения письменности. Объясняется этот факт тем, что устная передача информации не только достоверна, но и более надежна (!), чем письменная: ведь язык письменных источников может быть утрачен, и вместе с ним окажутся утраченными все данные, сохранявшиеся древними документами. Напротив, знание, передававшееся посвященными через тайные общества, религиозные культы и, конечно, через мифы и предания, неистребимо, и рассказ об Атлантиде будет услышан в любом конце света, на каком бы языке там ни говорили. Сакрализация мифа, в которым сторонники альтернативного пути исторического развития человечества неизменно видят ясное и четкое отображение реальных событий, позволяет им уверенно утверждать: «Это была древнейшая працивилизация на Земле, настоящее название которой знают только Посвященные»[270].

Но можем ли мы всерьез говорить о том, что информация, которую получали об окружающем мире бродячие охотники и собиратели съедобных растений и моллюсков, могла быть передана сквозь глубину тысячелетий? Что эти еще дикие люди могли соорганизоваться в тайные общества с целью донести до далеких потомков знания о погибшем континенте и его удивительных жителях? Речь даже не идет о степени искажения передаваемых из уст в уста сведений (об эффекте испорченного телефона вспоминать, видимо, не стоит), просто сам этот факт выглядит настолько невероятным, что нет смысла всерьез обсуждать основанные на нем гипотезы[271].

Давайте предположим, что кому-то из атлантов удалось спастись и добраться до различных континентов, где они, вступив в контакты с туземными жителями, рассказали о своей погибшей родине. Какими словами они должны были объяснять этим людям, жившим в каменном веке, что такое медь, олово, железо, орихалк?.. Стены, мосты, башни?.. Государство, торговля, земледелие, письменность?.. Конница, колесницы, гоплиты, триеры?.. Как передать диким охотникам, мир которых ограничен пространством в несколько десятков километров, географические представления о континентах и морях?.. И как могли люди, имевшие весьма отдаленные представления о календаре и течении времени, определить, когда произошла катастрофа, погубившая Атлантиду? Легче детям бушменов объяснить, что такое рождество!..

Чтобы «посвященные» могли сохранить и донести полученную информацию не искаженной до неузнаваемости, им нужно было ясно представлять себе все эти реалии, а следовательно, они должны были сталкиваться с ними. Таким образом, мы снова приходим к заключению, что воспоминание об Атлантиде могли сохранить только цивилизованные народы, находившиеся на аналогичной с атлантами ступени развития. Если же мы допустим, что все технические и культурные достижения атлантов — надстройка, порожденная фантазией Платона на некой базе, имеющей историческую подоплеку, то тогда возникает вопрос: о чем же сообщалось в этом изначальном предании? Когда-то давным-давно была большая земля, которая ушла под воду?.. Для мифа сюжет вполне обычный, и вряд ли он смог бы привлечь внимание Солона.

Сторонников существования устной традиции подобные несостыковки со здравым смыслом в «теории о посвященных», как кажется, совершенно не смущают. Так, Коллина-Жирар заявляет о своей твердой убежденности в том, что «последние устные традиции мира охотников-собирателей» легли в основу ранних египетских, греческих или ближне-восточных древнейших текстов[272]. Доказывая, что подобные воспоминания могли сохраняться и были сохранены, историк опирается на теорию, согласно которой египетская «Книга мертвых», первые сведения о которой датируются около 1550 г. до н. э., содержит некоторые тексты, восходящие к концу III тыс. до н. э.; следовательно, она может хранить и «доисторические знания» — следы, ведущие к Атлантическому океану[273].

Но даже если бы это утверждение было доказанным фактом (а это не так), в «Книге мертвых» нигде не говорится о погружении в морские воды какого-либо острова, а значит, и само предположение, что воспоминание об этом катаклизме было когда-то записано, — чистейшей воды спекуляция. Без письменной фиксации же никакие мифы, легенды и предания, сохраняемые «посвященными», не способны донести историческую правду о