Осиново. Предания о колдунах и ведьмах - Рустам Разуванов

про конкретного такого не слышал никогда. Это их сказки осиновские. Еще помню, что в камень мог превратиться колдун, если ему никак не умереть было, и силу он свою не передавал.

– А вот это что-то новенькое, расскажите подробнее, пожалуйста.

– А я и не знаю никаких подробностей. Говорили так, что может он в камень превратиться. И сила с него не выходила, он в нем заточен оказывался. Говорят, те камни тоже колдовские были. Могли и совета дать, могли и помочь, про некоторые даже рассказывали, что они сами перемещались с места, ходили.

– Как это ходили?

– Ну вот так. Рассказывали, что один такой камень с могилы взяли, с Осинова, перенесли его куда-то то ли к дому, то ли еще куда-то, точно не помню. Так вот этот камень каждый день по пятнадцать сантиметров проползал.

– Это как? Может, его кто-то двигал?

– Может. Кто ж теперь знает-то? Ну вот такая байка была. И так день за днем тот камень к могиле своей и двигался. Родня-то потом увидела, да и отнесла камень на место. Там и сейчас у них есть такие могилы с камнями.

– Подождите, если колдун в камень превращался, то чья же тогда могила была?

– Да кто их разберет. Байки же.

– А зачем родня тот камень с могилы к себе в дом притащила?

– Да они все там чудаковатые были, старообрядцы, одним словом. Видимо, это родня колдунов хотела его к себе таким образом жить позвать.

– Подождите-подождите, речь идет о тех камнях, которые жители Осинова с собой перевозили?

– Может, и о тех, я ведь не знаю.

– Мне рассказывали, что у кого-то такой волшебный камень лежит в подвале и с ним иногда советуются. К другому такому камню ходили на перекресток гадать и спрашивать совета.

– Ну да, ну да, слышал что-то такое.

– Значит, получается, что эти камни, по их легендам, раньше были сильными колдунами, которые не смогли или не захотели передавать силу и превратились в камень?

– Ну, наверное, это ведь байки, раньше люди всякие байки друг другу травили, чтоб потом девок до дома провожать, когда им страшно.

Невеста

Запись № 28

О том, как колдун невесту запер

Еще один любопытный случай был рассказан нам в одной из первых экспедиций. История эта случилась в самом начале двадцатого века, когда жители Осинова еще обитали в своей деревне, а соседние леса были густо заселены маленькими хуторами, селами и такими же небольшими деревеньками в десять домов. В те времена с наступлением осени люди заканчивали работу в поле и, выполнив все необходимые приготовления, приступали к медленно наступающей зимовке, во время которой нередко навещали своих родных и дальних родственников в соседних поселениях.

Именно такой осенью и случилась эта удивительная история, когда Елисей, мужик, имеющий небольшое хозяйство, заправив лошадь в телегу и прихватив с собой гостинцев, отправился навестить свою родню в соседнем селе. Расположившись в гостях у родни, Елисей за небольшой пирушкой, организованной хозяевами дома, узнал о том, что одна из его племянниц скоро выйдет замуж, ибо уже была обещана, и жених ее вот-вот должен был прийти свататься. Обрадовавшись такой благой вести, мужик тут же достал из своего обоза еще несколько бочонков «вкусных» подарков и принялся целовать свою племянницу.

Однако вместе с тем за столом прозвучала и другая, не такая добрая весть. На свадьбу, как и было положено, пригласили местного колдуна. Чтобы он последил за порядком да освободил путь молодоженам от всяких невзгод и злоключений. Однако решение это сильно не понравилось другому колдуну, который родом своим шел из осиновских и знал все то, от чего обычно и сами осиновские открещивались, да вслух произносить боялись. С одной стороны, своего колдуна уже предупредили о грядущем сватовстве и слухи по деревне уже разошлись, стало быть, если колдун осиновский хотел бы это решение оспорить, то мог бы открыто об этом заявить и бросить вызов своему оппоненту. С другой стороны, люди там хитрые и скрытные, как бы он чего тайком да без предупреждения не выкинул.

– Я вашего дядю Ваню знаю, – заговорил Елисей, – он дедок не из простых.

– Твоя правда, о нем многие говорят. Да и деревню нашу он не раз от засухи спасал.

– Его для того и позвали, чтобы защитить от зла всякого. Вот пускай и покажет, на что способен. А сомневаться в нем смысла нет. Я вот так думаю.

На этих словах застолье подошло к концу. Домашние принялись стелить на лавках и готовиться ко сну. Завтра предстоял тяжелый день. К полудню должен был посвататься жених со своей родней. И если все пройдет гладко, то можно было бы смело начинать готовиться к свадьбе.

Когда все домашние улеглись, то очень быстро провалились в сон. И уже глубокой ночью Елисей проснулся от того, что со своего места вскочила его племянница со словами:

– Вы слышите, слышите? Волк под окном воет!

– Как волк? Да неужто прямо в деревню зашел?

– Да не может быть такого! Что же они, совсем одурели?

– Наверное, со сна привиделось, ложись спать, доченька, разволновалась ты сильно, вот тебе и почудилось.

Девушка еще некоторое время потревожилась, пока мужики вместе с Елисеем не отправились на улицу проведать, все ли в порядке. Вернувшись ни с чем, мужики успокоили будущую невесту и отправились спать по своим лавкам.

Однако через некоторое время девушка опять проснулась с криками. Но в этот раз Елисею и самому показалось, что он слышал волчий вой. Конечно, не под окном, но достаточно близко. Но девушку волновал вовсе не вой. Она истерически говорила о каком-то огне и билась в припадке. С большим трудом родне удалось ее успокоить, и уже после, расспросив ее, они услышали в ответ весьма сбивчивые слова об огне, о голосах из огня и о лице злого колдуна, которое было в пламени. Окончательно успокоившись, девушка призналась, что это был лишь сон, однако очень ясный, и что самое страшное, он продолжился даже после того, как она проснулась. Решив, что так дурно на нее повлияли разговоры о нечистом перед сном, девицу опоили чаем и еще раз уложили спать.

Утром Елисей с большим трудом открыл глаза уже после того, как его начали отчаянно трясти домашние с просьбой проснуться. На его вопросы, что случилось, ему никто ничего не ответил. В лицах присутствующих был отпечатан страх. Наскоро одевшись, гость вышел в главную комнату ко всем, и его