Рассказ пятый. Старшина Тарасов против Адепта - Sgtmadcat

Скорее всего, знает, и это объясняет визит сюда Даниэля. Комбат сказал, что у болотца его ждали. А судя по подслушанному разговору, жена, или кто она там, лидера сектантов видела и их пьянку, и гильзы, и где спрятана сумка с автоматом, которую подручные не нашли только потому, что таких болотец там дохрена и больше. То есть обычные тайники не помогут и, переоценив информированность Комбата, Даниэль решил, что тот спрячет компрометирующие его улики в самом надежном месте — у домового. Который, если верить Митрофанову, спрятать может так, что не найдет никто. Кроме, очевидно, самого домового.

Именно за этим, а не ради банальной мести, тот ему и понадобился. Теперь осталось понять, каким боком тут он. Срочно надо посоветоваться со знающим человеком.

***

- Да ну, не стоило… - поломался Старшина для приличия, когда Марина пригласила его за богато накрытый стол, - Я ж это, как говорится: «Дай приказ — и хоть куды, хоть на добычу руды! Буду вкалывать задаром, без питья и без еды!»

- С меня не убудет — у меня под новый год торговля хорошая. А Денис рассказывал, как тяжело найти того, кто на Новый Год заступит. Все бегают туда-сюда, ищут кто вместо них пойдет.

- Ага! - Ротный согласно кивнул. - Поэтому я решил Иваныча заранее перекупить! Это называется стратегическое мышление! Слушай, может выпьем?

- Куда?! - немедленно осадила мужа Марина. - Тебе сегодня еще за руль! Заказ Равилю кто повезет? И полкабана у него забрать не забудь.

- Равиль, который заказывает у тебя самогон и торгует свининой? - хмыкнул Тарасов.

- Да тут, в Поволжье, половина татар такие. Ты куда?! - Марина, повернувшись, посмотрела на мужа который, вскочив, принялся обуваться. - Сядь поешь! Остынет!

- Не остынет! Я сейчас — махом! Пока машина не остыла. А потом, по-людски намахнем.

- Вот все тебе вечно надо немедля!

- Пускай едет! - Старшина хитро подмигнул. - Я тебе, пока, объясню, в чем настоящее стратегическое мышление с этим нарядом.

- Э! Я тоже хочу послушать! - отозвался из сеней Ротный.

- Езжай-езжай. Маринка потом расскажет. Если захочет, конечно…

- За моей спиной шушукаться будете?

- Не шушукаться, а делиться армейской мудростью, до которой тебе еще расти и расти.

- Да ну вас!

Звеня бутылками Ротный вышел. Минуту спустя со двора раздался рев запускаемого мотора и скрип подвески отъезжающего автомобиля. Дождавшись, пока звук мотора стихнет, Тарасов достал блокнот.

- Это ты его удачно отослала. Мне как раз у тебя кое-что с глазу на глаз уточнить надо было. По колдовской части.

- Серьезно? - растеряно захлопала глазами Марина. - Я просто, как бы…

- Нормально ты в этом понимаешь, судя по тому, что твои обряды тогда сработали.

- С Маратом вы имеете ввиду?

- С ним самым.

- Ох… А я вас даже не спросила, что там было-то?.. Как вы его… Упокоили.

- Да с твоей помощью и упокоил. Там, где ты сказала, возле разрушенных коровников, заросшее бомбоубежище было.

- Это где горело летом?

- Ага.

- А милиция сказала, что его Юсупов из обреза. За сыновей...

- Верно сказала. Так он и помер. А потом вернулся… Но не будем об этом, а то у тебя уже слезы наворачиваются. Я потом не объясню Денису, чем тебя до слез довел. Ты лучше сюда глянь. Что на ум идет?

Марина, которая действительно начала шмыгать носом, посмотрела в блокнот, где были зарисованы знаки из того места, которое Тарасову показал Комбат. Её брови удивленно поползли вверх.

- Я не знаю, что это. Я такое не практиковала никогда. И из наших тоже никто…

- Напрягись, Марин. Представь себе - лестница, как в подъезде, но только под землю уходит. А в конце все бетоном залито на пару метров. И все вот этими знаками изрисовано. А еще вот такие штуковины висят. На какие мысли наводит?

- Сейчас… - открыв заслонку, Марина принялась вглядываться в пляшущие в топке языки пламени. - Баба Груша говорила, что надо внимание переключить на что-то что завораживает, меняется. Огонь, например, или воду текучую. И тогда мысль свободно идти начнет. Значит лестница и бетоном залито? То есть в никуда она спускается… Это сильный образ. И эта лестница…

Замолкнув, она прикрыла глаза, видимо представляя себе картину, затем резко распахнула их и бросилась к столу. Старшина, с интересом наблюдавший за этим услужливо пододвинул блокнот.

- Это, вот это, и вот это вот - печати. Все, что кругом схвачено, это заграждение, защита, сдерживание. Чего только, не пойму…

- А это? - Тарасов указал на похожие на человечков куколки из веток и соломы, - Ключи?

- Нет… Это… - закусив губу Марина задумалась. - Я бы сказала, что кто-то там желания загадывает. Что странно.

- Почему?

- Потому, что я бы поняла, если бы лестница вверх вела. Тогда это была бы попытка обратится к высшим силам. Ну вы понимаете.

- А тут, стало быть, к низшим?

- Ну или к загробным. Возможно кто-то пытается достучаться до мира мертвых. Потому что ведущие вниз ходы именно с ними связаны.

- Знаешь, это может иметь смысл.

- Серьезно?

- Абсолютно, - услышав шум подъехавшей машины, Старшина быстро убрал блокнот, - ты мне очень помогла.

Хлопнула дверь и в дом ввалился румяный Ротный, таща на плече половину свиной туши. Марина замахала на него полотенцем.

- Ты чего это сюда волочешь?! Там оставь — потом порубим.

- Похвастаться! - Ротный скинул мясо на стол в сенях. - Вот теперь наливай! А ты, Иваныч, колись, что ты тут рассказывал, пока меня не было!?

- Если в общих чертах, то не так страшно заступать с тридцать первого на первое как с первого на второе.

- Почему? - Ротный удивленно застыл с поднятой рюмкой в руке.

- Да вот поэтому, Денис, вот поэтому, - взяв вторую рюмку, Тарасов чокнулся с ним, - Ты весь день бегаешь, весь вечер салаты режешь, потом всю ночь пьешь. Ну или смиряешь себя изо всех сил, что тоже тяжко и неприятно до крайности. Каким ты на