Тринадцать жертв - Lillita

— Большая, — возразила Ками, снова закатывая рукава у рубахи. — Ты и так вечно на мертвеца похож, а попытка не пытка. Слушай, я понимаю, у меня не такой красивый голос, как у Сюзанны, но не настолько всё плохо!

— Ладно-ладно, только не начинай, — согласился он и закрыл глаза.

Усевшись поудобнее, Камилла взяла Эрланна за руку и запела. Монотонное и усыпляющее пение ей давалось неплохо, в отличие от более сложных вещей, так что Эрл уснул ещё до того, как закончилась песня. Этой колыбельной Камиллу обучила Ирмелин, с которой, в свою очередь, поделилась знаниями мама, но только обычно исполнять её приходилось пустоте. И умиравшей родительнице, попросившей об этом.

Замолчав, она ещё некоторое время просидела так, вглядываясь в умиротворённое лицо. Определённо, это выражение Эрланну шло больше, чем обычное настороженно-задумчивое. Наверное, тяжело отвечать за всех, при этом ещё и не имея возможности покинуть замок, чтобы хоть немного развеяться. Постоянно думать о будущем, прошлом и настоящем, бороться с тем, чего не знаешь.

«Как бы я хотела тебе помочь», — подумала она, засыпая.

Утром кто-то настойчиво тряс Камиллу за плечо, от чего та упорно отбивалась, не желая даже открыть глаза. Зачем вставать, куда вставать и за что так крепко сжали плечо, которое ни в чём не виновато? Нащупав подушку, Ками попыталась отбиться ею, бормоча, что никуда не встанет, и вообще, нечего к ней лезть, день утром не ограничивается. Словив подушку, некто отстал и, кажется, покинул комнату.

Стоило только поудобнее устроиться и задремать, как утренний мучитель вернулся, на этот раз ощутимо щёлкнув по лбу и тяпнув за нос. За этим последовал ещё один щелчок, побольнее. Прикрывая нос и лоб руками, Камилла всё же села и открыла глаза. Непонимающе посмотрела на сестру, затем на стоящего подле неё посмеивающегося Эрланна, потом осмотрела комнату, вспоминая, почему уснула здесь, а не у себя.

— Ирма, а ты тут откуда? — спросила она, потирая лоб. Щелбаны у Ирмелин были отменные.

— Да вот кто-то не хотел вставать, так что Эрланн позвал меня. Не волнуйся, мне уже всё по пути объяснили, я рада, что ты не наделала глупостей. А теперь поторопись, до выхода осталось меньше часа.

— От жеж! — Камилла чуть не подскочила с кровати и, схватив со стула одежду, поспешила в свою комнату.

К счастью, что собиралась она быстро, несмотря на довольно сонное состояние, так что на завтрак явилась примерно в то же время, что и всегда, и даже не последняя. Не хватало ещё «вредной водоросли», но только Эгилю спешить было некуда, что очень радовало Камиллу. И так после ночи голова болела. Гленда поспешила извиниться за то, что не уследила за временем, из-за чего пришлось остаться в комнате Мастера, потому как понимала, что с непривычки крики третьего этажа очень мешают уснуть.

По дороге на работу, пытаясь хоть немного взбодриться, Камилла решила поговорить с сестрой. Так вышло, что они довольно редко обсуждали то, во что оказались втянуты. Догадки ведь можно строить до бесконечности, а смысл? Как переливать из пустого в порожнее.

— А вот как ты думаешь, как много мы знаем правды?

— В смысле? — переспросила Ирмелин, не уловив сразу сути вопроса.

— Ну, насколько верны наши знания? Возможно ли, что на самом деле что-то не так? — уточнила Ками, не зная, как лучше сформулировать вопрос.

— Возможно, что мы в чём-то ошибаемся. Понимаешь, прошло уже очень много лет, с того момента, как всё началось. Ведьма могла за это время поменять свои планы, что-то пересмотреть. Хотя, не думаю, что для нас это важно, наши цели наверняка разные.

Камилла хотела возразить, ведь мотивы поступков узнать интересно, но любопытство имеет привычку выходить боком. К тому же, если бы ведьма хотела помочь, она бы наверняка уже сняла проклятье. Ведь не может быть так, что она на это не способна? С другой стороны, кто этих ведьм знает? Посмотрев на небо, Ками прищурилась. День обещал быть солнечным и, возможно, жарким. Нехорошо. Следовало постараться поменьше выходить из ателье, а то под конец дня можно полумёртвой стать.

С утра никаких заказов ещё не было, а потому Камилла вызвалась проверить, каких ниток и пуговиц надо будет закупить. Составляя список, она то и дело зевала, иногда так широко, будто пыталась вывихнуть челюсть. В очередной раз запутавшись, Ками поднялась и немного размялась, после чего вернулась к работе.

Закончив со списком, она отправилась к начальнице, чтобы отдать его. Та о чём-то говорила с блондинкой, которую Камилла до этого пару раз видела в ателье. На клиентку незнакомая девушка похожа не была, как и на родственницу начальницы.

— О, Камилла, вот и ты, — обрадовалась женщина и забрала список. Проглядев тот, она довольно кивнула. — Молодец, ты как раз вовремя. У нас тут новенькая, — она кивнула в сторону девушки, — объясни ей, что у нас где.

Редко когда Ками так радовалась новой работе. Что же, может быть, проснётся, пока будет объяснять. Она, конечно, сама тут не так уж долго работает, но что-то новенькой показать сможет, тем более, что начальница тоже так считала. Главное, чтобы потом не отправили закупаться, так как придётся идти в центр города. Нарфаль хоть и небольшой городок, а толкотня в центре была регулярно, что могло только ухудшить последствия жары и солнцепёка.

Как оказалось, звали новенькую Доротея, но она предпочитала, чтобы к ней обращались просто Дора, так как считала, что полное имя звучит слишком пафосно и совсем не романтично. Когда после обхода ателье они присели, чтобы поболтать, в ожидании какой-нибудь работы, выяснилось, что Дора довольно наивна и часто витает в облаках, теряя нить разговора. Приходилось постоянно её окликать, возвращая к реальности и напоминая, о чём шла речь.

— А где ты живёшь? — поинтересовалась Дора, подперев голову руками.

— На окраине города, — привычно неопределённо ответила она, чувствуя на себе заинтересованный взгляд. Собеседница улыбнулась и покачала головой.

— Неправда. Ты живёшь в лесу.

— Да где же там жить? — Камилла пускай и была удивлена заявлением Доротеи, среагировала быстро. Может, это просто одна из фантазий? Или попытка подловить?

— Не знаю, я далеко туда никогда не заходила, но на тебе остатки его энергии. Чтобы они налипли, в лесу надо жить.

— Ты из чувствующих? — догадалась она, внимательнее посмотрев на Дору. У той были карие глаза, потому и не привлекло внимания то, что в них нет зрачков. Доротея кивнула с добродушной улыбкой.

Чувствующие — люди, у которых среди дальних родственников были маги, однако сами они колдовать не способны, да