Её чужая дочь - Рина Фиори

Я смирилась с потерей ребёнка. Переболела, превозмогла свою боль и стала сильнее. Но сейчас, когда столкнулась с прошлым лицом к лицу, даю себе непозволительную слабину. Вспоминаю те далёкие события, роды, начавшиеся немного раньше срока, экстренную операцию кесарева… Неприятные болезненные картинки вихрем проносятся перед глазами.

– Всё будет хорошо, – произношу онемевшими губами. То ли Мию успокоить пытаюсь, то ли себя.

Поднимаюсь на ноги и обвожу присутствующих виноватым взглядом. Переполошила людей своим появлением, сама до конца не осознавая, для чего вообще всё это затеяла.

Возможно, всё дело в Мие. Мы с ней, как две неприкаянных души, которые потеряли частичку себя, а теперь пытаемся восполнить пробел за счёт друг друга.

И всё бы ничего, но между нами стоит Руслан, и он явно против нашей затеи.

Глава 17

Руслан

Егор остаётся с детьми, а я спускаюсь вниз, чтобы развеять возникшую слуховую галлюцинацию. Вряд ли реальная Женя могла оказаться на пороге моего дома, тем более Артём сказал, что пришла девушка из агентства на должность няни.

Хотя если мне не изменяет память, я просил временно приостановить поиск кандидаток для нас. Мия пока болеет, точно не согласится оставаться с незнакомкой, будь она хоть трижды профессионалом.

Вот только стоит мне оказаться в гостиной, и я превращаюсь в большой сгусток ярости. Что она здесь забыла?

Женя испуганно озирается по сторонам, но заметив меня, принимает уверенный вид. Грациозно выпрямляется, выставляя вперёд высокую грудь, обтянутую светло-сиреневой тканью футболки. Весь её вид кричит о том, что моё мнение ей безразлично, как впрочем, и я сам.

Но почему этот факт больно бьёт по мужскому самолюбию?

Да, я благодарен Жене за то, что она спасла Мию, но это не отменяет её прошлых грехов. Даже если конкретно взятый ребёнок – не наша с Кудряшовой родная дочь, это ничего не меняет. Женя бросила ребёнка, я лично видел отказ с её подписью. И такому поступку не может быть прощения.

Но как же невероятно больно слышать из уст Мии это проклятое «Мама»! Хотя после того, как я провёл тест ДНК мне всё же легче. Не знаю, как это работает, но вероятность того, что Мия называет матерью не родную, бросившую её женщину, а постороннюю тётку, заставляет меня позлорадствовать. Судьба вновь свела её со мной и с ребёнком и тут же забрала надежду на воссоединение. Впрочем, я сомневаюсь, что Женя вообще не что-то надеялась, ей ведь не нужен был ребёнок. И вряд ли что-то изменилась спустя три года.

– А мы помоем клубнику вместе? – лепечет Мия, когда Женя уже, казалось бы, готова уйти.

Ну, начинается…

И опять эта неловкая пауза, которую прерывает Ксения, за что ей огромное спасибо.

– Ааа, нам пора, наверное, да, дорогой? – натянуто улыбается Егору и якобы незаметно дёргает его за руку.

Ухмыляюсь и перевожу взгляд в пол, чтобы спрятать улыбку. Всё же актриса из Романовской никакая.

– Да вы ж только пришли, – отвечаю на вопросительный взгляд друга.

Не хватало ещё, чтобы они напридумывали себе небылиц из-за визита бывшей.

Пытаюсь подмигнуть Егору, но в присутствии двух пристально смотрящих на нас женщин это очень непросто.

Как назло, именно в этот момент по ступенькам со второго этажа спускается Богдан, и всё семейство Романовских дружно двигается на выход.

– А мама останется! – радостно вопит Мия и тянет опешившую Женю в сторону кухни.

Кудряшова разумно упирается. Понимает, что меня её визит совершенно не радует. Глаз с меня не сводит, ища в моём взгляде то ли поддержку, то ли совет, как поступить.

– Мне нужно идти, – выдавливает неохотно, когда понимает, что в данном вопросе я ей не помощник. Будь моя воля, я её и на порог бы не пустил.

Стреляю глазами в сторону выхода, чтобы девушка поняла – уходить нужно скорее, не устраивать долгих прощальных церемоний.

Женя пятится к двери, но по выражению её лица я вижу, что уходить девушка не хочет. На дне карих глаз плещется негодование со смесью укоризны. Может, она меня ещё отчитает и подскажет, как дочку воспитывать? Бессовестная.

– Папа, почему она ушла? – едва не всхлипывает малышка, когда дверь за незваной гостьей захлопывается.

Роняет лукошко с клубникой на пол, и ярко-красные ягоды, рассыпаясь, катятся в разные стороны. Вслед за клубникой на паркет начинают капать прозрачные капельки слёз.

– Ну же, тише, малыш, – прижимаю дочку к себе, глажу по голове, успокаивая. – У Жени свои дела есть, – привожу совершенно неработающий аргумент.

До боли в сердце жалко дочку. Ну чего она привязалась к этой предательнице? Если в лаборатории ошиблись, и Женя всё же мать Мии, это что же тогда получается, пресловутый зов крови выше всего остального оказался?

С горем пополам укладываю дочку спать. Мия хнычет и совершенно отказывается меня слушаться. Если так и дальше пойдёт, то про работу можно благополучно забыть.

Утром просыпаюсь с твёрдой уверенностью посетить с Мией врача.

На сборы уходит в разы больше времени, чем обычно, когда дочка ездила вместе со мной на работу. Сначала Мия не хочет завтракать, потом не знает, какое платье надеть и несколько раз переобувает сандалии. Причём останавливает свой выбор на тех, которые совершенно не идут к её розовому сарафану в горошек, но я молчу. Не спорю с дочкой, тем более чувствую себя виноватым перед ней за то, что буквально выгнал Женю вчера.

Ну, потерпел бы я пару часов ради дочери присутствие предательницы в своём доме, не умер бы ведь. Зато может быть Мия дала бы мне поспать ночью, как следует, а не просыпалась бы раз пять с разного рода претензиями.

По дороге заезжаю в лабораторию, чтобы сдать материал для теста ДНК. На этот раз, наше с Мией родство хочу проверить, потому что не перестаю надеяться на то, что воспитываю свою родную дочь.

Разумеется, я выбираю другую лабораторию, тем более, у нас в городе их предостаточно.

Дочка с демонстративным недовольством терпит манипуляции лаборантки. Вот же маленькая… девчонка. Три года всего, а ведёт себя как моя сестрица, когда выбесить меня хочет.

– Когда будет результат готов? – спрашиваю у девушки в белом халате.

– Обычно не более пяти дней, но для наиболее точно результата нужно сдать образцы, например, матери, – шокирует меня. – Поэтому проверка может затянуться.

Вот же дилетанты, а. Это я про лабораторию,