Жажда бессмертия. Том 8 - Морфиус

— У нас нет дома. Нас не любят в мирах. Наш удел — вечное странствование… — Допил он кофе, протягивая кружку.

И в этот момент мое внимание привлекли несколько фигур на мечах, приближающиеся к нам с чуть иной стороны. Так что я прервал диалог. Прибывших было трое. Все в черных цветах. И представители уже другой фракции аккуратно подлетели к парящим Землянам, давая себя рассмотреть. Сильные… Сильные воины с довольно сильно отличающимися лицами от всего, что могло быть на Земле. Суровые. Отсюда я не мог почувствовать их стихий, но через ментальную связь с Нелл понял, что вроде бы от двоих сильно чувствуется смерть. А от третьей, женщины, жизнь.

— Остальные? — Спросил Ламех. И главный из тройки, выдвинувшись вперед, отрыл кольцо, выпуская оттуда уже Землянина, которого подхватили на лодку. Отсюда слышно было плохо, но слышно, учитывая что купол сокрытия Ламех больше не применял. Даже если Гай и мог сообщить своим о нападении незаметно, сейчас видимо старик этого уже не опасался.

— Двадцать пять бойцов, как и договаривались. — Произнес адепт смерти. Видимо, все остальные были еще в кольце.

— Проблем не возникнет? Вы согласны с договором? — Продолжил наш предводитель, играя в какие-то свои игры, не делясь с нами всеми тонкостями межмировой политики.

— Да. Когда выступаем убивать их?

— Прямо сейчас. Оскалился Ламех. Остальные участники уже давно погрузили в кольца всех подчиненных, тех бойцов, кто должен был участвовать в штурме. Нелл никого из наших брать не стала. У нее и так была своя армия. Все происходило быстро. Так что уже через несколько секунд я наблюдал, как восемь фигур на мечах отправляются на бой. Уничтожать какую-то небольшую фракцию фанатиков.

Они пролетели недалеко от нас, набирая скорость. И в ушах раздался голос Ламеха, слабый. Может он вообще не собирался чтобы его духовная речь попала на меня, приказывая только своей двойке.

— Убейте пленника. — Короткий, ясный приказ. После которого они переглянулись и один из них, тот, что был с концептом меча, сделал шаг вперед, ко все также сидящему пленнику.

— Не смей. — Произнес я после миллисекундного раздумья, все же решаясь пойти на конфронтацию с Ламехом. Не такая уж пленник и величина, чтобы из-за нее старик на меня сильно сагрился. Его жизнь особо ни на что не влияет, так что я, наверное, заберу его с собой. Поохотится тоже на тварей, порассказывает байки о других мирах, да и свалит с миром. Зачем вообще это было нужно мне? Естественно не ради нового слуги. Слабый ядровик без благословения неба на добычу ресурсов не очень-то поможет. Просто мне было его жалко. Я продолжал следовать своему пути. И не видел ни одной причины, чтобы убивать его или начинать войну с этим храмом боли.

— У меня приказ Ламеха. Ты мне не указ. Или помешаешь? — Грубо ответил мне воин. Впрочем, после секундного замешательства. А его напарник тоже струхнул, кажется, еще сильнее.

— Помешаю… — Спокойно произнес я, констатируя факт. Убивать парочку явно не стоит. Опасно уже для своей жизни. А вот чуть повалять можно.

— О, не стоит. — Наконец, подал голос сам пленник, а на его лице проступила какая-то безумная улыбка, вместе с которой его аура стала плотнее. Впрочем, недостаточно чтобы что-то противопоставить двум охранникам. Каждый из них, по ощущениям, обладал как минимум двумя ядрами. А тем временем Гай все же встал, опираясь на свой посох и кидая на меня безумное подобие взгляда своих кристаллов, после чего развернулся к охранникам, что все еще не решались начать действовать.

— Если они желают множить боль, то кто я такой, чтобы им мешать… — Закончил он фразу. И на этом моменте я поджал губы в раздражении. Нет, если и сам фанатик соглашается… То вытаскивать глупцов против их же воли? Этого уж точно я делать не буду. И парочка, словно уловив изменения в моем настроении, поняла, что теперь я не собираюсь им мешать.

Взмах мечом. Размеренный, отточенный тысячи раз. И лезвие, наливающееся малиновым светом. О, стихия плавления. И этап познавшего. Я чуть уплотнил покров, ведь стоял за фанатиком в паре метров. А тот, видимо, собирался завершить свою жизнь с честью, так что меня накроет остатками техник. Не опасно. Будет даже интересно посмотреть на бой адепта боли…

Хлопок! Оглушающий. Сверхзвуковой. Воздух вспенился, превращаясь в белое марево, с небольшими включениями красного. А тело затопило болью! БОЛЬЮ! Быстрее, чем разум успел осознать произошедшее, инстинкты уже заставили тело отскочить назад техникой рывка, одновременно уплотняя покров и заставляя призрачную руку материализоваться в защитной стойке, держа меч пожирающий души.

Форсаж мыслей! Просветление! - Кристаллы ускорили сознание, замедляя реальность и позволяя рассмотреть и главное, осознать, то, что произошло. И ужаснуться. Ибо тот удар посохом, размашистый, круговой, пробил мой доспех. Вот только целью был не я. Целью был мечник, сейчас отлетающий в виде двух половинок, разрезанных даже не лезвием, а чудовищным ударом посоха. Второй охранник успел среагировать, отскочив и формируя заряд молнии. Мощный. Снова этап познавшего.

Удар! Мне показалось, что атакуют меня. Тело скрутило невыносимой судорогой. Болью! Агонией! Как? У меня же есть защита от ментальных атак! Вот только потом пришло понимание. Это не ментал. Это просто стихия! И более того, это лишь остаточное излучение того, чем фанатик атаковал второго стражника. Молниеносная атака. Будто бы посох размножился, создавая свою призрачную проекцию и обрушиваясь на адепта молнии. Вспышка. И мертвое тело начинает оседать на землю.

Так не может быть! Не должно быть! Монстры с такой силой не могут находиться в этом мире! Вот только реальность не оставляла ни шанса, заставляя осознать, что это все наяву. Враг просто был чудовищно сильнее всего, что я видел. И при этом он все еще находился на этапе ядра. Иначе не мог бы здесь существовать. Или…

Я застыл в защитной позе, готовый в любой момент атаковать, или что вернее, защищаться. Да и помогут ли все мои уловки против такого противника? Мысленная связь с Нелл уже почти не работала, но и она, и все остальные явно почувствовали и заметили это. А потому уже далекие фигурки в воздухе застыли, разворачиваясь. И на них и была вся надежда. Один я не справлюсь. А