Порочные пожарные для булочки - Бетти Алая

Это смущает. Или нет? При мысли, что придется отказаться от одного из мужчин, сердце начинает ныть. Мне физически плохо…

— Пласти, — смущается Милана, — я вытлу!

Она начинает пальчиком размазывать крем по лицу Платона еще сильнее.

Мы с Ником прыскаем.

Малышка еще ярче заливается румянцем.

— Милаша, это так вкусно! — улыбается мужчина. — Спасибо за твою магию!

— Плавда? Ула! — хлопает в ладошки.

Милана сияет.

Я беру салфетку и стираю все лишнее с красивого лица Платона. Стараюсь не таращиться влюбленным взглядом, но получается слабо.

А когда наши глаза встречаются, весь мир вокруг перестает существовать. Я вижу янтарные вкрапления в зеленой радужке. Прямой нос, мужественную челюсть и густую щетину.

Машинально облизываю губы, и взгляд пожарного темнеет.

Боже…

— Так, молодежь! — раздается громогласный голос тети Нади. — Чего сидим? Попили кофе — теперь айда гулять! Такая погодка на улице!

— Кстати, мы с Миланой как раз хотели пригласить Ладу в парк, — подмигивает мне Ник, затем смотрит на друга. — Ты, как я понимаю, тоже идешь?

— Естественно, — Платон растягивается в хищной ухмылке, — как я могу пропустить прогулку с булочкой.

— Я бы с радостью, — тихо говорю, разворачиваясь и глядя на очередь из клиентов, — но у меня работа. Так просто уйти не получится.

— Получится-получится! — вмешивается тетя Надя, которая, по всей видимости, решила меня выдать замуж вотпрямщас. — Мы с Люсей справимся. Правда?

— Да! — кричит из-за прилавка рыжая и ослепительно улыбается очередному клиенту.

Кажется, меня загнали в ловушку. Но я не уверена, что стоит!

Ведь еще не переварила наши предыдущие… встречи. И тут на горизонте маячит новая.

Мои чувства совсем сорвались с цепи, бабочки в животе ополоумели, а в голове вата.

— Лада! — Милана берет меня за руку и использует запрещенный прием. Она смотрит на меня огромными серыми глазами и поджимает губки. — Подем! Позалуфта!

Ну вот как отказать этим глазам?

— Хорошо, давайте сходим в парк, — выдыхаю. Мила тут же радостно визжит. Ник и Платон переглядываются. А тетя Надя уже спешит с моей курткой и сумкой.

Похоже на заговор вселенского масштаба.

— Ты за пекарню не беспокойся! — заявляет эта сводница. — У нас тут все под контролем. Развейся, Ладушка, тебе это нужно.

Надеваю куртку. Малышка Милана тут же хватает мою руку и тянет меня к выходу.

— Подем, Лада! Подем быстлее!

Она смотрит на меня с таким искренним обожанием, что в моей груди что-то окончательно трескается и рассыпается.

Эта очаровательная малышка покорила мое сердце.

Ник берет мою сумку. Платон коварно ухмыляется.

И тут я понимаю с пугающей чёткостью: я не запуталась. Я влюбилась. Сразу в двоих.

В спокойную силу Ника и хищную уверенность Платона. В этот хаос, который они принесли с собой, полностью нарушив размеренный ход моей жизни.

Глава 16. Кедр, тюльпаны и сахарная пудра

Платон

Этим утром…

Просыпаюсь рано утром. Выходной, можно было бы спать.

Но я, как чертов влюбленный студент, думаю только о Ладе. До сих пор чувствую вишневый аромат ее волос. И с ума схожу от желания.

Тянусь к мобильному, сразу открываю вчерашнее фото Лады.

— Какая же ты сладенькая… — бормочу, рассматривая ее пунцовое личико, искусанные губки. Этот взгляд, полный смущения и искреннего желания одновременно, от которого мой внутренний инстинкт жаждет начать охоту.

Внутри всё мгновенно откликается, по телу проходит разряд.

Я хочу ее! Немедленно!

Обещал ей вчера «подождать», дать время привыкнуть. Но я пожарный, а не святой!

Когда внутри полыхает такой пожар, ждать — значит сгореть дотла.

Мысли полностью заняты ею.

Хочу снова почувствовать её тепло, ощутить в своих руках её изгибы.

Она — именно та женщина,