Присвоенная - Виктория Борисовна Волкова

Наверное, так и есть. Но я не хочу ничего менять или одергивать самого себя. Просто плыву по течению в ванильном облаке и радуюсь, как идиот.

Белла собирается на удивление быстро. Когда я выхожу из душа, она, уже полностью одетая, крутится перед зеркалом. Такая смешная и безумно родная! По душе растекается тепло. И я не сдерживаю эмоций. Просто улыбаюсь радостно и чувствую себя абсолютно счастливым. Наверное, впервые в жизни.

— Что там? — обернув полотенце вокруг бедер, подхожу почти вплотную.

— Какое-то пятно, — вздыхает Белла, силясь рассмотреть маленький засос на шее. — Вчера его не было. Как синяк, — сокрушенно замечает она.

— Маленький такой синячок, — наклонившись, целую свою отметину. — Закрась пудрой или тональником, — предлагаю, совершенно забыв, что моя жена не пользуется макияжем. Да он ей и ни к чему. Белая кожа лица сияет, будто мраморная, а такой румянец на щеках еще нужно поискать.

— У меня нет никакого тональника! — гневно зыркает на меня жена и, догадавшись, заявляет негодующе. — Это ты меня укусил!

— Поцеловал. Крепко-крепко, — отстраняюсь, смеясь. Но ладошка Беллы достигает моего плеча. — А это кто сделал? — предъявляю ей поцарапанные плечи. — Какая кошка в тебя вселилась, моя гурия?

— Ой, — прикрывает она рот рукой. — Прости. Я не хотела, — запинается, смущаясь.

— Все хорошо, — подступив почти вплотную, убираю в сторону ладонь Беллы. Целую медленно и нежно, словно примиряя нас с новой действительностью, где отметины любви и страсти — обычное дело.

Руки жены порывисто бегут по моей спине. Задевают полотенце, держащееся на честном слове. Махровая тряпка падает на пол, а я, подхватив Беллу на руки, возвращаюсь в постель.

— Мы еще не закончили, моя гурия...

Глава 24

— Надо вставать, — вздыхает Мурад, притягивая меня к себе. Сонно тычется губами мне в щеку и засыпает.

Положив голову на крепкое плечо мужа, прикрываю глаза, наслаждаясь последними минутами близости. А затем и сама проваливаюсь в короткую и сладкую дрему. Всем телом чувствую Мурада и просто млею от близости. Будит нас телефонный звонок.

— А... да... Буду через два часа... Перенеси встречу... Я тут... задержался, — бодро приказывает Мурад кому-то, не открывая глаз. А затем, отбросив айфон в сторону, снова прижимается ко мне. — Ты спишь, Белла?

— Нет, - мотаю головой. А самой даже двигаться не хочется. Я бы провела с Мурадом в постели день. Я где-то читала... Так бывает.

— Встаем, — целует он меня в висок, потом в шею, в ключицу. — Невозможно оторваться, — откатывается в сторону и добавляет недовольно. — У меня сегодня встреча, которую я отменить не могу. Поэтому придется вставать, — решительно поднимается он с постели. Смотрит на часы и роняет с присвистом.

— Половина двенадцатого. Вот это мы поспали, Белла.

— Что теперь будет? — подхватываюсь следом.

— Да ничего, — пожимает плечами Мурад и по пути в гардеробную тянет с неохотой. — Людям ждать пришлось, пока мы с тобой спали.

— Это плохо? — беру откинутое на кресло платье. Оглядываю его со всех сторон.

Вроде бы не помялось.

— А кто осудит? — фыркает муж самодовольно, скрываясь в гардеробной.

Наскоро причесываю волосы. Смотрю на шею, где рядом с прежней отметиной примостилась еще одна — более заметная. Застегиваю на все пуговички высокий ворот платья, и самой себе кажусь строгой и неприступной. Но и мужа упрекать не могу. Это его право.

— Ты готова? — возвращается в комнату Мурад. В темно-синем костюме и в белой рубашке он выглядит неотразимым. Будто с обложки глянцевого журнала сошел.

«И этот шикарный мужчина мой? Мой!» — подрыгивает от восторга мое глупое сердечко.

— Сейчас быстро позавтракаем и поедем, — на ходу объясняет муж, когда мы спускаемся вниз.

В доме тихо. Наверное, все уже разъехались по делам. Вот и хорошо, никто не осудит, что долго валялась в постели. Примерные жены встают чуть свет, готовят завтрак любимому мужу. А я...

— Покорми нас, — велит Мурад попавшейся навстречу экономке.

— Да, да, сейчас, — убегает она на кухню.

Мурад распахивает дверь в столовую и от неожиданности замирает на пороге. А я сходу врезаюсь ему в спину и чувствую, как муж моментально собирается. Расслабленные мышцы каменеют в один момент.

— А вы почему еще здесь? — спрашивает Мурад, сумрачно оглядывая развалившихся по креслам братьев. — У вас работы нет? Все уже сделали?

— Работаем, — указывает Наиль на зажатый в руке айфон и добавляет со вздохом. — И тебя ждем.

Тимур выразительно смотрит на часы, а Наина и Мариам, восседающие на диване, пожирают нас жадными взглядами. Только вопросов не хватает «ну как?». Противно. Будто в грязи вываляли.

— То есть, в офисе у вас задач нет? — холодно уточняет Мурад. — Или вы туда дорогу забыли? Ждете, чтобы я напомнил?

— Да мы тебя ждали, брат, — выпаливает негодующе Наиль. — Вроде всегда вместе ездим.

— Хорошо, — отрезает муж раздраженно. — Переведу вас в личку. А на ваше место найму более исполнительных сотрудников.

— Да ты что, Мурад? — огорченно всплескивает руками Тимур. А женщины охают в ужасе.

Не обращая на родственников внимания, Мурад подходит к столу, отодвигает стул для меня. Сажусь, тупо глядя в пустую фарфоровую тарелку, расписанную вручную. Красота. Любуюсь тонкой работой. Каждым цветочком и листиком! И даже на долю секунды забываю о напряженной тишине в комнате.

А затем перевожу взгляд на прислугу, накрывающую на стол. Две полные пожилые женщины чуть ли не бегом расставляют блюда с нарезками и с пирожками. Ставят на стол креманки с йогуртом и тарелку с сухофруктами. По пути на кухню экономка тихо обращается к Мариам. Я не слышу вопроса. Да и не прислушиваюсь. Голодным взглядом выискиваю, что бы поесть. Муж кладет мне на тарелку пирожок, делает бутерброд с семгой, придвигает йогурт.

«Хорошо, хоть пока нет токсикоза. А то бы выдала нас с головой», — думаю я в ужасе. Улыбаюсь мужу и вздрагиваю, когда Мириам объявляет громко и торжественно.

— Нет, Дина. Мурад женился, и теперь меню ты должна согласовывать с Беллой.

Вздрагиваю, как от выстрела. Что? Серьезно? Я не готова! Перевожу взгляд на мужа. А он кивает довольно. Видимо, теперь это