Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 - Александр Кронос

собственную страну, заодно развалив Турцию. Но тот действовал иначе — его маленькие насекомые брали под контроль человеческий разум. Тут же было впечатление, что речь про разумных инопланетян, каким-то чудом оказавшихся в Иркутске.

Никаких идей на этот счёт у него не имелось. Но и сам Лагов пока за помощью не обращался. Ради справедливости, в прошлый раз тоже ничего подобного не было. Но в отличие от массы монстров, которые вылезали из портала, муравьи настолько же экзистенциальной угрозой не выглядели. Потому разворачивать самолёт в воздухе Го Бинь не стал.

Однако задачу профильным службам поставил. О новой угрозе следовало выяснить всё. Равно как и оборудовать эшелонированную оборону около Красного Столба. Полностью выселить ближайшие кварталы, снести дома и выстроить несколько десятков стен с пулемётами и автоматическими пушками на них. Ну а пространство между ними попросту заминировать.

Раздачей указаний он занимался вплоть до самой посадки. Почувствовав что-то неладное, когда самолёт начал рулить к терминалу, чтобы пристыковаться через рукав. Странное, подрагивающее внутри чувство, которого китаец до тех пор ни разу не ощущал.

— Прикажи пилотам немедленно остановить самолёт.

Повернув голову к секретарю, Го Бинь отдал приказ, а чувство тревоги стало каким-то вовсе нестерпимым.

— Стоп! Ничего не говори, мы просто…

Закончить фразу старик не успел. Корпус самолёта смяло и разорвало в клочья. Он как в замедленной съёмке наблюдал разрушение и коллапс. Видел, как открываются рты его бойцов.

Окутав себя воздушным барьером, мужчина прыгнул, пробив крышу воздушного судна. Но воздуха там не оказалось — вместо него генсек на полном ходу врезался в медную пыль. Ещё миг он пытался прорваться наверх. Потом рухнул вниз, погребённый тоннами металла. Отчаянно жалея, что оказался настолько неосмотрительным.

* * *

Японка вела себя очень чудно. Постоянно пыталась придвинуться, без умолку говорила, трогала свои волосы и не отрывала от меня взгляда. А когда я попросил её немного помолчать, чтобы сосредоточиться, сделала немыслимое — расстегнула пуговицу на рубашке. Вторую!

В Азии нормально обнажать ноги. Крохотные шорты или микро-юбки, которые почти целиком оголяют ноги, это норма. Но вот декольте… Если иностранка надела подобную одежду, такое обычно считается нормой. Когда речь о местных, вердикт суров и однозначен — развратницы, готовые отдаться кому угодно на парковке.

При этом эмоциональный фон у неё, пусть и был сложным, но вот никакого желания там не просматривалось.

Изначально я вовсе попытался оставить её в Плесецке. Но девушка наотрез отказалась. И отнюдь не словами — когда я шагнул к самолёту, рухнула на колени и сообщила, что если улечу без неё, то она вспорет себе живот и умрёт здесь. Потому что возвращаться домой с позором не собирается.

Документы у неё были в порядке А если официальный представитель японского правительства вспорол бы себе живот на аэродроме Плесецка, мне было бы немного неловко. Поэтому пришлось взять Каори с собой. А ещё — отправить сообщение Рё Ёсиде с просьбой выяснить, зачем её ко мне прислали. Потому что логики тут не прослеживалось. Не соблазнить же она меня должна. Разведчики ведь не настолько тупые и медовые ловушки так не устраивают. Или всё-таки устраивают?

Как бы там ни было, никакого ощущения опасности не имелось. Поэтому я спокойно занялся своими делами. Для начала проверив сделки и дополнительно залив деньги в медь, никель и палладий. Свободные средства имелись — мы потратили далеко не всё из тех пятидесяти миллионов долларов, что выручили за первую черепаху. А сейчас у нас появилось ещё три. Франсуа не просто так летал в Лагос — вернулся он с добычей.

Плюс, активно шла подготовка продажи других продуктов, для которых сейчас готовили форму, дозировки и всё прочее. Пока же было объявлено, что ещё десять тысяч человек получат избавление от рака по старой цене. После чего мы планировали вылечить ещё двадцать тысяч по чуть меньшей ставке. Суммарно выручив сто тридцать миллионов.

Что до меди — она поползёт вверх сразу, как мы объявим о способе, которым были уничтожены котлованы. Это всё равно выйдет наружу, так что лучше было сделать всё самим. Восемьдесят тонн на один Столб. Могу поспорить, правительства всех стран кинутся массово её закупать. А те, на чьей территории стоят Столбы, станут использовать при создании обороны. Рост неизбежен.

Никель пойдёт расти чуть позже, но и денег способен принести больше. Хотя, медь тоже толком не подросла. Тридцать процентов это мелочь на фоне того безумия, что будет твориться дальше.

Использовать нового брокера я не стал. Зачем, если можно развернуть позиции у старого, который уже в курсе моих сделок и пока не пытался продать эту информацию прессе. Правда продал министерству безопасности, но второй раз этот фокус не пройдёт. Да и соблазна у него такого не возникнет.

Ситуацию с комплектацией центрального офиса, которым занимался Дмитрий, тоже оценил. Как и запущенное производство патронов. Пули они делали на станках, патронную линию выделили на Климовском заводе и первые боеприпасы уже изготавливались. Объём был пока скромным. Но и калибр всего один — для крупнокалиберных револьверов. Оружие, которое идеально подходило для той стороны, не давало осечек и могло легко использоваться Защитниками начиная с «альфы».

Полноценное производство тоже развернуть планировалось. Сейчас, после прорыва монстров из Изумрудного Столба это казалось более чем актуальным.

К Иркутску мы подлетели уже после рассвета. Елисеев со своими бойцами прибыл чуть раньше — они уже занимали позиции около заблокированного центра. А вот меня встречали представители местной власти.

— Вы же разберётесь с ними? Перебьёте?

Мужчина с сединой в волосах не представился, но видимо занимал важную должность — стоящий рядом с ним военный и человек в полицейской форме, никак ему не мешали.

— Скорее всего. Можете рассказать, откуда они тут взялись?

Армеец с полицейским переглянулись, будто решая кому из них говорить. В дуэли взглядов проиграл второй, который ко мне и повернулся.

— Неизвестно. Мы потеряли связь с областной администрацией и телецентром. Потом в здание первой вошла разведгруппа из добровольцев и внутри была слышна стрельба. Один дрон засёк движение. А спустя четверть часа они вырвались оттуда и смели позиции.

Военный тут же громко хмыкнул, привлекая к себе внимание.

— Это всё, потому что нам не дали ввести танки и задействовать вертолёты. Немного НУРСов с артиллерийским огнём и эти уроды уже были бы мертвы. А так только пацанов зазря положили…

Седой гражданский чиновник покосился на армейца без всякого одобрения, но начинать свару при мне не стал. Эмоции подсказывали, что обсуждали они всё не в первый раз.