Там леший бродит 3 - Игорь Николаевич Конычев

Продолжение их разговора я не слушал, так как догнал Крачуна. Тот как раз остановился и принялся скользить взглядом по толпе.

— Хватит уже людей испытывать, — я встал рядом с ним.

— Коли их не испытывать, как узнать, кто душой ладен, а кто сердцем чёрств? — спросил старик в белой шубе, глядя прямо перед собой.

— Зачем тебе это знать?

— Чтобы понять, кого наградить, а кого наказать, — ровно произнёс Крачун, наконец удостоив меня взгляда. — Зачем же ещё?

— Всякий может и хороший поступок совершить, и оступиться. Не тебе их судить.

— Так я и не сужу, — призвав в руку свой посох, сейчас выглядевший не ледяным, а деревянным, Крачун разжал пальцы и тут же уронил его. — Я оцениваю.

— Вот, дедушка, держи, — проходящий мимо случайный паренёк тут же поднял посох и вернул старику. Несмотря на то, что молодой человек был явно увлечён шагавшей рядом девицей, он решил задержаться и помочь.

— Спасибо, внучок, — произнёс Крачун, внимательно разглядывая парня. — Добрая ты душа.

Смущённо улыбнувшись, паренёк попрощался и поспешил догнать подругу. Та же вдруг поскользнулась буквально на ровном месте и упала точно в объятия догнавшего её молодого человека.

— Да ты прямо Купидон, — скривился я.

Крачун нахмурился.

— Как-то срамно звучит, — проворчал он. — Не кличь меня так. У меня своё имя имеется.

— Хорошо, — покладисто согласился я. — Скажи тогда, Крачун, что с парнем было бы, пройди он мимо?

— Тогда бы он поскользнулся, и зад себе ушиб, — улыбнулся он в седые усы. — А девица красная над ним бы потешаться стала.

Я вскинул бровь.

— И ты не стал бы превращать юнца в ледяную статую?

Владыка Подземного мира поглядел на меня с укором.

— Белояр, — проникновенно произнёс он, — я, по-твоему, кто?

— Старик с большой силой и странностями, — без промедлений ответил я.

— Пожалуй, — Крачун медленно кивнул. — Возраст мой не зимами, а веками меряется, силою тоже не обделен, что же до странностей… Имеются, вестимо. Всё так. Но не нужно думать, что я зло во плоти.

Скептически хмыкнув, я покачал головой:

— Звучало бы правдоподобнее, не уничтожь ты целый отряд печенегов за несколько мгновений за то, что они тебя не уважили.

— Считаешь, что они этого не заслужили?

— Речь не о том…

— О том, — перебил меня Крачун. — О том, Белояр. Коли кто-то дурное удумал, то нет ничего скверного в том, чтобы не позволить ему сотворить задуманное. Наоборот, скверно бездействовать.

— Складно говоришь, — не стал спорить я. — Но ты бы помешал им, коли они бы тебя уважили, как ты того хотел?

Между мной и владыкой Подземного мира пронеслась стайка детворы и их родичей, ненадолго разделив нас. Не успел я отыскать собеседника взглядом, как он вдруг подступил ко мне с другой стороны.

— Прояви они доброту, исход был бы другим, — не выражающий никаких эмоций голос Крачуна звучал глухо и отрешённо. — Но задуманного они бы не свершили, и мне то доподлинно известно.

— Откуда? — тут же спросил я, недоверчиво прищурившись.

— Потому как ты бы им не позволил, — пожал плечами Крачун. — Видел я, как волколаки следы нашли, а потом их вожак тебе о том доложил.

— Как ты это узнал?

— У каждого свои тайны. — Неопределённо ответил мой собеседник, и стало ясно, что в детали он вдаваться не намерен. Отвернувшись, он неторопливо направился в сторону от снующих туда-сюда людей. Остановился он лишь на самой окраине ярмарки. — Спрашивай уже, чего хотел, — негромко сказал он.

— Ты хороший или плохой?

— Ни тот, ни другой, — повернув голову, Крачун подмигнул мне. — В отличие от той, что сегодня недоброе задумала…

— Что? Кто? — опешил я, озираясь.

— Скоро узнаешь, — деревянный посох в руке старика стал ледяным. Он поднял его для удара о землю.

Мне стало ясно, что помогать он не собирается.

— Вмешиваться не станешь? — только и спросил я.

Крачун покачал головой:

— Незачем, ты же тут. — С этими словами он ударил посохом по снегу и исчез в его ворохе.

Люд же вокруг продолжил сновать так, будто ничего и не случилось. Все наслаждались праздником, а вот мне стало ещё больше не до веселья. Следовало как можно быстрее отыскать Забаву. Пусть Крачун и себе на уме, но чутьё мне подсказывало, что он не лгал: кто-то здесь задумал недоброе…

Не желая терять времени даром, я обратился птицей и полетел к царскому терему. Там тоже все веселились. Я быстро отыскал взглядом беседующую с отцом Забаву. Они стояли на ступенях, куда я и приземлился.

— А, Белояр, это ты, — благодушно улыбнулся Всеслав, убирая ладонь с рукояти кинжала, что покоился на его поясе в украшенных ножнах. Ратники, что уже шагнули было в нашу сторону, вернулись на свои посты у дверей терема.

— К чему суета такая? — удивлённо спросила меня Забава. — Ходить устал?

— Не в том дело, — я быстро огляделся. Вроде всё вокруг шло так, как должно.

— Что не так? — по интонации моего голоса царевна мигом поняла, что меня что-то тревожит.

Всеслав тоже это уловил и нахмурился.

— Кто-то может сорвать празднование, — сказал я так тихо, чтобы больше никто не услышал.

Царь пренебрежительно хмыкнул и расправил плечи.

— Никто не посмеет, — уверенно заявил он, скрещивая руки на груди. — В моём царстве всякий знает, что за такой проступок никому спуску не дам!

— Хорошо, коли так, — памятуя о его прямолинейном и настырном характере, я решил не спорить с Всеславом, а зайти с иной стороны. — А с других царств враги твои могут чего учинить?

Царь свёл брови и наморщил лоб. С ответом он не медлил:

— Из соседей мы только с печенегами враждуем, но никто из них к моему терему и близко не подойдёт. — Всем своим видом Всеслав давал понять, что переубедить его ни у кого не получится.

И пусть меня раздражала подобная самоуверенность, я примирительно улыбнулся.

— Значит, всё в порядке.

— Да, — кивнул Всеслав. — Веселись, леший, и не думай о дурном. Никто