Развод. Без права выбора - Гала Григ

Глупая примета. К тому же, прекрасно понимаю, что голоса за дверью мне не приснились. Это самая, что ни есть настоящая явь. И у меня не слуховые галлюцинации.

Может, паранойя? Я настолько накрутила себя за ночь, что слышу невесть что.

Вот только как объяснить, что Жанны нет в гостевой комнате.

Что делать?

Остаться или бежать? Бежать без оглядки и никогда не возвращаться, чтобы избавиться от невыносимой боли.

От боли, которая вместо того, чтобы утихать со временем, наоборот, нарастает. Парализует мысли и чувства. Убивает своей жестокостью.

Бежать подальше от людей, которых я совсем недавно считала самыми близкими. А они… за моей спиной… оба предавали меня.

Голоса становятся громче. Я различаю не просто звуки. Я слышу слова, от которых мороз пробегает по позвонкам. От которых я должна умереть. Здесь же. Сейчас же. Немедленно.

Но почему-то еще жива.

И при всем моем желании немедленно сбежать не могу сдвинуться с места. Ноги будто приросли к полу. Тело обмякло. Душа выпотрошена.

Дверь резко распахивается. Из спальни вылетает Жанна. Полы ее легкого халатика распахнуты. Глаза горят. Она похожа на разъяренную фурию, готовую на самые решительные действия.

— Ты?! — впивается в меня испепеляющим взглядом.

Глава 27

Жанна хватает меня за руку и тащит к себе в комнату.

Находясь в состоянии глубокого шока, позволяю себя увлечь.

Смотрю на нее широко распахнутыми глазами. Гнев и жгучая боль захлестнули все мое существо. Наружу рвутся гневные слова. Но язык прилип к нёбу, горло першит, в нем застрял огромный ком. Он не дает ни дышать, ни говорить.

Жанна швыряет меня на кровать. Глаза ее горят огнем. Щеки пунцовые от ярости.

— Все слышала?!

Могу только кивнуть в ответ.

— Вот и прекрасно! Ничего не придется объяснять.

И продолжает убивать меня.

— Да, мы с Костей давно вместе. Но он при всем своем обаянии оказался трусливым и безвольным тюфяком. Пришлось брать инициативу в свои руки.

— Но, Жанна…

— Молчи! — Злоба хлещет из нее фонтаном. Она захлебывается ею. Но продолжает выплескивать ужасные признания.

— Уясни себе, я даже рада, что все само собой раскрылось! Да! Да! Да! Мы любовники. И уже давно. И еще... Нет, самое главное ты узнаешь позже. Всему свое время. А сейчас ты наконец-то поймешь, что не все тебе одной. Наконец-то узнаешь, как я ненавижу тебя!

— Но за что, Жанна?!

— За все! Тебе ведь все достается в этой жизни легко и просто. Компания — пожалуйста. Успешный муж — пожалуйста. Ах, какие мы белые и пушистые. Ничего не делаем, в роскоши купаемся. Но почему? Почему я всего должна добиваться сама, а тебе — все даром? За какие такие заслуги? Так вот, знай, кончилась твоя райская жизнь. А у меня она только начинается. Ах-ха-ха-ха-ха! — заливается она чуть ли не безумным смехом.

Дверь тихо приоткрывается. В проеме появляется Костя. Он растерян, сконфужен и кажется даже испуган.

Жанна, на мгновение забыв обо мне, обрушивается и на Климова:

— Убирайся! — орет на него во весь голос.

— Но, Жанна!

— Уйди, я сказала. — Она хватает с тумбочки попавшийся под руку флакон с туалетной водой и со всего размаху запускает в Климова. Тот едва успевает захлопнуть дверь с обратной стороны.

Отрешенно наблюдаю за этой сценой. Словно смотрю сюжет неоднократно виденной мелодрамы.

«Тюфяк он и есть тюфяк!» — промелькнула мысль. И я неожиданно для себя вдруг тоже громко рассмеялась.

Жанну настолько поразил мой смех, что она, забыв о Климове, уставилась на меня.

— Ты чего это? Умом тронулась, что ли?

— Ага! — восклицаю с неизвестно откуда появившейся вдруг смелостью. — С вами по-другому никак. Как можно сохранить разум, когда муж обвиняет в несуществующей измене, а лучшая подруга оказывается такой же подлой, как и он. Вместе план разрабатывали? Или Климов сам все придумал, а ты только в исполнительницах числилась?!

— Заткнись, дура! И слушай. Вместе или раздельно, значения не имеет. Факт остается фактом — Костя будет моим! И не только он сам, но и компания. Да-да, ты не ослышалась. И ты вынуждена смириться с этим. Иначе твоя жизнь превратится в ад. Я не шучу.

Судя по тому, как она на моих глазах обошлась с Климовым, ее угрозе невозможно не поверить.

— Все просчитала? А ведь я тебя считала подругой. Единственной.

— Ах-ха-ха! Была когда-то. Но надоело жить в твоей тени. Почему одним все, а другим ничего. Теперь вот ты попробуй одна по жизни. Еще и с пузом! Пффф!

Вздрагиваю от ее последних слов. Судорожно прикрываю живот руками.

— Ты ему сказала о ребенке?!

— Еще чего! Сам скоро увидит. Только это произойдет потом, после вашего развода и… — торжествующе смотрит на меня, — нашего бракосочетания.

— Жанна, — пытаюсь понять ее, — ты ведь во всем помогала мне. Зачем?

— Дурында ты, Агнешка! Все шло по плану. Вот только Костя слабину дал. Не справился с похотливым порывом. Да и беременность твоя… Ну да ничего. Я простила. В конце-то концов, к жене не ревнуют. А ты ведь пока еще его жена. Но не будем о грустном. Теперь, когда ты обо всем знаешь, тихо отойди в сторону. Не мешай нам. Я и без того слишком долго ждала, пока Климов согласится на решительный шаг.

— Значит моя измена — подлая подстава, монтаж? И ты все знала...

— Тебе не все ли равно? Успокою. Снимки подлинные, не отвертишься. А согласно брачному договору…

— Да нет у вас никакого брачного договора! Клочок бумаги, заверенный подкупленным нотариусом. Я докажу! И… про ребенка Климову скажу! Тогда посмотрим.

— Значит, не успокоишься?

Бесстрашно смотрю в глаза лживой гадине, которая долгие годы обманывала меня, выдавая себя за верную подругу. А сама спала с моим мужем.

— Тогда берегись! Ходи и оглядывайся. Случайная беременность иногда заканчивается самопроизвольным абортом. Ага!

Больше слушать эту дрянь нет сил. Подхожу к двери, резко распахиваю ее и произношу громко, отчетливо и решительно:

— Пошла вон из моего дома!

Боковым зрением успеваю заметить, как Климов метнулся к спальне. Подслушивал подлец!

— Убирайтесь оба! И немедленно! Иначе я полицию вызову.

С шумом захлопнув дверь перед самым носом ошарашенной моим взрывом Жанны, ухожу в свою комнату и запираюсь на ключ. На всякий случай.

Глава 28

В коридоре слышна возня. Наверное, собираются.

Все еще находясь в состоянии ничем не обоснованного прилива бесстрашия, выглядываю и кричу вдогонку предателям:

— Ключ не забудьте оставить в прихожей.

И без сил опускаюсь в