Сатурналии - Феодосий Макробий

24, 1: «…все …стали хвалить: один – [его, Претекстата] память, другой – ученость, все [вместе] – набожность, утверждая, что он является единственным, знающим скрытую природу богов, что он один только и может постигнуть божественное благодаря уму и высказать благодаря дарованию [оратора]». Здесь и ниже (кроме особо оговоренных случаев) фразы из Сатурналий цит. в переводе В.Т. Звиревича.

35

Ad loc. «…он был в отношении всех [людей] равным образом благожелательным и снисходительным».

36

Ad loc.: «Прошу добрых слов, – возразил, как обыкновенно со свойственной [ему] убедительностью Претекстат, – и давайте не будем надменно разрушать уважение к приверженцу наук о древности…».

37

Ad loc.: «Я прошу добрых слов, – заметил Претекстат, – что касается только уважения достоинства Сократа. Ибо кто не согласился бы предпочесть находящихся здесь светил [науки] тем, кто был на том пире [у Агафона]?»

38

Ad loc.: «…зрелищные развлечения не привычны для его [Претекстата] пенатов и [их] не должно ставить выше столь важного собрания».

39

См. также: Davies (1969), р. 4–5.

40

К. А. Симмаха в Риме называли «наследником» Претекстата. См. Саrт. с. pag. 114: «…composuit templum nuper cui Symmachus heres».

41

См. Prosopogr., vol. I, p. 865–870.

42

Cм. Prud., C. orat. Symm. I, 173A (vv. 632–634): «Et, quascunque solent Capitolia claudere, larvas // O linguam miro verborum fonte fluentem, // Romani decus eloquii, cui cedat et ipse Tullius, has fundit dives facundia gemmas».

43

См. CIL IV, 1699.

44

См.: Уколова (1992), с. 18–35; Шкаренков (2005), с. 607 сл.

45

Алтарь, находившийся в здании римского сената (курии) и олицетворявший собой богиню Викторию, был установлен Октавианом в 29 г. до н. э. в честь победы над Антонием и Клеопатрой в битве при Акции. Золотая статуя (захваченная римлянами у Пирра в 272 г. до н. э.) представляла собой крылатую женщину, держащую в руке лавровый венок победителя. Алтарь был вынесен из курии императором Констанцием II в 357 г., возвращен обратно Юлианом Отступником и вновь вынесен Грацианом в 382 г. После смерти Грациана К.А. Симмах, будучи префектом Рима, неоднократно просил императора Валентиниана II восстановить алтарь. Его просьбы сталкивались с сильным противодействием Амвросия Медиоланского, имевшего большое влияние на императора. Все просьбы восстановить алтарь отклонялись. В дальнейшем, однако, он все же был восстановлен Евгением во время его короткого правления в 392–394 гг., но затем уже навсегда вынесен из здания сената. См. Symm., Ер. X, 54; Ранович (1990), с. 450–457.

46

См. подробнее: Prosopogr., vol. I, p. 865–870; Шкаренков (2005), c. 607.

47

Имеются в виду слова Евсевия о виде речи, которая (ad loc.): «…витиеватая и цветистая, которой когда-то [блистал] Плиний Старший, а ныне блистает наш Симмах, [оратор], не слабее никого из древних».

48

См. также: Davies (1969), р. 5–6. Flamant (1977), р. 36–45.

49

Отца Флавиана звали Волусий Венуст. Аммиан Марцеллин упоминает его как викария Испании (см. Амм. Marc., Res. gest. XXIII, 1,4; XXVIII, 1, 24). Вероятно, у Флавиана был брат, который носил то же имя «Венуст», что и отец. См. CIL VI, 1783; Symm., Ер. VI, 32.

50

Родство через брак членов семей Никомахов и Симмахов.

51

Флавиан совершал празднества в честь Исиды, Великой Матери (Magnaе Matris), и публично приносил жертвы.

52

См. CIL VI, 1782.

53

См. CIL VI, 1783. Это событие произошло спустя 40 лет после битвы на реке Фригид. Императоры Валентиниан и Феодосий, воздав должное заслугам и безупречности Флавиана, установили ему памятник.

54

См. Joan. Saresb., Polycr. II, 26 (460b): «Hoc autem asserit Flavianus in librо, qui De vestigiis philosophorum inscribitur». Ibidem VIII, 2 (790a; 755a); VIII, 12 (758a; 761a).

55

CIL VI, 1782.

56

См. Davies (1969), р. 6–7; Flamant (1977), р. 45–58.

57

Комментарии Сервия на Вергилиевы Энеиду, Буколики и Георгики были основополагающими при изучении текстов поэта в Средние века. См., напр., Georgii (1912), р. 518–526.

58

Ad loc.: «…мне больше пристало учиться, чем учить».

59

Ad loc.: «…величайший из всех словесников».

60

Ad loc.: «…знаток самой природы слов».

61

Ad loc.: «Сервий, ученейший не только среди молодых… но также среди всех стариков».

62

Ad loc.: «Сервий молчал из-за скромности…».

63

Ad loc.: «…тот, стеснительный от природной скромности, покраснел вплоть до предательского румянца».

64

См. Davies (1969), р. 9; Flamant (1977), р. 78–79.

65

См. Davies (1969), р. 10–11. См. также Приложение 3.

66

См. Davies (1969), р. 10–11; Flamant (1977), р. 71–72.

67

Ad loc.: «…придется мне с тобой вести беседу, Дисарий, о [том] возрасте, в дверь которого мы оба почти уже стучимся. Когда Гомер называет стариков πολιοκροτάφους (с седыми висками)…».

68

Ad loc.: «…превосходил [всех] прочих, преподававших искусство врачевания». Об отношении к медикам см. Приложение 3.

69

Ad loc.: «Мы же сошлись, чтобы и священным праздникам честь оказать – и притом избежать праздничного безделья, – и обратить досуг в полезное занятие, намереваясь посвятить весь день ученым сообщениям…».

70

Ad loc.: «Дисарий прибавил: “Эти [ваши] одобрения призывают философию к тому, чтобы присваивать себе [право] рассуждать о чужом искусстве, из-за чего часто случались вопиющие ошибки. Как, [например], ваш Платон обрек себя на осмеяние потомков, когда не удержался от анатомических вопросов, которые принадлежат медицине…”».

71

Ad loc.: «При этих [словах Дисария] Евстафий, несколько возбудившись, говорит: “Не менее чем ты, Дисарий,