Четвертое королевство - Ана Эм

Ей потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя. Туловище пронзила острая боль, когда она попыталась достать руками до веревок на ногах. Она быстро уходила под воду и никак не могла дотянуться. Затем начала извиваться и попыталась использовать ноги как хвост, чтобы подплывать к поверхности. Но все было тщетно. Ее человеческие конечности были намного слабее. Легкие жгло. Она видела медленное приближение хищников на периферии. Сердце забилось быстрее, пуская свежую кровь по венам.

Они не убили ее раньше, ведь так?

Но тогда она не была слабым человеком.

Поверхность вдруг прорезал мощный всплеск. Черная тень нырнула в воду. Она приближалась, становилась все больше и больше с каждым замедляющимся ударом сердца Аморы. Это был он. Черный пират. Рассекая воды резкими быстрыми движениями, он плыл к ней, плыл к Аморе.

Он спасает ее?

Прямо за ним, словно учуяв добычу, двинулась огромная белая акула.

Нет. Нет. Только не сейчас. Его нельзя сейчас убивать. Сначала он должен спасти ее.

Чем ближе пират подплывал к Аморе, тем больше становилась тень за его спиной.

Нет. Молила она. Пожалуйста. Нет.

Акула медленно раскрыла свою мощную пасть.

Нет.

Нет.

Я сказала, нет.

Она завопила, что есть силы на внутреннем языке. И в ту же самую секунду акула закрыла пасть, развернувшись в другую от них сторону.

Быть не может.

Сильная рука обвилась вокруг талии Аморы, вызывав всплеск боли. Она поморщилась, но не возражала. Пират перекинул ее связанные руки себе за шею, при этом еще и умудряясь ухмыляться. Они, разрази его Тритон, находились в окружении акул и достаточно далеко от поверхности, а он еще и веселился?

Перед ее глазами вдруг замелькали черные точки. Легкие обожгло огнем, а голова стала совсем тяжелой. Аморе даже показалось, что она заметила беспокойство на лице пирата.

В следующую секунду синие глаза оказались совсем близко, и его губы накрыли ее.

Со стороны они были буквально полными противоположностями друг друга. Белый и черный. Свет и тень. Принцесса Оринфа и Король пиратов. В ее руках была сила морей, а ему подчинялись одиннадцать пиратских баронов. Он мог позволить ей умереть. Она не задумываясь, скормила бы его акулам.

И тем не менее, Дамиан вдыхал в нее жизнь, поднимая их все ближе к поверхности, а Амора цеплялась за него как за последний глоток кислорода.

Они вынырнули одновременно под крики матросов. Она тут же отстранилась от него, но Дэмиан все еще чувствовал сладость ее губ. Удивительно, но на вкус эта чертовка тоже была как апельсины. Сочные, но слегка соленые апельсины.

Он помог забраться ей в шлюпку, и спустя мгновение оба уже были на борту корабля. Соленая вода стекала с них ручьем. Команда тихо переговаривалась, а Дэмиан размышлял.

Оставлять эту дикарку на корабле было бы явной ошибкой, однако эта незнакомка была единственной, кто мог владеть необходимой ему информацией. Выбора не было.

Нефритовые глаза расширились, когда он вынул короткий нож из своего ботинка. Страх вспыхнул на ее лице, но тут же погас.

– Не дергайся. – бросил он, и опустился перед ней на корточки.

Ее светлая бровь выгнулась в удивлении, и он ухмыльнулся. До чего же она странная. Парой резких движений он срезал с нее путы на ногах, затем выпрямился и сделал тоже самое с руками.

– А фигурка то ничего. – присвистнул Пит, подзадоривая остальную команду.

Дэмиан бросил взгляд вниз. Белые тряпки на теле девушки стали фактически прозрачными. Если бы не ее длинные волосы, облепившие кожу со всех сторон, она была бы все равно что голой.

– Теперь на корабле будет веселей, а? – продолжал молодой матрос.

Капитан ожидал, что девушка снова оскалиться, но на удивление, она вдруг повернула к Питу голову и улыбнулась. Такой соблазнительной дразнящей улыбкой, что обещала только грех и наслаждение.

Неужели Дэмиан ошибся, и она действительно оказалась одной из шлюх?

Медленно и грациозно она подошла к Питу под улюлюкающие звуки остальной команды. Всем не терпелось увидеть шоу, однако Дэмиан насторожился. Что-то явно было не так, и он…

Быстрым и точным движением девушка вытащила длинный нож из-за пояса Пита и приставила лезвие к его же горлу. Этого стоило ожидать.

– Капитан. – нервно шепнул Тео откуда-то справа, но Дэмиан жестом приказал ему заткнуться. Он не мог отвести взгляда от этой девушки. И он был не единственным. Казалось, будто все, у кого был член между ног, затаили дыхание, раскрыв рты.

Дело было в мягких изящных изгибах ее тела, которые хотелось исследовать, касаться, пробовать на вкус. Порыв усмирить ее ярость, приручить неистовость был практически физическим, осязаемым. Либо так, либо преклонить колено. Другого варианта она словно не оставляла.

Схватив Пита за плечо, она толкнула его в сторону деревянной доски. Они были фактически одного роста, и это не составило особого труда.

– Капитан. – заскулил Пит, в ужасе распахнув глаза.

– Говорил же, что у тебя язык без костей. – покачал головой Дэмиан, а своему боцману шепотом добавил. – Готовь еще одну шлюпку.

Тео кивнул и скрылся в толпе, раздавая тихие приказы.

Девушка тем временем толкнула рыжего матроса на доску, и та тут же задрожала под натиском их двоих. Да, они оба на нее ступили, что удивило Дэмиана.

– Если бы ты оскорбил кого-то из членов команды, – лениво продолжал он, сохраняя безразличный тон голоса. – То оказался бы ровно в такой же ситуации.

– Если не хуже. – усмехнулся кто-то из мужчин.

– Но она женщина. – завопил Пит, медленно отступая к краю доски.

– И она держит тебя за яйца. – крикнул кто-то с мачты, вызвав всеобщий смех.

Они подошли к краю доски, и та задрожала сильнее из-за трясущихся ног Пита.

– Пожалуйста. – дрожь пронзила все его тело.

Девушка нажала на лезвие сильнее, тем самым пустив кровь. Сейчас она как никогда напоминала мстительную богиню. Ветер подхватывал ее влажные волосы, погружая их в хаос. Грязная белая юбка слегка развивалась сзади, и сама девушка так крепко стояла на ногах, будто не была серьезно ранена, будто в нескольких метрах от нее вовсе не плавали жаждущие крови создания.

– Думаю, она хочет извинений. – крикнул Дэмиан, и Пит распахнул глаза, уставившись в яростное лицо перед собой.

– П-прости. – тут же начал заикаться он. – М-не правда