Инженер. Система против монстров - 10 - Сергей Шиленко

внося узлы крепления к силовому каркасу спины. Места хватало. Тумбы турелей вписывались между вентиляционными люками и выхлопными жалюзи, не затеняя теплообменники. На чертеже появились две симметричные позиции, разнесённые по бортам.

Прометей продолжил:

— Углы обстрела каждого «КОРДа»: склонение до минус пятнадцати градусов вниз, возвышение до плюс восьмидесяти пяти градусов вверх.

— То есть практически вертикально, — пробормотал я. — Это позволит простреливать карнизы зданий, кроны деревьев или гребни холмов, нависающие над машиной.

Покрутил модель. Выходило изящно. Два «КОРДА» создадут плотную огневую завесу. В ближнем бою это позволит отсекать пехоту с флангов, не разворачивая машину.

Прометей снова указал на голограмму:

— КПВТ оптимально разместить в подбрюшной нише в передней проекции корпуса, на выдвижной поворотной платформе с двумя боевыми положениями. В походном состоянии пулемёт полностью утоплен в днищевый бронелист и закрыт откидной бронезаслонкой с гидроприводом.

Я устало потёр глаза, добавил узел и проработал его. Выдвижной механизм представлял собой телескопическую колонну на двух парах гидроцилиндров, работающих последовательно. Первая ступень опускала платформу на триста миллиметров — это режим «ближний периметр». Вторая ступень добавляла ещё триста пятьдесят миллиметров, доводя общий вылет до шестисот пятидесяти миллиметров ниже днища — режим «курсовой».

— В первом положении платформа обеспечивает круговое вращение и угол вертикальной наводки от минус пяти до минус сорока пяти относительно плоскости днища, — сказал Прометей. — Этого достаточно, чтобы простреливать всё пространство непосредственно под корпусом и в радиусе до пятнадцати метров вокруг передних опор. Механика ограничивает угол подъёма ствола, чтобы избежать прострела собственного брюха.

Я молча кивнул, рассматривая результат.

— Если нужно работать по удалённым целям впереди, — продолжил робот, — платформа опускается во второе, полное положение. При вылете шестьсот пятьдесят миллиметров углы вертикальной наводки расширяются: от минус пятнадцати до плюс десяти градусов относительно горизонта. Пулемёт может вести огонь по наземным целям на эффективную дальность до двух тысяч метров, как и положено КПВТ.

— Переход между режимами будет происходить быстро, — сказал я. — Около трёх секунд. На случай, если под брюхо закатится гранатомётчик, пока платформа в курсовом режиме. При обнаружении цели тепловизорами днищевого обзора автоматика сама подтянет платформу в ближнее положение и довернёт ствол на нужный азимут.

Побарабанив пальцами по столешнице, я оценил компоновку.

— Добавим ещё пару дымовых гранатомётов на корму, чтобы прикрыть отход, если мелочь полезет сзади. Набодяжим едкой дряни в качестве боеприпасов. И протянем бронированные рукава лентоподатчиков от патронных ящиков к турелям.

Теперь шагоход был защищён со всех сторон и на всех дистанциях. Два «КОРДа» держали верх и фланги, КПВТ в ближнем режиме выкашивал подбрюшье, а в полном выдвиге превращался в полноценное курсовое орудие, способное прикрыть машину на марше или добить подранков, не отвлекая основную пушку. Любой мутант, рискнувший подобраться вплотную или выскочить из-за руин, получит порцию четырнадцатимиллиметрового свинца раньше, чем успеет понять, откуда прилетело.

— Наведение автоматическое, — продолжил я. — Тактический процессор сам обнаруживает и сопровождает цели. Пилот может взять управление вручную, но в штатном режиме КПВТ работают как системы активной обороны. Засекли движение, классифицировали как угрозу, открыли огонь. Боекомплект по четыреста патронов на ствол, лента в бронированном коробе. Добавочная масса всей системы около пятисот килограммов с учётом боекомплекта, турелей и приводов. Это много. Придётся дохрена всего пересчитать.

— Вы могли подумать о необходимости дополнительного вооружения сразу, — укорил андроид.

— Я был под «Озарением», так что не придирайся, — отмахнулся я и приступил к работе.

Следующие полчаса мы вносили изменения во все три готовых чертежа. Я не стал помечать их буквой «М», ведь логи изменений всё равно сохранятся в чертеже, если мне вдруг понадобится невооружённая версия. А выдать доработанные чертежи за новые не выйдет. Уже ясно, что такие трюки с Системой не проходят, она всё равно даст опыт только за изменения.

ВНИМАНИЕ!

Модернизация чертежей принята.

Обновлены чертежи: Шагающая боевая платформа «Каракурт-1», Шагающая гаубичная платформа «Тарантул-1», Реактивный шагоход «Сольпуга-1».

Добавлены подсистемы ближнего боя:

— Две спинные турели КОРД (левая и правая).

— Одна выдвижная подбрюшная турель КПВТ.

— Два дымовых гранатомёта.

Чертежи обновлены в базе данных.

Получено опыта: 150 × 3 = 450

— Хорошо. Теперь возвращаемся к пилотируемой модели, хочу всё же закончить её сегодня. Кстати, как бы ты её назвал?

Робот помолчал пару секунд, мигая сенсорами.

— С учётом предыдущих названий, могу посоветовать варианты «Сенокосец», «Крестовик», «Бродяга», «Птицеед», «Чёрная вдова» или «Серебрянка», но последний вариант больше подходит для подводного аппарата.

— Так, ладно. Пока назовём «Арахна-П». «П» — «пилотируемый». Теперь главный калибр.

Я открыл папку «Бронетанковая техника» и нашёл нужную схему. Прометей посмотрел и сразу же выдал ТТХ:

— Тридцатимиллиметровая автоматическая пушка 2А42. Стоит на БМП-2, БМД-2, вертолётах Ка-52 и Ми-28. Масса сто пятнадцать килограммов. Длина чуть больше трёх метров. Два режима огня: медленный — двести, быстрый — пятьсот пятьдесят выстрелов в минуту. Двойное питание, две ленты с возможностью мгновенного переключения. Эффективная дальность по наземным целям до четырёх тысяч метров. Бронебойный подкалиберный снаряд пробивает двадцать пять миллиметров на полутора километрах. Осколочно-фугасный разносит пехоту в клочья.

— Отдача при стрельбе? — уточнил я, уже перетаскивая схему в чертёж.

— Около семидесяти килоньютонов пиковой силы отдачи на ствол, — андроид наскоро провёл вычисления. — Для восьмитонной платформы это ничто. «Каракурту» с его танковым орудием придётся якориться и принимать специальную позицию, а 2А42 можно вести огонь на ходу. В движении. Не останавливаясь.

— Это существенное тактическое преимущество, — улыбнулся я. — И в этом вся суть. «Арахна-П» — не осадная машина. Это штурмовик. Она врывается на позицию, поливает всё тридцатимиллиметровыми, давит лёгкую технику, мутантов или пехоту, и уходит раньше, чем противник успевает организовать ответный огонь. — Я обозначил орудийный кронштейн на чертеже. — Пушка монтируется на внешнем шарнирном кронштейне сверху корпуса. Горизонтальное наведение плюс-минус сто десять градусов в передней полусфере. Вертикальное от нуля до плюс семидесяти градусов. Это позволит задирать ствол для стрельбы по верхним этажам зданий и низколетящим воздушным целям. Оба привода наведения электрические, управляются правым рычагом пилота или автоматикой.

— Боекомплект?

— Пятьсот снарядов в двух лентах. Бронебойные и осколочно-фугасные, переключение мгновенное. Короба размещены по бокам от кронштейна, под бронекожухами.

Я отметил все точки вооружения на силуэте. Перепроверил с учётом вспомогательных орудий и перешёл к главному вопросу.

— Теперь энергетика. Восемь тонн, максимальная подвижность, тридцатимиллиметровая пушка, оборонительные орудия, полный набор сенсоров, кабина и система жизнеобеспечения. Целевая скорость пятьдесят-шестьдесят километров в час по ровной поверхности. По пересечёнке тридцать-сорок.

— Для такой скорости при массе восемь тонн потребность в мощности будет значительной, — сказал Прометей. — Каждый тазобедренный сустав должен развивать момент порядка пятнадцати-семнадцати килоньютон-метров, при угловой скорости выходного вала порядка шестидесяти оборотов в минуту.