Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

Чародей, ещё не подозревая, что я рядом, оглянулся. Увидел у стены бой. Сухая осенняя трава вокруг покрылась морозной коркой. То демон тащил из своей темницы ледяной холод, расплескал его моей щедрой рукой.

— Погоди, — чародей вскинул руку, останавливая своих людей. — Погляди, кто там. — Кивнул оборотню. Тот подъехал к мешанине из тел начал расшвыривать останки, не слезая с коня. Тут то я их и подловил. Ударить по конским ногам не успел, а вот по всаднику, да. Оборотень едва успел отклониться, я, промахнувшись во всадника, воткнул сабли в коня. Животное взревело, поднялось на дыбы, сбрасывая седока. Оборотень не удержался, свалился на землю. Тут же вскочил, готовый к бою. Я уже стоял напротив, держа клинки наизготовку. Оборотень с молниеносной реакцией нанес три удара, метя мне в лицо. Я уклонился от первого, отбил второй, распорол руку до локтя на третий.

Мертвые, оставив меня, как не было, продолжали лезть на стену, не обращая внимания на то, что творилось за спиной.

— Все интереснее и интереснее, — проговорил чародей, наблюдая за нами. — Волхген очень быстрый. Его нельзя победить.

Позади взревел демон. Земля поглотила его до самой груди. Руки-корни впились ему в голову, лезли через пустые глазницы внутрь, выдавливали чёрную кровь наружу. Но чудище не сдавалось. Со стены раздались ликующие крики.

Чародеи отвлеклись с досадой, не ожидая, что защитники смогут их одолеть. Мне же было не до того. Оборотень, хоть и получеловечьем обличии, бил сильно и быстро, я едва успевал следить за его движениями. Но что когти против клинка? Так, шутка природы. Взмах, и оборотень замер на месте.

Раздался рев, все с удивлением увидели, как оборотень завалился на бок, голова медленно сползла с шеи. Я медленно отходил от горячки, встал на высокую грудь заваливающегося противника. Глядя в глаза чародею, слизал с клинка кровь, сплюнул. Сладковатый привкус с солонцой. Такова кровь наполовину обернувшихся.

— Полукровка!

— Кто ты? — Спросил чародей. Сзади подступили адепты. Время бить, пока не очухались.

— Я вижу, ты победил нашего оборотня. Невосполнимая потеря, — чародей покачал головой. — Теперь так трудно найти чистокровного полиморфа. Его кровь нас сильно выручала, когда требовалось. Ты наш брат, я вижу. Может, займешь его место?

Какой я ему брат? — думалось мне в кровавом мареве, — ни по крови ни по убеждению мы не братья. А он только жертва мне, что я принесу на алтарь своей свободы.

— Обнимемся по-братски, — прошипел я и кинулся к ним.

Чародей дернул узду, конь взвился на дыбы, защищая хозяина. Адепты вытянули мечи, заслонили собой чародея. Я махнул саблей в обманном движении, тотчас второй пропорол тяжелый плащ одного из адептов аккурат у ноги. Тот со стоном сполз с коня.

— Не дело, брат, — Крикнул чародей из-за спин своих защитников. — У нас один исток. — С криком упал еще один. Со злобной улыбкой я встал перед оставшимися противниками. А оставалось их двое. Чародей и один его подмастерье.

— Жаль, — чародей махнул рукой. Ловушка чародейская мазнула по плечу, затягивая в воронку. Но я зрением демона видел направленную на меня силу, перекатился, метнулся ко всадникам, подрубая коням ноги. Возникла суматоха. Чародей снова махнул рукой, с влажным хрустом сжало последнего адепта в бесформенный комок.

Чародей обернулся, потеряв меня из виду. А я подкрался со спины, стянул его с коня за плащ. Чародей со страхом обернулся. В спину ему тотчас воткнулись клинки.

— В аду встретимся… — я дернул сабли вверх, распарывая спину до горла. Мне на лицо и одежду брызнула кровь. — Брат.

*****

— Это победа? — уточнил гость. — Победа же? Не говори, что после случилось страшное.

— Победа, — согласился хозяин. — Как погиб чародей, так потерялю волю мертвецы, каждый обвалился грудой бесполезного мяса. Защитники возликовали. А там уж и рассвет настал. Демон рогатый в земле утоп, корни его спеленали и затащили с собою. Разве потери стали тяжёлыми для нас. Для Морхея. Мальчик Валисик, и еще трое, коих я знал лишь четыре года, а Морхей много дольше. Это омрачило победу. Но то было после. А пока мы зализывали раны, а я пытался вернуть себя после горячки. Как тогда, в первый раз. Кровь стучала в голове. Демон отступал, оставляя мне моё разбитое тело: перетянутые в угаре жилы и раны, нанесённые гниющей рукой. Всё горело, а пуще всего голова. Мысли из неё выпарились и стали вязкими, как застывший мёд. Я упал там же, под стеной. Сел без сил, и подумал, что лягу прямо там.

*****

Морхей после того говорил, что сам бес мне ворожит, ибо бог не защитит такого, как я отступника. Я, пожалуй, был согласен.

Расцветал рассвет уже, а с ним и надежда. Вилей тогда вскрикнул, перегнувшись через стену. Я с трудом поднял голову, опасаясь, что настигнут нас новые полчища. А второй волны, нам, пожалуй не выдержать. Далеко по тракту вытянулась змея из огней. К счастью, обычных, желтых, теплых. Таких родных, таких желанных. Змея повернула к усадьбе.

— Кто там? — Морхей пригляделся. Вытянув мечи из ножен, подняв над головой штандарты с белой лилией, спешила к ним кавалькада рыцарей в белых плащах. Вовремя.

Оставшийся в живых двойнец начал ворочать разбитый ворот. С трудом поддались развороченные створки, раскрылись, покосившись на бок. Кромша вышел с факелом за ворота, потрогал ногой землю, где утонуло чудовище. Покачал головой. Морхей подошел к воротам.

— Что там?

— Ничего. Земля. Как камень. — Кромша прищелкнул языком. — Все стрелы мои утащил с собой, паскуда.

— Поедешь на днях в Бор, новых купишь. — успокоил его Морхей, потянулся посмотреть вдоль стены.

— Эй, Стерша! — Обратился ко мне, а я едва его понял, посмотрел в их сторону. — Ты дурак? Зачем полез в самый котел? — Я пожал плечом. Сделал, что считал необходимым. Что теперь пенять.

Между тем рыцари приблизились. Увидав мирную беседу и растекшиеся лужи по траве, сбавили ход и опустили мечи.

— Жив, купец? — Раздался зычный голос. Рыцарь гордарский давешний. Игрим Келых. С ним с десяток адептов Воинства. — Я уж думал, на похороны приду. — Рыцарь рассмеялся и облегченно выдохнул. Равес с горечью на него посмотрел.

*****

— Отчего