Код личности - 5 - Елена Кароль

— предок и впрямь был славным сыном Одина, уважаемый мастер Эстлунд. Мне самому невероятно близка тема, с которой вы выступили. Я и сам с недавних пор постигаю науку артефактного дела, но до ковки ещё не добрался, всё никак не найду нужного количества времени, а вы знаете, что пятью минутами тут не обойтись. Иногда мне кажется, что и жизни не хватит, чтобы постичь всю глубину этого поистине увлекательного дела, достойного настоящего воина…

В общем, домой мы поехали только после того, как мужики всласть наговорились. Всё это время я терпеливо простояла рядом в качестве красивой спутницы, причем точно не меньше часа, и только когда Альрика нашли друзья, прямым текстом сообщив, что устали его ждать, Саша тоже вспомнил, что вообще-то не один. Мужчины обменялись контактами и мы уехали домой.

Точнее я домой — вырезать из бивня шкатулку и украшать её лотосами, а он по своим жутко важным, тайноканцелярским делам.

В воскресенье выступали хинайцы с индусами и я наслаждалась их грамотно подготовленной речью, неизбитыми темами и глубоким пониманием основ. И пускай и те, и другие не могли похвастать чистой речью без акцента, лично я не обращала на это внимания, получая удовольствие от сути происходящего.

Под конец не удержалась и забросала уважаемого мастера-артефактора Ян Линя вопросами о том, есть ли в его коллекции ещё оружие легендарного Мастера Теней, клинок которого он привез на конференцию в качестве экспоната. Был у меня в прошлом в личной охране… кхм, воин. Один, да. Так он один стоил целой армии, причем во многом благодаря именно уникальному оружию предков, которое по своей форме и свойствам очень уж напоминало то, что представил нашему вниманию хинаец.

Длинный узкий клинок по своей слегка изогнутой форме напоминал шашку, но рукоятка была длиннее и без навершия, что позволяло использовать двойной хват, но самое главное было не это, а сложная ковка самого металла и руны стихий, вплетенные в саму суть металла, отчего он обретал уникальную твердость и остроту режущей кромки.

А ещё Лю Вэй (мой телохранитель) абсолютно серьезно утверждал, что у его меча есть душа, и в бою их всегда двое: он и меч.

Подозреваю, он не лгал, скорее слегка обманывался сам и в оружии была заключена не душа, а дух. Элементаль. Полуразумная суть стихии.

Причем в руки такой меч давался далеко не каждому и в итоге не воин выбирал себе меч, а меч воина. А стоили такие клинки поистине запредельные деньги.

— Вы правы, госпожа Ева, — учтиво кивнул мне хинаец. — У Шепота Тени есть младший брат Шепот Ветра и в паре они в своё время верой и правдой служили моему прадеду, а сейчас являются семейной реликвией. Вижу, вы понимаете суть этих артефактов и я с удовольствием обсужу с вами их историю.

Хиндустанцы, кстати, тоже привезли оружие, причем действительно необычное. Называлось оно «чакрам» и выглядело, как плоское кольцо диаметром около тридцати сантиметров с режущей внешней кромкой.

Согласно индийским верованиям, чакрам был оружием самого Вишну, верховного божества и хранителя мироздания, так что не было ничего удивительного в том, что впоследствии оно стало традиционным оружием магараджей.

Более того, нам с упоением рассказали легенду о том, как вообще появились чакрам: Брахма (бог творения) раздул огонь, Шива (бог защитник) дал оружию силу своего третьего глаза, а Вишну передал ему силу своего божественного гнева. После чего Шива спрессовал ногой заготовку в пламенеющий диск и, метнув его в могущественного демона с непроизносимым именем Джаламдхару, отсек ему голову.

Именно поэтому традиционно чакрам покрывают огненными рунами и используют в бою в том числе против демонов.

Ага…

Кто-то в зале недоверчиво засмеялся, а вот мне было не до смеха.

— Простите, — задала я может быть и глупый, но весьма интересующий меня вопрос. — О каких конкретно демонах сейчас речь?

— Преимущественно о претах, госпожа Ева, — спокойно ответил мне Арджун. — Это проклятые, вечно голодные души. Вы называете их гулями.

Кивнула, благодаря за ответ, но всё же уточнила:

— Вы сказали «преимущественно». Значит ли это, что в вашей стране знают и о других, не менее опасных демонах?

— Всё верно, госпожа. Наша история насчитывает не одно тысячелетие взаимодействия с самыми разными, не всегда постижимыми человеческому разуму существами. Это и якшини, прекрасные девы природы. И пишачи, злобные похитители душ. И асуры, самые могущественные из демонов, по своей силе подобные богам. В большинстве своем это легенды, но… — он загадочно улыбнулся, — в основе каждой легенды таится истина, вам ли не знать, о прекраснейшая.

Это что за гнусные намеки?

Ничего не знаю и не надо мне тут!

Я с умным видом покивала и не стала мешать другим задавать вопросы уже по существу, интересуясь прежде всего способом использования этого непривычного оружия. И как в процессе не зарезаться самому!

Это нам было продемонстрировано с такой легкостью, что сразу становилось ясно — маленький и в целом компактный Арджун очень даже обучен искусству войны, что в сочетании с его специализацией заставляет серьезно задуматься о его истинных умениях, которые нам ещё не продемонстрировали.

Как бы то ни было, и этот день подошел к концу, после чего всех присутствующих пригласили на банкет, и мы смогли насладиться не только беседой в кружках по интересам (Саша снова утащил меня к норманнам), но и самыми разными алкогольными напитками в сочетании с не самыми дешевыми закусками.

Канапе с сыром, оливками и креветками, бутербродики с малосольной семгой, красной и черной икрой, шашлычки из форели, вино и шампанское, водка и коньяк, профитрольки, фаршированные крем-пастой из криля — взгляду было за что зацепиться, а в желудок было что уронить.

Несмотря на то, что банкет подразумевал в первую очередь фуршет и непринужденное общение, тем не менее фоном играла приятная музыка, а вдоль стен стояло достаточно диванов, чтобы степенные мужи общались в комфортных условиях. Дам на конференции было немного, от силы десятая часть, причем молодых — единицы. Буквально я, Жози и ещё две профессорши лет тридцати, остальные же давно разменяли шестой десяток, так что сразу было ясно, что танцев не будет.

И не скажу, что я испытывала по этому поводу огорчение. В самом деле, мне гораздо интереснее живое общение, чем танцы, тем более традиции присутствующих на конференции народов во многом различны и классические вальсы тем же хинайцам совершенно не близки.

И тем не менее… Без происшествия не обошлось.

Уж не